Для марксистов крестьянство было "мелкобуржуазным" классом и в таковом качестве являлось врагом индустриального рабочего класса. Однако Ленин отдавал себе отчет в том, что крестьяне мечтают обзавестись собственной землей, и был готов развязать революцию в деревне, уверенный, что, захватив власть, сумеет поставить крестьянство на место посредством национализации земли. Что касается национальных меньшинств, то он, как и другие социалисты, презирал национализм во всех его проявлениях. Но он считал, что националистические устремления поляков, финнов и других этнических групп будут способствовать свержению режима. Поэтому он обещал всем национальностям, находившимся под русским правлением, право на самоопределение, включая право на создание суверенного государства. На вопросы своих сторонников, почему он хочет "балканизировать" Россию, отвечал, что экономические узы, связывающие Российскую империю, столь сильны, что никакой сепаратизм невозможен, и что даже если одна или больше приграничных территорий в этом преуспеют, их всегда можно будет силой вернуть в общее лоно на том основании, что "пролетарское самоопределение" стоит выше "национального самоопределения".
Почти все время с 1900 по 1917 год Ленин провел за границей. В Германии, Австрии, Италии и Швейцарии он стремился расколоть Второй Интернационал, как до этого расколол Российскую социал-демократическую рабочую партию, но большого успеха не добился. Он поддерживал контакты со своими сторонниками в России и посвящал много времени писанию злобных статей против оппонентов. Кроме ближайших учеников - которых, когда они заблуждались, он стремился переубедить - всякого не согласного с его политикой он называл предателем рабочего класса.
За весь этот долгий период он посетил Россию только один раз во время революции 1905 года. Большевики воспользовались политическими свободами, предоставленными царизмом на волне революции, чтобы открыто создать свою организацию. Ни одна из социал-демократических фракций не пользовалась массовой поддержкой: в 1907 году общее количество членов в них поднялось до 84 000; со временем, когда революционная волна пошла на убыль, это число начало таять и в 1910 году оно остановилось на 10 000 в стране со 150-миллионным населением. Большевиков поддерживали главным образом великороссы, тогда как к меньшевикам тянулась более высокая доля национальных меньшинств (например, евреев и грузин). И у тех, и у других рабочих было немного, подавляющее большинство составляли интеллектуалы.
Затем пришла Великая война. Российские социал-демократы, как большевики, так и меньшевики, были единственными социалистами, за исключением сербов, кто голосовал против военных кредитов. Большевистские депутаты парламента за свою оппозицию были арестованы и отправлены в ссылку. Их партийная организация была практически уничтожена.
Когда разразилась война, Ленин сразу же занял бескомпромиссную позицию: война между странами должна быть превращена в войну между классами. Вместо того, чтобы стрелять друг в друга, рабочие должны повернуть оружие против своих эксплуататоров. Эта позиция нашла себе ряд сторонников среди членов Второго Интернационала, они собрались в нейтральной Швейцарии. У русских было сильное представительство на состоявшихся там встречах, на которых Ленин взял в свои руки руководство левыми радикалами. Предложенные им резолюции не были приняты, но, тем не менее, он оказал сильнейшее влияние на ход дебатов, заложивших основы того, что стало в 1919 году Третьим или Коммунистическим Интернационалом.
В первую мировую войну Россия вступила как союзница Франции и Англии. Она заключила этот союз из опасения, что Германия и Австрия в ходе экспансии на юг и восток захватят ее территории и сведут ее к положению второразрядной державы. Франция вступила в партнерство с Россией из страха перед мощным наступлением немцев, которое она была в состоянии выдержать, только если Германии пришлось бы вести войну на два фронта. Русско-французское согласие обязывало Россию начать наступление против немцев и быстро продвигаться к Берлину после ожидаемого вторжения Германии во Францию.
Как оказалось, все предвоенные планы воюющих стран пошли вкривь и вкось. Немецкий план Шлиффена, предусматривавший быструю и решительную победу на западном фронте с последующей переброской сил на восток для уничтожения русских, провалился: кампания на западе вылилась в окопную войну, которой не было видно конца. Русские смело наступали в Восточной Пруссии, но попали в западню и потерпели поражение.
В конце 1914 года германское верховное командование пришло к заключению, что единственный шанс на победу в войне состоит в том, чтобы добить Россию и затем сосредоточить все силы Германии на западном фронте. Весной следующего года объединенные силы Германии и Австрии вторглись в принадлежавшую России Польшу и отогнали царские армии на сотни километров к востоку. Хотя основная часть российских вооруженных сил уцелела, а Россия номинально не вышла из войны, она потеряла ряд своих богатейших и густонаселенных регионов.
Эти поражения вызвали большое недовольство в России, как в либеральных, так и в консервативных кругах. Думские либералы потребовали, чтобы правительство уступило Думе право назначения министров. Консерваторы хотели, чтобы царь Николай II отрекся от престола в пользу более дееспособного члена монаршей семьи. В войсках и среди разных слоев населения бродили слухи о предательстве в высших сферах: императрицу, немку по происхождению, заподозрили в передаче военных секретов врагу. Трудности правительства усугубляла серьезная инфляция в городах, а расстройство железнодорожного сообщения привело к нехватке хлеба и топлива, особенно в Петрограде (так стал называться Санкт-Петербург после начала войны). Сочетание плохих новостей с фронта с политическим недовольством и экономическими неурядицами в городах (деревня оставалась спокойной, выиграв от повышения цен на продовольствие) создала к октябрю 1916 года революционную ситуацию.
Можно сказать, что русская революция 1917 года началась в ноябре предыдущего года, когда правительство оказалось под жестоким нажимом со стороны либеральных и консервативных депутатов Думы за бездарное ведение войны. Лидер либералов Павел Милюков впрямую обвинил правительство в измене. Эти атаки со стороны высших политических кругов сделали страну неуправляемой; зрело убеждение, что наступило время решительных перемен. Царь, фаталист по природе, не сделал ничего для упрочения своей власти.
Искрой, вызвавшей революцию, явилось брожение петроградского гарнизона в марте 1917 года. Он состоял из призывников старшего возраста, которые считали, что их должны были освободить от воинской службы; получив приказ стрелять в безоружную толпу возмущенных людей, они взбунтовались. Генералы, опасаясь, что мятеж перекинется на фронтовые части, убедили Николая отречься от престола, чтобы спасти Россию от поражения. Горячий патриот, он последовал совету и 15 марта отрекся.
Вслед за отречением царя власть перешла к комитету думских депутатов, нарекшим себя Временным правительством. Одновременно с этим социалистические интеллектуалы созвали в Петрограде Совет рабочих и солдатских депутатов. Совет был призван наблюдать за "буржуазным" Временным правительством, не позволяя ему проводить реакционную политику. В течение следующих семи месяцев Россия управлялась - если вообще как-то управлялась - режимом двоевластия, при котором советы подрывали власть правительства, не беря на себя ответственности за последствия. Социалисты-интеллектуалы, заправлявшие советами, подрывали армию, урезая власть офицеров, в которых видели потенциальную контрреволюционную силу. И в то же время требовали вести войну до победного конца.
Временное правительство обещало безотлагательно созвать Учредительное собрание, чтобы дать стране новые республиканские органы власти, но, занятое более настоятельными задачами, постоянно откладывало выборы в это собрание. Оно также медлило с земельной реформой. Крестьяне, теряя терпение, нападали на частные поместья, а солдаты покидали фронт, торопясь домой, чтобы не упустить свою долю во время ожидавшегося перераспределения земли. Национальные меньшинства начали требовать самоуправления и в ряде случаев полного суверенитета. И притом Временное правительство не переставало требовать продолжения войны, становившейся все более непопулярной. Страна, единство которой веками обеспечивала государственная власть, а не общественная сплоченность, сползала в анархию.
В этом был шанс Ленина. В начале 1917 года он жил в Швейцарии. Получив известия о мартовской революции, он телеграфировал своим подручным в России, наказав не доверять Временному правительству, избегать союзов с другими социалистическими партиями и вооружать рабочих. Он сгорал от нетерпения вернуться домой и взять дело революции в свои руки.
Немцы и австрийцы, завязшие на западном фронте в казавшейся нескончаемой войне на истощение, пристально следили за русскими эмигрантами и Лениным в том числе, которые выступали против войны. Ленин связался с немецким посольством в Швейцарии и запросил помощь в организации возвращения на родину. Берлин не только предоставил ему и другим эмигрантам-социалистам свободный проезд через Германию, но и снабдил деньгами на возрождение партии. Ленин, которого никогда не заботило, откуда берутся деньги, коль скоро они служат его целям, принял предложение. Через посредников и с великими предосторожностями он в течение следующих полутора лет находился на содержании у немцев.