Вообще-то, она всегда считала, что эту легенду не стоит воспринимать буквально, потому что при всем желании не могла представить, как красавец Аполлон - покровитель искусств! - с веселой улыбкой сдирает с человека, словно с барана, кожу...
Возможно, имелось в виду, что Аполлон просто снял с Марсия защитный внешний покров и одарил такой сверхчувствительностью, от которой можно сразу же умереть.
Но, с другой стороны, Аполлон - это бог в мужском обличии и, значит, временами может быть неизмеримо жестоким.
– Не сердись на меня за излишнюю нескромность, - сразу же поправился Алкей. - Ведь сегодня как-никак я приехал к тебе с подарком. Я привез сюда прославленного философа Эпифокла, с которым считают за великую честь познакомиться лучшие ученые мужи земли. Надеюсь, ты слышала про такого?
– О, конечно! - обрадованно воскликнула Сапфо. - Но я не думала, что он сейчас на Лесбосе.
– В наших краях Эпифокл, разумеется, проездом, - пояснил Алкей, наслаждаясь реакцией, которую произвела его новость. - Вообще-то я вызвался сопровождать его к гавани - он собрался отплыть на остров Фасос, но, пользуясь тем, что вчера наш ученый друг выпил немного лишнего вина и потерялся даже в пределах своего тела, я решил по дороге завезти его к тебе. Сейчас мы накормим Эпифокла хорошим завтраком, мудрец придет в доброе расположение духа и наверняка не откажется прямо за пиршественным столом провести открытый урок диалектики. Можно сказать, что я похитил знаменитость ради тебя, моя Сапфо!
- Ты просто молодец, - улыбнулась Сапфо. - Настоящий рыбак - заманил в свои сети такую мощную рыбину, как сам Эпифокл! Я много о нем наслышана, но никогда не видела воочию...
Но, проговорив слова про рыбалку, Сапфо внезапно запнулась на полуслове.
Она сразу же вспомнила про другого рыбака - Фаона, сына маленькой Тимады, с которым как раз на сегодняшнее утро была назначена встреча - а ведь Сапфо к ней мысленно готовилась с первой же минуты после пробуждения.
Что поделаешь - разговор с мальчиком придется перенести на другое время.
И потом, если разобраться - куда Фаону слишком уж торопиться? Ведь они не успели даже как следует познакомиться!
- Да на что там особо смотреть? - проговорил Алкей, самодовольно поглаживая свою хорошо ухоженную, блестящую бородку. - Я советую тебе, Сапфо, вообще стараться не поднимать на Эпифокла своих волшебных глазок, чтобы всякий раз не пугаться. Нашего Эпифокла надо слушать, слушать и снова слушать. Я с друзьями провел в его обществе больше недели, и мое любопытство не только не насытилось, но сделалось еще больше. Главное, не стоит обращать внимания, что от старика несет козлом и это может несколько забить даже нежный аромат фиалок. Эпифокл много рассуждает про воду, но почему-то мне никакими силами не удалось затащить его в баню.
Сам Алкей очень тщательно следил за своим внешним видом и придавал этому огромное значение.
Даже дорожный плащ, который поэт носил из подражания путешественникам (хотя никогда по доброй воле не выезжал из Митилены и не покидал без нужды свой роскошный дом) и философам (хотя официально не принадлежал ни к одной школе), - так вот, даже светлая хламида Алкея всегда выглядела безукоризненно чистой, намекая, что ее владелец - потомственный аристократ из очень знатного, древнего рода.
Не говоря уж о таких мелочах, как позолоченные пряжки на поясе и перстни на белых, тщательно ухоженных руках.
Или Алкей просто перед ней, Сапфо, всегда появлялся в своем самом лучшем виде?
Впрочем, как бы то ни было, но Сапфо неизменно испытывала к Алкею теплые чувства и считала его своим преданным другом и к тому же достойным служителем Муз.
Например, Сапфо искренно радовало, что даже после того, как она отвергла неожиданное предложение Алкея о замужестве, тот вовсе не озлобился и не начал проклинать ее на всех перекрестках, как это порой делают наиболее глупые, самолюбивые мужчины, а просто сделал вид, что ничего особенного не произошло, и продолжал терпеливо, всеми силами добиваться расположения своей избранницы.
Сам же Алкей в душе поругивал себя за то, что слишком рано и некстати высунулся с предложением руки и сердца и тем самым наказал себя же за несдержанность - он действительно не смог в тот злополучный вечер совладать с собой, как это следовало бы сделать в минуту восторга, и принялся некстати твердить Сапфо о своих чувствах и общих планах на будущее.
К тому же в тот момент он был изрядно пьян - не мудрено, что Сапфо не восприняла его слова слишком серьезно.
Но теперь все будет по-другому: Алкей не терял уверенность, что следующий их разговор с Сапфо на эту тему будет более удачным и полностью повернет в другую сторону колесо судьбы.
Просто не стоит слишком торопиться, а следует дождаться, когда по-настоящему придет нужный час, и, как искусному охотнику, суметь не пропустить своей удачи.
Алкей по-прежнему, как умел, старался незаметно помогать Сапфо в занятиях ее школы для девушек: то устраивал поэтические и музыкальные турниры, старался не пропускать больших праздников, то привозил "с доставкой на дом" друзей-поэтов и наиболее именитых гостей своего дома, или просто присылал к столу какие-нибудь изысканные угощения.
В общем, старался быть незаметным, но при этом совершенно незаменимым.
Вот и сейчас: для кого бы еще Алкей пошел на такой подвиг - встать с раннего утра, когда Эпифокл еще как следует не проснулся и только бормотал сквозь сон какие-то несвязные речи, погрузить философа на коляску, и вместо того чтобы доставить на корабль, привезти сначала в загородный дом, расположенный во многих стадиях от Митилены, который тот вовсе не собирался посещать?
Впрочем, Алкей несколько лукавил сам перед собой - первой, о ком Эпифокл спросил, как только прибыл в Митилену - столичный город Лесбоса, была как раз Сапфо, слава о которой, как заявил во всеуслышание философ, разнеслась отсюда особенно далеко.
Спросил не про него, Алкея, а именно про Сапфо!
Впрочем, затем Эпифокл увлекся другими делами и встречами и, похоже, вовсе забыл о своем горячем желании познакомиться с прославленной поэтессой.
Но Алкей-то - пусть в следующий раз ужалит в язык змея! - помнил, что неожиданно для себя зачем-то ответил Эпифоклу, что в настоящий момент Сапфо нет в городе, что она в отъезде, хотя прекрасно знал, что до загородного дома, где на самые жаркие летние месяцы каждый раз поселяются женщины, - рукой подать, всего несколько часов езды на быстрой колеснице!
Но потом Алкей все же сумел себя перебороть, решив, что гораздо разумнее не завидовать понапрасну известности Сапфо, а просто постараться как следует понять, что именно заставляет самых разных людей так единодушно преклоняться перед стихами его подруги, которые он считал, разумеется, не плохими, и даже, скорее - хорошими, но все же не настолько, как его собственные.
Нет, определенно, стихотворения Сапфо также ничем не были лучше стихов многих знакомых мужчин-поэтов, и потому всеобщий вокруг них восторг Алкею был совершенно не понятен.
И тогда Алкей пришел к выводу: так как лучше всего женские тайны узнавать в тот момент, когда женщина находится у мужчины в крепких объятиях, то и Сапфо тоже не должна быть особенным исключением.
А когда-нибудь придет время, когда все вокруг привыкнут говорить: "Алкей и Сапфо", как вспоминают теперь, как правило, вместе, к примеру, Орфея и Эвридику, или стареньких Филимона и Бавкиду.
И потому Алкей решил срочно исправляться.
Определенно, подобный жест - встать ни свет ни заря и без завтрака погрузиться в коляску! - Алкей мог сделать только для самой любимой женщины, чтобы лишний раз прочесть на ее лице благодарную улыбку и найти новый, благоприятный повод для беседы.
Сапфо вызвала служанку и распорядилась, чтобы стол сегодня накрыли для праздничного завтрака: таких знаменитых гостей, как философ Эпифокл, следовало хорошо встретить.
- Да, Диодора, вот еще что, - сказала Сапфо как бы между прочим. - Пока я буду заниматься с гостями, к моей беседке должен подойти молодой человек, Фаон.
- Какой Фаон? А, приемыш нашей бывшей молочницы Алфидии, который до сих пор мечтает пасти своих коз, хотя их по дешевке прикупил проныра-колбасник Кипсел?
– Да, он. Приведи его к нашему столу. Возможно, перед нами сегодня будет выступать сам Эпифокл.
– Зачем еще? Ведь он же простой пастух и больше никто? Кто выступать? Этот пьяный старикашка?.. - начала было словоохотливая служанка, но, встретив строгий взгляд Сапфо, замолчала на полуслове и быстро закивала. - Хорошо, моя госпожа, так я и поступлю.
– Даже если юноша будет отказываться и из скромности говорить, что уже сыт, то ты все равно должна пригласить его к столу, чтобы он хотя бы просто посидел с нами... - проговорила Сапфо, уже отвернувшись.
– Но... но... - с любопытством заглянула ей в лицо Диодора. - С каких это пор, моя госпожа...
– Мальчик, сын нашей общей покойной подруги Тимады, совсем скоро покинет наш город и даже страну и поедет учиться в Афины, - пояснила Сапфо строго. - Пусть у него останется о родных местах, и обо всех нас, самая добрая память. А наиболее теплые чувства чаще всего рождаются именно за столом и с чашей вина в руке. Разве я говорю что-то не так?
Но умное, приятное застолье, задуманное Сапфо и Алкеем, почему-то с самого начала никак не хотело как следует налаживаться.
Философ Эпифокл за завтраком был сильно не в духе - видимо, у него с утра раскалывалась голова после вчерашней чересчур бурной пирушки или беспокоили какие-то другие мысли, которые он предпочитал держать при себе.