Воробей Вера и Марина - Журавль в небе стр 9.

Люся Черепахина вот уже второй год вела на молодежном телевидении музыкальную программу "Уроки рока". В классе ее уважали, и не только потому, что она была популярна настолько, что с некоторых пор даже не могла ездить в метро… Нет, причина всеобщего уважения крылась в другом: невзирая на свою бешеную популярность, Люся Черепахина ничуточки не "зазвездилась" и оставалась простой, душевной и отзывчивой девушкой. И всякий знал: в помощи Черепашка еще никому не отказывала, по какому бы поводу к ней ни обратились: написать сочинение на свободную тему, дать послушать редкий диск или провести бесплатно в какой-нибудь клуб на концерт модного исполнителя. Правда, ребята старались не злоупотреблять Черепашкиной добротой, понимая, что и ее возможности тоже не безграничны. Что же до Наумлинской, так она и вовсе ни разу не обращалась к Люсе с подобными просьбами, поскольку до вчерашнего дня была совершенно равнодушна к такого рода музыке, а также ко всему, что с ней связано.

– Случилось что? – Черепашка сняла очки и принялась протирать стекла специальной салфеткой, которую всегда носила с собой.

Шла большая перемена. По просьбе Наумлинской они вышли из класса и стояли, привалившись к широкому подоконнику.

– Да нет… – тянула с ответом Ирина. – В общем-то, ничего не случилось. Люсь, – наконец решилась она. – Ты знаешь такого музыканта, Рэма Калашникова?

Задав вопрос, девушка нервно оглянулась: она боялась, что Надыкто увидит ее вместе с Черепашкой, а увидев, сразу догадается, о чем, вернее, о ком они говорят.

– Знаю, конечно… – кивнула Люся и поспешила уточнить: – Вернее, только слышала. Лично я с ним незнакома, он у нас на программе не выступал. А что? – в свою очередь поинтересовалась она.

– Ну и как он тебе? – изо всех сил стараясь скрыть смущение, поинтересовалась Наумлинская.

– Интересно, – последовал короткий ответ. Но, подумав немного, Черепашка добавила: – Тексты отличные… Только все это несколько вторично. На мой взгляд…

– Понимаешь, – не дослушала Наумлинская. Она все еще не могла справиться с волнением, поэтому, задав вопрос, даже не услышала толком ответа одноклассницы. – Я вчера… совершенно случайно, – быстро, будто оправдываясь, добавила она, – в общем, Володя пригласил меня на концерт…

– А! – перебила в свою очередь Черепашка. – Знаю, он вчера в "Провокации" работал… У меня было приглашение, но я не смогла пойти. Хороший был концерт?

– Очень, – выдохнула Наумлинская и снова почувствовала, как щеки заливаются краской. Хорошо хоть кожа у девушки от природы имела смуглый оттенок, который позволял хотя бы отчасти скрыть признаки ее сильного волнения.

Впрочем, Черепашка сразу почувствовала что-то необычное. Во-первых, Ира вообще к ней редко обращалась, а во-вторых, Люсе были прекрасно известны музыкальные пристрастия Наумлинской. И тот факт, что она завела разговор о Рэме Калашникове, сам по себе казался необычайным. Впрочем, Черепашка старалась не подавать виду, что удивлена.

– Жалко, конечно, что я не смогла пойти, – с легким сожалением в голосе протянула Черепашка, ожидая, что за этим должно что-то последовать – то ли вопрос, то ли просьба. Не за тем же Наумлинская вызвала ее на разговор, чтобы только сообщить, что посетила концерт Калашникова. И вопрос не замедлил последовать:

– Слушай, Люсь… А ты, случайно, не знаешь, где можно достать запись этого концерта?

Черепашка вздохнула с видимым облегчением. Вот, оказывается, что! А она уж испугалась… Очень уж необычно выглядела ее одноклассница…

– Вообще-то это просто, – спокойно объяснила Люся. – Подходишь с чистой кассетой к звукооператору перед концертом, и все. Кажется, это сто рублей стоит…

Наумлинская вспомнила, как стайка девиц, едва Рэм скрылся за кулисами, ринулась к операторскому пульту… Да, точно! Оператор – сурового вида мужик в темных очках и с густой рыжей бородой – вручал им кассеты. Ира еще обратила внимание, какой радостью светились лица девиц.

– Но ведь я не сделала этого перед концертом, – возразила она Люсе. – А теперь уже никак нельзя достать кассету?

На лице Черепашки отразилась озабоченность.

– Вообще-то можно попробовать подойти в клуб, – предположила она. – Наверняка там осталась мастер-кассета… Хотя не факт, что они захотят ради тебя одной возиться с перезаписью… Слушай, – блеснула стеклами очков Черепашка, – а ты, случайно, не знакома с кем-нибудь из его фан-клуба?

– А разве у Рэма есть фан-клуб? – удивилась Наумлинская.

– Ну ты даешь! – хмыкнула Люся. – Калашникова, конечно, пока нельзя назвать суперзвездой, но он неуклонно, причем довольно быстрыми темпами идет вверх. Его популярность, судя по рейтингам, растет с каждым днем… Да и к нам в редакцию постоянно звонят поклонницы с просьбой пригласить Рэма на программу. В общем, – подвела черту Черепашка, – в существовании его фан-клуба я нисколько не сомневаюсь. Во всяком случае, что касается Интернета.

– И как же мне быть? – растерянно уставилась на Черепашку Наумлинская.

– Войди на его сайт, потом найди чат, познакомься там с кем-нибудь из фанаток и попроси кассету. Я думаю, никаких проблем у тебя с этим не будет, – убежденно заметила Люся. – Пожалуй, это самый короткий путь. А что, и в самом деле такой хороший был концерт? – поправила очки Черепашка, окидывая Наумлинскую внимательным взглядом.

Но та, пропустив вопрос мимо ушей, произнесла, как показалось Люсе, разочарованно:

– Но ведь я не знаю адреса этого фан-клуба…

– Ир, ты что, по Нету никогда не шарилась? – возмутилась наконец Черепашка. – Набери тройное "дабл-ю", потом латинскими буквами "Рэм Калашников"… Или попробуй "АвтоматКа". Группа же его так называется?

– Ну да, – кивнула Ирина. – Думаешь, получится?

– Уверена, – обнадежила ее Черепашка. – Но если возникнут проблемы, звони.

– Спасибо, – поблагодарила Наумлинская и вдруг, будто вспомнив о чем-то важном, схватила Черепашку за руку и зашептала: – Люсь, только я тебя умоляю, не говори Володьке, что я… Ну в общем, ничего не говори ему. Ладно?

– Да я и не собиралась… – слегка опешила от такого неожиданного напора и горячности Черепашка. – Это ваши дела. И потом, ты же говоришь, что вы вместе на концерт ходили…

– Ну да, – смущенно опустила глаза Наумлинская. – Только ты все равно не говори…

– Не волнуйся, – успокоила ее Черепашка. – Короче, звони, если что.

И в этот миг грянул звонок на урок; будто боясь помешать, он нарочно поджидал, когда девушки закончат разговор.

– Спасибо тебе, – перекрикивая звонок, бросила Наумлинская.

– Да ладно… – улыбнувшись, Черепашка махнула рукой.

Как и предполагала Черепахина Люся, отыскать сайт Рэма Калашникова оказалось несложно. С чатом тоже никаких проблем не возникло. Теперь, чтобы войти в него, требовалось зарегистрировать свой ник, то есть вымышленное имя, по которому к тебе будут обращаться участники виртуального разговора. Поломав минут пять голову над этой задачей и так ничего стоящего не придумав, Наумлинская решила назваться своим настоящим именем. Пробежав глазами разноцветные строчки, Ира поняла, что попала вовремя: участники чата горячо обсуждают вчерашний концерт Рэма в клубе "Провокация".

Некто, назвавшийся Слонэмом, уверял всех, что концерт был полным отстоем. Еще Слонэм советовал остальным поклонникам артиста забить на Рэма и дружно рвануть на концерт "Короля и Шута", который должен состояться в воскресенье на "Горбушке". Прочитав эти написанные ярко-зеленым шрифтом строчки, Ира смекнула, что Слонэм, скорее всего, лишь прикидывается фаном Рэма, тогда как на самом деле является поклонником панк-рока. Очевидно, это поняли и другие участники чата, так как на Слонэма тут же потоком обрушились резкие обвинения в предательстве. Кое-кто даже требовал, чтобы Слонэм немедленно покинул чат и "валил к своим вонючим панкам". Но тут внимание Наумлинской привлекла реплика Кити.

Почему-то Ира сразу решила для себя, что это девушка. Вряд ли такой ник мог принадлежать парню. Кити писала, обращаясь неизвестно к кому, что телега про рыб была, на ее взгляд, просто чумовая. Делясь своими впечатлениями, Кити даже процитировала приличный отрывок из нее. "Клево, правда?" – спрашивала неизвестно у кого Кити. Поколебавшись пару минут, Наумлинская вступила в разговор. Для себя она, не мудрствуя особо, выбрала черный цвет. Вообще-то, если честно, Наумлинская "чатилась" всего лишь второй раз в жизни, поэтому нельзя сказать, чтобы девушка чувствовала себя слишком уверенно. И тем не менее, внимательно пробежав глазами по экрану, она нашла в себе силы вступить в разговор так, будто всю жизнь только этим и занималась.

ИРА: Всем привет! Хочу поделиться своими впечатлениями, если, конечно, это кому-то интересно. Но даже если всем на мое мнение плевать, я все равно скажу: вчерашний концерт – это супер! Вы бы меня все засмеяли, если б узнали, какую музыку я слушала до вчерашнего дня. Поэтому лучше промолчу. Но теперь мне кажется, что я столько всего потеряла! Какое счастье, что случай привел меня в этот клуб!

Подумав немного, Наумлинская решила обратиться к Кити. Ведь, коль скоро та запросто цитирует целые куски из вчерашнего концерта, наверняка у нее должна быть его полная запись. Рассудив так, Наумлинская написала:

ИРА: Кити, привет! Мне тоже ужасно понравилась композиция про рыб. Умираю от желания послушать ее еще раз. Впрочем, как и весь концерт. Ты, случайно, не можешь мне в этом помочь?

Через какое-то время высветились оранжевые, несколько бледноватые буквы.

КИТИ: Ира, я Кити. Привет! Прикольно про рыб было, правда? Мне кажется, что из всех телег Рэма эта пока что самая лучшая… Хотя про Мариану тоже сильно.