Подобным образом цитируют текст статьи "о призвании варягов" и авторы современных российских учебников, к примеру, Белковец Л. П. и Белковец В. В. в вузовском пособии "История государства и права России": "Новгородцы, - рассказывает Нестор, - долгое время платили дань приплывавшим из-за моря варягам, воинственному народу. Однако в лето 6370 от С. М. (862 от P. X.) они "изгнаша варяги за море и не даша им дани. И почаша сами в собе володети". Но свобода не принесла им покоя, начались раздоры и распри: "И не бе в них правды, и вста род на род, и быша в них усобице, и воевати почаша сами на ся". Чтобы прекратить распри, решили: "Поищем собе князя, иже бы володел нами и судил по праву. И идоша за море, к варягам, к руси. Реша русь, чудь, словене и кривичи, и веси: "Земля наша велика и обилна, а наряда в ней нет. Да пойдите княжить и володети нами. И избрашася 3 братья с роды своими, пояша по собе всю русь, и придоша; старейший Рюрик седе Новегороде, а другий, Синеус, на Беле-озере, а третий, Трувор, в Из-борсте. И от тех варяг прозвася Русская Земля".
Авторы учебника цитируют Лаврентьевскую летопись. Но где же слова: "Сице бо ся зваху тьи варязи русь, яко се друзии зовутся Свие, друзии же Урмане, Анъгляне, друзии Гъте, тако и си"?
Данных слов нет. Они, волею авторов учебника, исчезли.
Возникает естественный вопрос. Зачем это все?
Дело в том, что во времена, предшествующие информационной компьютерной революции, обычному российскому гражданину, живущему в провинции, было не так-то просто ознакомиться с текстами Полного собрания русских летописей (ПСРЛ). Однако в наше время в Сети существует достаточное количество ресурсов, которые публикуют летописные тексты. Пожалуйста, читайте, размышляйте, сравнивайте, стройте теории и гипотезы.
Сейчас следует сделать ряд замечаний по тексту летописей.
Первое замечание. Варяжские находники пришли в Новгород, согласно Ипатьевскому списку, в Ладогу, но, так или иначе, они явились к ильменским словенам. Зададимся простым вопросом, кого в Средние века ильменские словене называли "варягами", к которым они ходили "за море"? Более чем очевидно, что "за море" они ходили к своим партнерам по балтийской торговле, иначе как и чем они могли быть связаны между собой при отсутствии общей сухопутной границы? Так вот, основными "заморскими" торговыми партнерами Новгорода в раннее время были Готланд, Любек и Швеция, позднее - Ганзейский союз. Жителей материковой Швеции новгородцы так и называли "свеями" (svenskar - самоназвание нынешних шведов), жителей острова Готланд они называли "готами" (Гъте). И тех, и других новгородцы причисляли к варягам. К варягам они причисляли и русь, но из текста летописи более чем ясно следует, что русь не принадлежала к жителями Скандинавии, т. е. к шведам или же норвежцам (Урмане). Кроме того, русь не принадлежала ни к жителям Готланда, ни к англичанам (Аньгляне). На что, собственно, и указывает летописец: "Сице бо ся зваху тьи варязи русь, яко се друзии зовутся Свие, друзии же Урмане, Анъгляне, друзии Гъте, тако и си".
Если так, то к кому же ильменские словены решились отправиться "за море"? Вывод напрашивается сам собой - ильменские словене обратились за помощью к прибалтийским славянам-ободритам, своим партнерам по внешней торговле, которые проживали по реке Траве. В устье Травы, как известно, расположен Любек.
Любек приобрел большое торговое значение в середине XI в., более того, именно он впоследствии и возглавил Ганзейский союз. Однако и до этого времени, возникший на месте древнего ободритского поселения в удобной бухте, этот город был важным торговым центром, куда съезжались купцы из разных стран. После захвата Любека немецкими рыцарями, он не утратил своего значения, напротив, стал быстро расти, получая все новые привилегии. Льготная грамота Фридриха I иностранным купцам от 1188 г., предоставляла "русским, готам, норманнам и другим народам Востока" право беспошлинной торговли в Любеке. Заметьте, читатель, что в указанном документе русь отделена от готов и норманнов в отдельную категорию.
Таким образом, за решением своих политических проблем ильменские словены обратились к ободритам, своим торговым партнерам, каковое обстоятельство необходимо запомнить, впоследствии мы еще вернемся к нему.
Второе замечание, которое следует сделать по тексту летописных сообщений, состоит в том, что упоминаемых в летописях словен (словян) не следует отождествлять со всеми славянами. Иначе говоря, всякие словене это славяне, но не всякие славяне это словены. Данное обстоятельство следует понимать со всей очевидностью. К примеру, ныне существует такой народ - словенцы (численностью около 2 млн. чел.), проживающий в Словении, которая в свое время являлась частью бывшей Югославии. Всякие словенцы это славяне, но не всякие славяне это словенцы. Нелишним здесь будет вспомнить и о другом народе - о словаках, государство которых некоторое время назад входило в состав Чехословакии.
До наших дней дошло широко известное "Сказание о Словене и Русе", в котором рассказывается об истории славянских народов до пришествия Рюрика и в котором, между прочим, сказано: "По мале же времени правнуцы Афетовы Скиф и Зардан отлучишася от братий своих и от рода своего от западных стран, и коснушася полуденных стран, и вселищася во Ексинопонте, и живяху тамо многа лета, и от сих по-родишася сынове и внуцы и умножишася зело, и прозвашася по имени прадеда своего Скифа Скифия Великая. И бысть между ими распря и междоусобица и крамола многа и тесноты ради места. Начальницы же тогда родители их княжаху единого отца сынове пяточислении кровницы, им же имена:
1. Словен, 2. Рус, 3. Болгар, 4. Коман, 5. Истер".
Заметьте, читатель, что выше идет речь о Словене.
Однако к чему данное уточнение? Данное уточнение к тому, что довольно распространенным способом фальсификации истории при толковании исторических документов является подмена понятий, к примеру, словене и славяне. Так, в ПВЛ наличествует следующий текст: "И рече Олегь: "Исшийте паруси паволочиты Руси, а Словеномъ кропинныа"; и бысть тако. И повей щить свой во вратехъ, показаа победу, и поиде отъ Царяграда. И въепяша паруси паволочитыя, а Словени кропинныя, и раздра кропинныя ветръ, и реша Словени: "Имемься своимъ толстинамъ, и едины суть Словеномъ пре" (Типографская летопись).
Вышеприведенное сообщение толкуется известным историком проф. И. Н. Данилевским следующим образом: "Летописец не просто различает, но противопоставляет русь славянам".
Ничуть не бывало! Проф. И. Н. Данилевский, возможно, вполне осознано вводит читателя в заблуждение. Летописец действительно причисляет русь к варяжской общности, но вовсе не противопоставляет ее славянам, он противопоставляет ее словенам, точнее - ильменским словенам или же новгородцам. Иначе как прикажете понимать слова того же Типографского летописца: "Въсташа Кривичи и Словене и Чюдь и Меря на Варягы"? Отсюда, если доверится словам И. Н. Данилевского, получается, что кривичи не славяне, тогда как на деле кривичи не словене, только и всего.
В Степенной книге, к примеру, о миссии Кирилла и Мефодия сообщается следующее: "Царь же посла по нихъ въ Се-лунь, и приидоша вскоре, и умоли ихь царь и посла ихъ въ Словенскую землю. Они же пришедше и начиша составляти письмена азбуковная Словенскимъ языкомъ - Болгари же, и Словени, и Серби, и Арбанасы, и Басане, и во всехъ техъ единъ языкъ съ Русию". Таким образом, словены - это только одна из групп средневековых славян, но никак не все славяне.
Третье замечание состоит в том, что в Европе, впрочем, равно как и на Востоке, в IX–X веках никаких варягов не знали. Как указывает известный историк A. JI. Никитин, первое упоминание о "варягах" отмечено в исландских сагах в форме vaeringjar среди событий начала 1020-х гг., в форме "варанк" - в 1029 г. у ал-Бируни, а в истории Византии только под 1034 г. у Кедрина, писавшего в XII в. о βαραγγοι.
Однако же о варягах в "Повести временных лет" говорится применительно к IX веку, т. е. на два столетия ранее, что является очевидным анахронизмом, т. е. ошибочным или условным приурочением событий и черт одной эпохи к другой.