Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
Во-первых, он решил установить, мог ли Борман в последние дни Третьего рейха покинуть Германию и отправиться в Латинскую Америку. Оказалось, что это было вполне реально. Из гибнущей нацистской империи через всю Атлантику прорвались и сдались аргентинским властям несколько германских подводных лодок. К примеру, в июне 1945 года всю Аргентину потрясла необычная новость: в порт Мар-дель-Плата среди бела дня вошли две нацистские подлодки. Над обеими развевались красно-бело-черные нацистские флаги. Прежде чем кто-либо в порту успел опомниться и принять меры (Аргентина формально входила в число стран антигитлеровской коалиции), флаги были спущены. U-530 и U-977 сдались властям. А пару лет спустя несколько брошенных субмарин были обнаружены в уединенных бухтах пустынного патагонского побережья. Вполне возможно, что на одной из этих подводных лодок в Аргентину и бежал бывший рейхсляйтер.
Но более вероятен другой вариант. Умный и хитрый человек, Борман наверняка заранее предвидел незавидный финал Третьего рейха и готовил себе пути к отступлению. Я более чем уверен - у него было готово надежное убежище. Ведь не зря, начиная с 1942 года, он заботливо увеличивает подконтрольные только ему счета в швейцарских банках! К 1945 году на них уже лежали десятки, сотни миллионов долларов. Странно думать, будто фактический обладатель такого огромного состояния не сумеет спасти собственную шкуру. Хартельсманну удалось воссоздать довольно четкую картину бегства Бормана из поверженной Германии.
Итак, 2 мая 1945 года рейхсляйтер двинулся на прорыв через советское окружение. Надо сказать, окружение на тот момент было не очень плотным, в нем существовали бреши. Конечно, большая группа людей и танков пройти сквозь них не могла, но несколько человек под покровом ночи вполне бы справились с такой задачей. Борман, как подтверждают многие очевидцы, действительно присоединился к шедшей на прорыв танковой колонне. Но он вовсе не лелеял надежду на прорыв. Его расчет строился на том, что танки привлекут в этом секторе внимание русских, и под шумок удастся проскочить.
В общем-то, его надежды оправдались: в кромешной тьме, двигаясь в основном по канавам, Борман с несколькими спутниками вышел к позициям группы Штайнера. Здесь он сел в самолет и отправился в южном направлении. Бавария еще не была оккупирована американцами, и 3 мая Борман оказался под защитой группировки Вермахта. Но задерживаться здесь надолго рейхсляйтер не собирался, более того, свое присутствие стремился сохранить в глубокой тайне. Лишь с большим трудом Хартельсманну удалось разыскать после войны нескольких свидетелей, которые вроде бы видели Бормана в те дни в предгорьях Альп. Почему их показания не привлекли внимания раньше, неизвестно.
У Бормана все было приготовлено для перехода швейцарской границы. 5 мая, когда Третий рейх еще бился в агонии, он появляется в Швейцарии в роли шведского коммерсанта Густава Шрене. Прикрытие неплохое, но долго работать не будет, хотя Борман изменяет свою внешность: отращивает бороду и усы, пользуется театральным гримом. Пока его никто не узнает, но вот как долго это продлится? Совершенно неизвестно. А Швейцария не более чем островок в бушующей Европе, и при попытке покинуть его вероятность попасться очень велика. Что же делать?
Может, кто-то другой растерялся бы, но у Бормана все продумано. По чужим документам куплен небольшой самолет. Как только война в Европе затихает и небо становится мирным, рейхсляйтер улетает в Испанию. 13 мая он уже в Мадриде. В это время победители только-только начинают искать главарей побежденной Германии. А в июне Борман пересекает Атлантический океан и оказывается в Аргентине. Здесь он меняет имя, но совершенно перестает заботиться о внешности. Бояться ему особенно нечего, Аргентина дает свое гражданство всем, кто заплатит ей определенную, достаточно скромную, сумму денег. А денег у Бормана предостаточно. Хартельсманну так и не удалось в ходе своего расследования почерпнуть достоверную информацию о нацистских счетах в Швейцарии, но, по неофициальным данным, операции с ними происходили регулярно.
В Аргентине Борман выступил в роли главы немецкой диаспоры. По самым скромным подсчетам, в конце сороковых годов в стране находилось не менее полумиллиона немцев, значительное большинство нацисты. Как правило, жили в собственных самоуправляющихся поселениях, куда чужаку вход был заказан. Благодаря деньгам со швейцарских счетов немцам удалось построить вполне процветающий бизнес и даже организовать собственную спецслужбу, кадровую основу которой составили бывшие гестаповцы. Разумеется, были и те, кто решил начать новую жизнь и не общался с бывшими товарищами, а также люди, которым по тем или иным причинам не хотели доверять и, соответственно, не принимали в диаспору.
Именно среди последних оказался Эйхман. Почему бывшие товарищи отказались с ним общаться, сказать сложно. Возможно, проблема в том, что старый гестаповец весьма склочный человек, легко наживал себе врагов и умудрился поссориться со многими лидерами местной немецкой общины. В частности, известно, что Борман его откровенно недолюбливал. Возможно, виной всему были слухи о том, что Эйхман работал на советскую разведку.
На этих слухах стоит остановиться поподробнее.
Эйхман - русский шпион?
Мысль будто Адольф Эйхман работает на русских, появилась еще в дни существования Третьего рейха. Сотрудники Гестапо обнаружили гигантскую утечку внутренней информации. Неизвестный предатель сдал советской разведке сеть диверсантов, созданную на территории Польши и Чехословакии для действий в тылу наступавших русских танковых корпусов. Ей надлежало стать частью "Вервольфа", системы партизанских формирований на занятых врагом территориях. Провал был поистине грандиозен - тщательно продуманная и разработанная система разгромлена полностью. Характер информации таков, что предателем мог оказаться только кто-то из своих. Тщательная проверка не принесла никаких результатов, но некоторые косвенные улики указывали на Эйхмана. Его собирались проверить более тщательно, но не успели - война закончилась. В наступившем хаосе никто поначалу не вспомнил о подозрениях, павших на главного специалиста по "окончательному решению еврейского вопроса", и Эйхману удалось вместе с другими видными нацистами спастись бегством при помощи организации ":ОДЕССА".
Зато потом, когда беглец прочно обосновался в Аргентине, подозрения всплыли вновь. В конце сороковых годов Борман быстро и эффективно создает Службу безопасности немецкой диаспоры, сокращенно "Дези". Кадровую основу новой структуры составили бывшие сотрудники СД. Характерно, что Эйхмана туда не взяли - возможно в новых условиях специалисты по сионизму были мало актуальны, если бы "Дези" вскоре после своего создания не начала углубленную проверку Эйхмана.
Старый гестаповец, сам о том не подозревая, оказался объектом двойной слежки: сначала за ним наблюдали свои, потом израильтяне. По итогам наблюдений "Дези" не удалось найти каких-либо доказательств вины Эйхмана: в советское посольство он не ходил, с неизвестными лицами не общался. В итоге от него отстали, решив, что либо он прекратил свое сотрудничество с русскими, либо никогда и не был в нем замешан. Однако ярлык "подозрительного" с Эйхмана так никогда и не сняли, фактически оставив старика и его семью за пределами нацистской диаспоры. Что, разумеется, существенно облегчило его поимку израильтянами.
Так был ли Эйхман шпионом советской разведки? Утверждать что-либо наверняка очень сложно. Но такое предположение мало похоже на правду. Во-первых, трудно предположить, что русские не попытались бы использовать его в качестве своего агента в немецкой диаспоре в Аргентине, а такую деятельность мгновенно бы засекли профессионалы из "Дези". Что же касается улик, собранных на него еще до краха Третьего рейха, то картина получается более чем странная. Уж слишком они смахивают на банальную подделку. Создается впечатление, что кто-то хотел намеренно подставить Эйхмана. Борман?
В любом случае, операция "Моссада" стала одновременно достаточно крупным провалом "Дези". Как бы ни относились к Эйхману его бывшие коллеги и лично Борман, специалист по евреям знал слишком много. И теперь, попав в руки врага, его осведомленность могла стать смертельно опасной.
Никто не предавался иллюзиям, что старик будет непоколебимо хранить известные ему сведения о германской диаспоре в Аргентине. Терять Эйхману было нечего, и он, действительно, рассказал все израильтянам. А значит, можно было в любое время ждать новых визитов "Карающих ангелов".
Что предпримут евреи? Совершенно очевидно, они не станут действовать по официальным дипломатическим каналам. Аргентинские власти и так не питали к Израилю особой симпатии, а после дерзкой операции "Моссада" отношения испортились если не окончательно, то, по крайней мере, на длительный срок.
Следовательно, израильтяне могли продолжить секретные операции. "Ханокмин", действительно, приступил к подготовке новых акций. Увенчанный лаврами Элром, многократно награжденный и обласканный, возглавил очередную боевую группу.
А дальше. адальше начинается самое странное. В апреле 1962 года, спустя ровно год после того, как человек впервые полетел в космос, "Ханокмин" фактически расформировывают. Номинальная структура остается прежней, но число агентов значительно сокращается. Более того, уходят (вернее, переводятся на другую работу) лучшие из лучших. Эффективная боевая структура превращается в сонную бюрократическую канцелярию. Смешно думать, будто это сделано не специально. Очевидно, задача преследования нацистов потеряла свою актуальность. Неужели был пойман последний преступник? Понятное дело, нет. Русские, например, чуть ли не до конца XX века продолжали охоту, и все равно многие уцелели в получивших независимость прибалтийских республиках. Так почему же Израиль отказался от идеи поимки и наказания нацисттов?