— Двоих привязывать? Конечно, пробовал, только их на прямой удерживать трудно, и ремни все время путаются. Но тянут они здорово, особенно с горки! А долго в этот раз снег не тает, правда? Ну, прямо как ты говорил! Уже и дрова у баб почти кончились, а...
— Слушай, Перо, — перебил его Семен. — Слушай, сколько собак ты можешь... м-м-м... контролировать? Нет, они все тебя немного слушаются, а сколько из них слушаются тебя хорошо? По-настоящему?
— Ну-у... — Воин задумался и стал шевелить красными замерзшими пальцами. — Две руки, наверное, и еще две. А что?
— А вот то: ты бы научил их таскать волокушу не с горки, а по ровному месту. Вы же, когда груз по снегу перетаскиваете, в волокуши сами впрягаетесь, а ты собак запряги.
— Можно, конечно, попробовать, но зачем? Все равно снег скоро растает, а по земле они не потянут.
— А если не растает?
— Как это?!
— Вот так... Этот мир меняется — сам видишь.
— Вижу, конечно, но как такое может быть?!
— Расскажу, если хочешь. Я же раньше жил в будущем, а там зима длится так же долго, как и лето. А кое-где снег лишь ненадолго стаивает, а потом выпадает снова.
— И люди живут?!
— Живут, и придумывают всякие хитрости, чтобы не умереть от голода и холода.
— Расскажешь?
— Что смогу. Правда, я сам-то не очень... Вот посмотрел, как вы тут веселитесь, и вспомнил: люди будущего ездят на собаках.
— Ездят?!
— Ага. — Семен опустился на корточки и стал рисовать пальцем на снегу. — Из дерева делается такая штука — называется «сани» или «нарты», а спереди к ней привязываются собаки. Есть и другая конструкция — тобогган. Я, правда, его никогда не видел, но, по-моему, это просто волокуша, вроде наших — из цельного куска шкуры.
— А собак к ней как привязывать?
— Честно скажу: я никогда этого не делал и видел только по... В общем, издалека только видел. Придумай сам что-нибудь, а? Ну, скажем, берешь длинный тонкий шест и привязываешь его спереди к волокуше, а уж к этому шесту справа и слева — собак. Только они, наверное, будут путаться и тянуть в разные стороны.
— Пусть только попробуют! — засмеялся Перо. — Это хорошая игра, мальчикам понравится!
— При чем тут игра? Речь идет о... жизни и смерти.
— Чего ты, Семхон?!
— А того... Неужели не понимаешь, что людям нужно научиться жить среди снегов? Жить, а не просто дожидаться, когда опять станет тепло. Сам же говоришь: дрова кончаются. Было бы несколько собачьих упряжек, можно было бы съездить в лес и привезти дров на весь поселок.
— Когда это мужчины занимались заготовкой дров?!
— Мир меняется, значит, должны меняться и правила жизни людей.
— Может, ты и прав... Я попробую с собаками, Семхон! Ты это здорово придумал, а делать сейчас все равно нечего!
— Попробуй, Перо. Вообще-то, я слышал, собак приучают таскать груз с самого раннего детства — они, кроме этого, ничего больше и не умеют. Но их здесь много, может быть, хоть несколько штук окажутся пригодными, а?
— Окажутся, не переживай! Я уже почти придумал, как сделать упряжь: берешь такой широкий ремень, к нему привязываешь...
— И еще... — перебил Семен. — Пусть тебе мальчишки помогают и учатся заодно — в Среднем мире тропы воинов коротки.
— Нам с тобой хватит! — засмеялся Перо и хлопнул Семена по плечу. — Не волнуйся ты из-за Корявой Чаши! Знаешь же: лоурины просто так своих не отдают — ни в Нижний, ни в Верхний миры. Наш шаман самый мудрый, а вождь самый сильный! Пошли лучше с горки скатимся!
— Пошли, — улыбнулся в ответ Семен.
Покидать поселок женщинам с грудными детьми было запрещено. Все остальные, включая вождей и их свиты, разместились на склонах Корявой Чаши. Раньше Семену не приходилось проваливаться под лед — даже в детстве. Как это происходит, он представлял чисто теоретически и готовился к тому, что реальность окажется гораздо хуже.