- А вы, как я вижу, не похожи на обычную путешественницу, приехавшую в Петербург, - улыбнулся господин Строенский. - Я запомню ваше желание, мисс Шенли, и сделаю все возможное, чтобы доставить вам удовольствие.
- Это будет замечательно! - обрадовалась Алида.
В течение всего обеда они говорили о музыке, и, увлеченная интересным разговором, Алида едва замечала изысканные блюда, которые в изобилии подавали гостям. И только когда обед подошел к концу, она вдруг поняла, как невежливо вела себя с генералом Бенкендорфом, почти не обращая на него внимания. Чтобы как-то загладить неловкость, она с трудом проговорила:
- Вы, наверное, очень гордитесь тем, что ваш сын, граф Иван, занимает такой важный пост в Морском министерстве?
- Лучше бы он служил в полку! Но политика ему всегда нравилась больше, чем военная служба.
- А я и не знала, что граф Иван интересуется политикой!
- Он проявляет к ней живой интерес. Сейчас он помогает генерал-адъютанту императора справиться с безумцами, которые хотят освободить крестьян.
- Но вы, конечно, против этого?
- Это будет безумием и разорит многих дворян.
- А как вы думаете, можно ли найти какое-то решение?
Генерал опустил на стол стиснутые кулаки.
- Никогда! Никогда! - воскликнул он. - Никому не позволено предавать традиции русской истории! Это произойдет только через мой труп!
Его гнев был так неистов, что Алида поняла: она спровоцировала бурю.
Она с облегчением увидела, что обед подошел к концу и великая княгиня с другими дамами выходят из банкетного зала,
- Видите ли, мы придерживаемся английской моды, а, не французской, - пояснила великая княгиня, ведя своих гостей по длинному коридору.
- Вы хотите дать мужчинам немного побеседовать за бокалом портвейна, - заметила Алида.
Прожив некоторое время во Франции, она прекрасно знала, что там мужчины покидают комнату вместе с женщинами.
- Именно так, - ответила ей великая княгиня. - Хотя мужчинам и приятно общество хорошеньких дам, они всегда рады хоть немного побыть в чисто мужском обществе и свободно поговорить о том, о чем бы не посмели говорить в нашем присутствии. - Озорно засмеявшись, она продолжала: - Мне всегда говорили, что за бокалом портвейна рассказываются самые злые сплетни!
Дамы разошлись по трем изумительно обставленным комнатам, чтобы поправить прически, попудрить носики и обменяться комплиментами по поводу нарядов.
- Сегодня танцев не будет, хотя в Зимнем дворце дается бал, - обратилась к Мэри великая княгиня. - Я подумала, дорогое дитя, что вы утомлены дальним морским путешествием. Но на следующей неделе вы обязательно побываете на таком балу! Это совершенно особый случай, и мы все появимся на нем в русских костюмах. Я уже заказала платья для вас и вашей кузины!
- Это очень любезно, сударыня! - воскликнула Мэри.
- Думаю, вам понравится. Это всегда увлекательное зрелище! Мужчины особенно неотразимы при всех регалиях.
- Буду с нетерпением ждать этого бала, - вежливо ответила Мэри.
- А завтра я даю бал здесь в вашу честь, - продолжала великая княгиня. - Я решила, что это будет "Белый бал", потому что скоро наступит зима и Петербург покроется снегом, а ведь именно это привлекает в России иностранцев.
Мэри улыбнулась, а Алида чуть не вскрикнула от досады. Она слышала, что раньше давались балы, на которых все дамы появлялись в платьях одного цвета. Бывали Розовые, Черные, Золотые балы, на которых ее мать бывала в Париже.
Но ей ведь нечего надеть на Белый бал!
Если ее дядя хотел наказать племянницу за грех ее отца, он вряд ли мог придумать что-нибудь более унизительное. Так стыдно появиться в изысканном и блестящем обществе Европы одетой, как сирота из приюта!
Великая княгиня вышла, и они с Мэри ненадолго остались в гардеробной одни. Остальные дамы не могли услышать их.
- Что мне делать, Мэри? - тихо спросила Алида. - Ты слышала, великая княгиня сказала, Белый бал дается в твою честь, а тебе известно, что у меня есть только серые платья.
- Тогда ты не сможешь быть на этом балу, не так ли? - равнодушно произнесла Мэри, вышла из гардеробной и затерялась среди остальных гостей.
Позже гости беседовали в одной из больших гостиных, а оркестр, который играл за обедом, теперь аккомпанировал их голосам из другого зала. Алиде очень хотелось послушать музыку, а не тратить время на бессмысленные разговоры, но отец всегда говорил ей, как утомительны гости, которые, как он выражался, "не исполняют своей роли".
- Не важно, что ты говоришь, Алида, - говорил он пятнадцатилетней дочери. - Делай вид, что тебе все интересно, и увидишь, люди охотно будут изливать перед тобой душу.
Только теперь Алида поняла, какой мудрый совет дал ей отец. Стоило ей спросить людей, чем они занимаются, живут ли они в Петербурге, как тотчас же завязывался оживленный разговор, иногда на тему, в которой она совершенно не разбиралась. Великая княгиня была исключительной хозяйкой и перезнакомила между собой всех гостей. Наконец Алида оказалась снова рядом с генералом Бенкендорфом,
- Надеюсь, мисс Шенли, вы приятно провели время, - вежливо произнес он.
- Очень приятно, генерал, - ответила Алида. - Здесь так красиво, что мне кажется, я вижу все это во сне!
- Я бы хотел показать вам, как маршируют кадеты, - заметил генерал. - Его императорское величество не раз высоко отзывался об их выправке,
- С удовольствием, - ответила Алида, надеясь, что своим тоном не выдала, как ей ненавистна мысль о Кадетском корпусе и происходящих там ужасах.
- Я поговорю с великой княгиней, - пообещал генерал.
Прощаясь с ней, он щелкнул каблуками, а она надеялась, что больше никогда не увидит его, В то же время она испытывала чувство неловкости: ведь генерал - отец графа Ивана, и Мэри, может быть, интересно посетить Кадетский корпус.
Тем временем гости начали расходиться. Дамы приседали в реверансах перед великой княгиней и были похожи на прекрасных лебедей. Алида смотрела на великолепные наряды из атласа, тюля, кружева, газа и парчи, на великолепные драгоценности и меховые манто, которые подавали слуги.
Днем солнце еще грело, но к вечеру сильно похолодало.
- Завтра будет снег, - услышала Алида пророческое замечание пожилой дамы, спускавшейся по лестнице. - Я чувствую это своими косточками.
- Зима и должна начаться в октябре, - ответила ей собеседница.
Граф Иван покинул зал почти последним. Он о чем-то оживленно говорил с Мэри, и Алида увидела, как Мэри, положив руку на его плечо, что-то шептала ему. Тот, словно осознав, что его поздний уход возбудит ненужные подозрения, подошел к великой княгине.
- Не могу выразить, сударыня, как приятно я провел время, - сказал он. - Ваши приемы всегда замечательны, и я буду считать часы до завтрашнего бала!
- Я рада, что вы и ваш отец будете у меня завтра, - ответила великая княгиня.
Она говорила вполне приветливо, но Алида все же уловила некоторую натянутость в ее голосе и задумчивость во взгляде, когда граф склонился над ее рукой.
Граф Иван совершенно забыл о ней и даже не попрощался, но это не задело Алиду. Теперь она уже окончательно прониклась неприязнью как к нему, так и к его отцу. Конечно, Мэри поймет, размышляла она, что разумнее было бы познакомиться с кем-нибудь другим. Ведь здесь столько красивых мужчин. Чуть слышно вздохнув, она подумала: "А один красивее всех!" И действительно, среди всех неотразимых мужчин, которых она сегодня увидела, не было никого прекраснее князя Воронцова.
В этот момент, проводив до двери наиболее важных гостей, князь Воронцов возвратился в зал.
- Вечер удался на славу, - сказал он.
- Тебе понравилось? - спросила великая княгиня.
- Я в восторге! Кто, кроме вас, способен собрать вместе таких разных людей и сделать так, чтобы вечер для них прошел приятно? - Его глаза горели, и он продолжал: - По-моему, некоторые из ваших гостей были потрясены, когда вы представили им Николая Милютина.
Великая княгиня засмеялась:
- Они могли ожидать, что встретят его здесь!
- Не в такой обстановке, - ответил князь, - но я смею надеяться, они это переживут и им будет о чем поговорить.
- В этом можешь не сомневаться.
Князь поднес к губам ее руку:
- Доброй ночи, моя шаловливая кузина, благодарю вас!
Он повернулся к Мэри:
- Вам понравилось?
- Разумеется, - ответила она.
Князь вежливо поклонился Мэри и обернулся к Алиде. Их глаза встретились, и она почувствовала, что он хочет что-то сказать. Но князь поклонился ей и вышел, не сказав ни слова.
Графиня рано легла в постель, и девушки, пожелав великой княгине доброй ночи, направились в свои спальни.
- Что за скучный вечер! - зевнула Мэри. - Мне так хотелось потанцевать. Иван говорил, что в Петербурге танцуют каждый вечер. Только великой княгине могло прийти в голову, что людям интересно лишь болтать!
- А разве тебе не интересно побеседовать с новыми людьми? - спросила Алида. - Среди гостей было с кем поговорить.
- Я хотела потанцевать с Иваном, - жалобно, как маленький ребенок, проговорила Мэри. - А вместо этого нам пришлось осторожничать. Иван предупредил меня, что эти дамы - "все внимание" и ничто не доставит им большего удовольствия, чем позлословить обо мне.
- Я рада, что граф Иван предупредил тебя об осторожности, - сказала Алида,
- Он говорит, что думает только обо мне, - недовольно пожаловалась Мэри, - но я подозреваю, он боится за свою собственную репутацию! Говорят, его жена очень ревнива!