Нора Робертс - Бархатная смерть стр 4.

– Ну, поскольку именно я убила бы его, я бы, наверно, лила слезы по себе самой, потому что ты бы меня арестовала. Согласись, тут есть о чем плакать. Ничего не стоит проверить, вправду ли Авы Эндерс не было в стране в момент смерти Эндерса.

– Верно. Вот и займись этим. И еще мы проверим финансы – у них куча денег. Может, она отхватила кусок и наняла кого-то, чтобы его убить. Может, заплатила его дружку или подружке?

– Какой же холодной, расчетливой сукой надо быть! – изумилась Пибоди.

– Проверим друзей, деловых компаньонов, партнеров по гольфу…

– По гольфу?

– У него этим утром была назначена встреча в гольф-клубе с неким Эдмондом Люсом. Может, вытрясем из него, с кем еще Эндерс играл и притом не только в гольф, пока его жена ездила в отпуск со своими подружками.

– А ты бы не хотела поехать в отпуск с подружками? – спросила Пибоди.

– Нет.

– Да брось, Даллас. – При одной мысли об отпуске голос Пибоди потеплел. – Поехать куда-нибудь с подружками, пить вино или всякие экзотические коктейли, делать маски для лица, массажи, водные процедуры, загорать на берегу и трепаться ни о чем.

Ева бросила на нее суровый взгляд.

– Я предпочла бы, чтоб меня протащили голой по битому стеклу.

– А я думаю, что надо бы нам как-нибудь собраться. Ты, я, Мэвис, может, Надин и Луиза. И Трина – она могла бы сделать нам прически и…

– Если Трина присоединится к этой компашке, я ее протащу голой по битому стеклу. Все, больше мне нечего сказать.

– Это ты так кайф ловишь, – сквозь зубы проворчала Пибоди.

– Да, пожалуй. Нет, лет через десять-двадцать я бы, может, и пожалела, что проволокла ее голой по битому стеклу, но в тот момент точно словила бы кайф.

Махнув на нее рукой, Пибоди надулась, извлекла свой портативный компьютер и принялась за работу.

2

Знаменательно, но неудивительно: компания "Всемирный спорт Эндерса" располагалась в той самой черной башне с тонированными стеклами, где находилось нью-йоркское представительство "Рорк Энтерпрайзиз", да и сама башня целиком принадлежала Рорку.

– Хочешь задержаться и заглянуть…

– Нет.

Пибоди закатила глаза за спиной у Евы, и они вошли в огромный мраморный, переливающийся огнями вестибюль с цветочными островками, движущимися картинками и оживленными магазинчиками.

– Я просто подумала… Раз уж мы здесь…

– А что мы здесь делаем, Пибоди? И если ты еще хоть раз закатишь глаза у меня за спиной, я возьму прут и ткну им тебе в глаза.

– У тебя и прута-то нет.

– Вон дерево растет. Пойду и отломаю.

Пибоди вздохнула.

– Мы пришли сюда, чтобы расследовать убийство.

– И что же? Мы подозреваем Рорка в убийстве Эндерса?

– Нет.

Ева остановилась у поста охраны, чтобы предъявить свой жетон дежурному охраннику, но он встретил ее ослепительной улыбкой в тридцать два зуба.

– Здравствуйте, лейтенант Даллас. Можете подниматься прямо наверх.

– Я иду не туда. Мне нужно во "Всемирный спорт Эндерса".

Охранник постучал по сенсорному экрану.

– Двадцать первый и двадцать второй этажи. Значит, вам нужна первая группа лифтов. Рецепшн на двадцать первом. Хотите, я им позвоню?

– Спасибо, не нужно. Ева вызвала лифт.

– Как ты думаешь, Рорк был знаком с Эндерсом? – спросила Пибоди, когда они поднимались в лифте.

– Вероятно.

– Может оказаться кстати.

– Возможно. – Ева уже достигла такого состояния, когда ее почти перестал бесить тот факт, что Рорк знаком с чертовой уймой народу. – Проверка показала, что Эндерс стоит примерно полмиллиарда, включая контрольный пакет во "Всемирном спорте Эндерса". – По привычке сунув большие пальцы рук в карманы пальто, Ева забарабанила по бедрам. – Весомый мотив для убийства. Добавь секс и считай, что имеешь весь набор: жадность, ревность, корысть, месть.

– Ну да, парень практически сам напросился.

Ева усмехнулась.

– Давай проверим.

И она вышла в открывшиеся двери лифта. Ее лицо снова было серьезным.

За длинной красной стойкой трое администраторов в наушниках были заняты работой. Одна из них, темнокожая брюнетка, встретила Еву и Пибоди обаятельной улыбкой.

– Доброе утро! Чем я могу вам помочь?

– Кто тут главный?

– Какой отдел вам нужен? Ой! – Она замолкла и растерянно заморгала, когда полицейский жетон Евы с размаху лег на стойку красного дерева у нее перед носом.

– Мне нужны все отделы. Кто тут главный помимо Томаса А. Эндерса?

– Я здесь первую неделю, я не знаю. Фрэнки!

– В чем дело, Сильвия? – Мужчина слева от нее повернулся и увидел жетон. – Могу я вам чем-нибудь помочь, э-э-э…

– Лейтенант. Мне нужно поговорить с заместителем Томаса А. Эндерса. Кто тут у вас из присутствующих сейчас идет по порядку после него?

– Это мистер Форрест. Бенедикт Форрест. Он сейчас занят – на совещании…

– Уже нет.

– Да-да, конечно. Дайте мне минутку, я созвонюсь с его администратором. Он спустится и проводит вас наверх.

– Я и сама могу подняться наверх. Передайте этому типу, чтобы вытащил Форреста с совещания. – Ева направилась к лифту, повела плечами, сбрасывая напряжение. – Было весело.

– Еще как!

– Вот и я говорю.

Когда Ева вышла из лифта, навстречу ей из раздвижных стеклянных дверей выбежала тонкая, как спичка, женщина на высоких, тонких, как спички, каблуках.

– Офицеры! Прошу вас следовать за мной.

– Вы администратор?

– Нет, я АА. Ассистент администратора. Я провожу вас в кабинет мистера Уолша.

– А он, следовательно, административный ассистент, а не ассистент администратора.

– Совершенно верно.

– И как вы ухитряетесь бизнес крутить, когда приходится расшифровывать все эти должности?

– Гм… мистер Уолш пошел дать знать мистеру Форресту, что вы здесь. Насколько я понимаю, на рецепшн не выяснили, по какому делу вы пришли.

– Нет, не выяснили.

АА открыла было рот, намереваясь что-то сказать, но передумала и тут же закрыла его. Они долго петляли, минуя кабинеты и закутки, напоминающие гудящий улей, потом повернули под углом в сорок пять градусов и попали в строго организованное деловое пространство Леопольда Уолша, чье имя было выгравировано на маленькой ониксовой табличке рядом с дверью.

Рабочая станция в кабинете занимала целый прилавок, отделанный гладким черным пластиком. Компьютер с основным и дополнительным процессорами, блок связи – и все. Ничего лишнего. На втором прилавке, расположенном вдоль стены, размещались лазерный факс и запасной компьютер. Третий прилавок служил буфетной стойкой, здесь располагались автоповар и мини-холодильник. Три места для посетителей, придвинутые друг к другу, представляли собой белоснежные кубы без спинок. Единственным цветовым пятном служило пышное, усыпанное красными цветами растение в горшке, помещенное на подоконнике среднего из трех окон.

"Наверно, вся оргтехника и бумаги спрятаны в стенном шкафу", – предположила Ева.

Ей самой больше по вкусу были теснота и убожество ее кабинета в Центральном полицейском управлении.

– Присядьте, пожалуйста, мистер Уолш должен быть с минуты… – Женщина бросила взгляд на дверь и с заметным облегчением перевела дух. – А вот и мистер Уолш.

– Спасибо, Делли.

Он вошел – высокий, импозантный мужчина с шоколадной кожей, облаченный в элегантный костюм в тонкую полоску. Коротко подстриженные волосы подчеркивали мужественную красоту лица. Глубоко посаженные глаза цвета крепкого кофе скользнули по Пибоди и остановились на Еве.

– Леопольд Уолш. Лейтенант…

– Даллас. – Ева еще раз показала жетон. – И детектив Пибоди. Мы хотим увидеть Бенедикта Форреста.

– Да, мне уже доложили. – Уолш вернул ей жетон. – А вам доложили, что мистер Форрест на совещании.

– Жетон важнее совещания.

– Все было бы проще, если бы вы объяснили мне, в чем дело.

– Все будет проще, если я объясню мистеру Форресту, в чем тут дело.

Уолшу очень хотелось сказать ей нет, Ева видела это по его лицу. Она не могла его винить: на его месте ей захотелось бы того же самого.

– Мистер Форрест… – Леопольд Уолш замолк и прижал пальцами миниатюрный наушник, замигавший голубым огоньком. – Да, сэр. Конечно. Мистер Форрест, – снова начал он, повернувшись к Еве, – освободился и ждет вас. Сюда, пожалуйста.

Кабинет Бенедикта Форреста располагался в двух шагах от кабинета его администратора, но по стилю отличался от него, как небо от земли. Здесь рабочая станция помимо всего необходимого была нагружена тем, что Ева назвала бы игрушками большого мальчика: бейсбольным мячиком с автографом на специальной подставке, настольным мини-гольфом, парой спортивных кубков, игрушечным футбольным мячом. Стены были сплошь увешаны фотографиями известных спортсменов и постерами, рекламирующими спортивные товары.

Кресла кожаные, глубокие, уютно потертые.

Сам Форрест был на три дюйма ниже своего администратора. На нем были спортивные брюки цвета хаки, рубашка, расстегнутая у горла, и кроссовки на гелевой подошве. Его светлые, чуть рыжеватые волосы были растрепаны, на симпатичном лице рубахи-парня играла непринужденная улыбка, глаза орехового цвета весело блестели.

– Прошу прощения, что заставил вас ждать. Мне надо было все закончить. Бен Форрест.

Он пересек кабинет и протянул руку. Ева пожала руку, изучая его, пока он здоровался с Пибоди.

– Лейтенант Даллас, детектив Пибоди.

– Присядьте. Что вам предложить? Кофе, вода, спортивный коктейль?

– Спасибо, ничего не нужно. Мы пришли поговорить с вами о Томасе Эндерсе.