И немного спустя отрок очистился, при чем отец и прочие присутствовавшие [34] обещали, что они никому не будут говорить об его имени. 36. Высадившись на сицилийском мысе Пахине 60, он предложил корабельщику евангелие за провоз свой и жителя Газы. Тот не хотел брать, в особенности, видя, что они, кроме книги и того, во что были одеты, не имеют ничего, и напоследок поклялся, что не возьмет. И старец, воспламененный уверенностью чрез сознание своей бедности, радовался в особенности тому, что и не имеет ничего от мира, и считается жителями этого места за нищего. 37. Однако, снова подумав о том, чтобы торговцы, приезжающие с Востока, не сделали его известным, он бежал во внутренние местности, т. е. на двадцатый милиарий 61 от моря; там, на некоем пустынном поле, он ежедневно вязал вязанку дров и клал на спину ученика. Продав ее в ближайшем селении, они покупали себе пищу и немного хлеба для тех, кто случайно к ним приходил. Но истинно по писанию:
«Не может град укрытися верху горы стоя» (Мтф. V, 14): некий знатный воин 62 мучился в базилике блаженного Петра, в Риме, и в нем возопил нечистый дух: «Немного дней тому назад вступил в Сицилию раб Христов Иларион, и его никто не знает, и он думает, что утаился; я пойду и выдам его». И тотчас, сев на корабль со своими
[35] рабами, он пристал к Пахину, и, ведомый бесом, как только простерся перед кущей святого, тотчас исцелился. Это начало его чудес в Сицилии привело к нему впоследствии бесчисленное множество болящих и верующих лиц, до того, что некто из первых мужей, распухший от водянки, исцелился в тот самый день, как пришел.
Он, предлагая ему потом неисчислимые подарки, услышал изречение Спасителя ученикам: «Туне приясте, туне дадите» (Мтф. X, 8). 38. Пока это происходило так в Сицилии, Исихий, его ученик, искал старца по всему свету, обходя берега, проникая в пустыни, и имел уверенность лишь в одном, что где бы он ни был, долго он не может оставаться неизвестным. Прошло уже три года, как он услышал в Мефоне 63 от некоего Иудея, продававшего народу дешевую ветошь, что в Сицилии появился Христианский пророк, который творит такие чудеса и знамения, что считается одним из древних святых. Расспрашивая об его внешности, походке и речи, и в особенности возрасте, он не мог узнать ничего, ибо тот, кто сообщал, говорил, что до него дошла лишь молва о человеке. И так, вступив в Адриатическое море, он благополучным плаванием достиг Пахина, и в одном селении на изгибе берега, расспрашивая о слухах про [36] старца, из единогласного свидетельства всех узнал, где он и что делает: все не удивлялись в нем ничему до такой степени, как тому, что после толиких знамений и чудес, он не принял ни от кого в этих местах даже ломтя хлеба. Не буду распространяться – святый муж Исихий пал к коленам учителя и орошал слезами его стопы, и наконец был им поднят; после двух-трех дневных бесед он услыхал от жителя Газы, что старец уже не может жить в этой лестности, но хочет отправиться к каким то варварским народам, где были бы неизвестны его имя и слава. 39. И так он привез его в Епидавр, город Далматии 64 где, оставаясь немного дней на соседнем поле он не мог укрыться. Ибо дракон изумительной величины, которых на местном языке зовут боа, оттого, что они до того велики, что проглатывают быков 65, опустошал всю страну и поглощал не только крупный и мелкий скот, но и земледельцев и пастухов, привлекая их к себе силою дыхания. (Святый) приказал приготовить для него костер и, возослав молитву к Христу, вызвал его и приказал взобраться на кучу дров, под которой был подложен огонь. Тогда на глазах всего народа, он сжег громадное животное. Потом, колеблясь, что ему делать, куда обратиться, приготовлялся к новому [37] бегству, и обозревая в уме уединенные места, скорбел, что если и молчал о нем язык, то вещали чудеса. 40.