Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Лоссберг тем временем вернулся к своим обязанностям в ОКВ. Следующее его задание имело большое значение. Он провел исследования относительно осуществления Русской кампании. Свой отчет на 30 страницах он закончил в июле 1940 года и дал ему кодовое название "Фриц" - по имени своего сына. Лоссберг констатировал, что Германии, для того чтобы завоевать Россию, следовало бы сначала защитить Берлинский и Силезский промышленные районы от вражеских бомбардировок. При этом проникновение внутрь Советского Союза должно было быть достаточно глубоким, чтобы силы Люфтваффе могли опустошить важные тыловые зоны.
В Русской кампании, по мнению Лоссберга, первыми должны были подлежать удару Ленинград и север страны, где имелись хорошие шоссейные и железные дороги (во всяком случае, об их существовании говорилось в отчетах абвера). Успех на этой территории позволил бы лишить Советы выхода в Балтийское море и организовать артиллерийский обстрел Ленинграда и Москвы. Дальнейшее продвижение на север могло быть обеспечено поддержкой со стороны XXI группы, которая проследовала бы из Норвегии через Финляндию. Прорыв на север Лоссберг предлагал провести следующим образом: "Атака двумя армейскими группировками со стороны линии, проходящей восточное Варшавы до Кенигсберга, при поддержке более мощной южной группы (сконцентрированной в районе Варшавы и Восточной Пруссии), оснащенной бронетанковой техникой. Основой успеха этого плана стало бы окружение советских армий с севера и их неспособность противостоять стремительному натиску. Лоссберг также указывал на то, что единственной надеждой России могло стать вторжение на территорию Румынии для лишения немцев доступа к румынской нефти. Но такое действие русских могло быть предотвращено германо-румынским военным соглашением. Кроме того, рассуждал Лоссберг, русские не оставят балтийский регион, который они захватили всего несколько месяцев назад.
Хотя выработанный ОКХ оперативный план стал известен под кодовым названием "Барбаросса", в основном он повторял план Лоссберга, за исключением того, что была добавлена еще третья армейская группа (группа армий "Юг"). Хотя вторжение вермахта на территорию России летом 1941 года и было стремительным, армии буквально завязли в снегу рано наступившей зимы. При температуре чуть ниже нуля они продолжали очень медленное продвижение вперед. И снова лица офицеров в штаб-квартире фюрера стали озабоченными: армейские генералы просили о временном отступлении, чтобы построить оборонительные линии. Но Гитлер продолжал настаивать на дальнейшем наступлении. Лоссберг, считая, что настала крайняя нужда в твердом едином командовании, попытался убедить Йодля в необходимости сформировать объединенный штаб, который мог бы координировать действия всех служб. Возглавить его мог бы офицер, проявивший исключительную способность быть лидером, - генерал Эрих фон Манштейн. Йодль, зная о том, что Гитлер и Манштейн не ладят друг с другом, от этого предложения отказался.
Той же зимой, чувствуя критичную настроенность Лоссберга, Гитлер потребовал его смещения с занимаемой должности. (О норвежском инциденте Гитлер также не забыл.) 1 января 1942 года Лоссберг был произведен в оберсты и стал 1а в штабе командующего вермахтом в Норвегии (т. е. Фалькенхорста). Спустя два с половиной года, пробыв все это время на задворках войны, Лоссберг в июне 1944 года стал начальником штаба Особого Уполномоченного на Дунае, а 1 сентября 1944 года был произведен в генерал-майоры. Последним его назначением стала должность начальника штаба VIII военного округа, штаб которого размещался в Бреслау. На этом посту он оставался до тех пор, пока существовала резервная армия, остатки которой в марте 1945 года были отправлены на различные фронты. Оставшись в конце войны не у дел, Бернхард Лоссберг вернулся в Висбаден. В конце пятидесятых родов он еще был жив.
ГЕОРГ ТОМАС, сын фабриканта, родился 20 февраля 1890 года в Бранденбурге, в семье с высоким достатком. В имперскую армию он вступил в 1908 году и звание лейтенанта получил в 63-м пехотном полку в 1910 году. К 1914 году он стал адъютантом 3-го батальона 63-го полка. Во время первой мировой войны Томас служил в штабах различных полков, а также в Генштабе. 18 апреля 1917 года был произведен в гауптманы и дальнейшую службу проходил в штабе 6-й пехотной дивизии во Франции. Томас заслужил уважение людей, с которыми ему приходилось работать, и не раз проявил отвагу в бою. Его грудь украшали многочисленные награды, включая Орден Дома Гогенцоллернов, Железный крест 1-го класса, знак за ранение, крест "За военные заслуги" и австро-венгерскую медаль "За храбрость" 3-го класса.
После войны Томас служил в штабе 4-й пехотной дивизии в Дрездене. В 1928 году он получил назначение в штаб артиллерийско-технического снабжения. 1 февраля 1929 года Томас получил чин майора и 1930 году стал начальником штаба артиллерийско-технического снабжения. За время пребывания в этом ведомстве (1928–1938 гг.) высоко одаренный Томас тщательно изучил экономические аспекты подготовки к войне (а также ее ведения). Добавив к полученным знаниям уроки, полученные им на фронтах первой мировой войны, он пришел к выводу, что экономическая сторона военного дела является не менее важной, чем непосредственно вооружение и обучение солдат.
Томас утверждал, что экономические ресурсы нации при подготовке к войне должны подвергаться регулярному учету и инвентаризации для наиболее эффективного их использования в военное время, неоднократно подчеркивая, что это является одним из наиболее важных факторов успеха в войне. Руководствуясь этим, он написал несколько записок начальству, в которых выдвинул идею создания централизованного агентства по надзору за "оборонной экономикой", что позволило бы Германии наиболее эффективно использовать имевшиеся у нее ресурсы. Особенно это касалось производства вооружения.
Хотя предложение Томаса и носило несколько амбициозный характер, его идея не была воспринята всерьез исключительно из-за упрямства командующих вермахта, Кригсмарине и Люфтваффе, каждый из которых тянул одеяло в свою сторону. В результате Томаса воспринимали исключительно как советчика. "У штаба Томаса нет никакой возможности влиять на важные решения, принимаемые относительно вооружения", написал позже Вильгельм Деист. Не сдававшийся Томас, тем не менее, продолжал заниматься программой экономической подготовки к войне. Его способности и знания получили, наконец, должную оценку. 1 января 1938 года он стал генерал-майором, а 1 января 1940 года - генерал-лейтенантом.
Относясь скептически к нацизму, Томас испытал большое разочарование после дела Фрича в 1938 году. Суть его состояла в том, что Гитлер снял генерал-оберста барона Вернера фон Фрича с поста главнокомандующего вермахтом на основании сфабрикованного обвинения в гомосексуальных связях. Несмотря на то, что впоследствии все ложные обвинения были сняты, в должности барон фон Фрич так и не был восстановлен. После этого случая Томас уже не мог воспринимать нацизм. Позже свое решение он описал как "мой полный внутренний разрыв с этой системой". В результате он начал переговоры с двумя заговорщиками - генералом Людвигом Веком (который в августе 1938 года сложил с себя полномочия начальника Генштаба) и Карлом Герделером (бургомистром Лейпцига), но пока исключительно для того, чтобы прощупать пути предотвращения пожара, перенести который Германия не сможет.
В конце лета 1939 года Томас представил на рассмотрение шефа ОКВ генерал-оберста Вильгельма Кейтеля записку с предупреждением о том, что нападение на Польшу приведет к началу мировой войны, к которой Рейх экономически совершенно не готов. Это замечание Кейтель высмеял и не предпринял никаких действий. Но одержимый Томас не сдавался. Он подготовил подробный доклад с таблицами и графиками, иллюстрировавшими экономическую подготовленность к войне Рейха и других великих держав, на фоне которых "отсталость Германии не вызывала никакого сомнения". На этот раз Кейтель с изумлением вгляделся в представленный анализ и показал его Гитлеру. Фюрер отреагировал беспечно. Он сказал Кейтелю, что Советский Союз (указанный Томасом в качестве одной из великих держав) будет союзником рейха. Для Кейтеля инцидент сразу был исчерпан. Что касается Томаса, то для него все только начиналось.