- Правда?.. Ничего не поделаешь. Я приму только такое предложение, - заявила она, готовая использовать любое средство, лишь бы держать его на расстоянии.
Очевидно, худшие подозрения Агостино оправдались, потому что он вдруг словно окаменел. Его ноздри раздувались.
- Если я когда-нибудь женюсь, моей избранницей станет девушка с безупречной репутацией.
Кимберли вздрогнула, ее желудок болезненно сжался. Она сама вручила ему нож, который он без колебаний вонзил в ее сердце. Но гордость и дикая ненависть придали ей сил.
- Но у тебя все равно будет любовница, да?
- Естественно. Я буду выбирать жену умом, а не сердцем, - сухо ответил Агостино. Но неожиданный вопрос задел его, кровь прилила к его смуглым щекам.
Она содрогнулась от отвращения. Атмосфера становилась взрывоопасной. Кимберли чувствовала, что в нем происходит борьба между горячим темпераментом и ледяным рассудком. Она читала это на лице Агостино, в каждом жесте его выразительных рук, и душа ее наполнялась горечью и болью.
- Да ты просто музейный экспонат…
- Когда я выйду в эту дверь, я больше не вернусь…
- Вряд ли стоит откладывать…
- Но сначала я хочу хоть раз показать, от чего ты отказываешься!
Кимберли растерялась от такого заявления. Золотистые глаза гипнотизировали ее. Она сгорала в огне собственной страсти.
- И не мечтай, - через силу произнесла Кимберли, но голос ее звучал не слишком убедительно.
Молчание нарушил шум приближающейся машины.
Агостино разочарованно покачал головой, отчего сердце Кимберли больно екнуло, и вышел.
Глава 6
Последние пять дней прошли, словно в тумане. Автопогрузчик с двумя рабочими, которые почему-то все время смеялись, забрал "феррари". Кимберли пригласила строителей проверить крышу, и ее худшие опасения оправдались - крышу надо крыть заново. Такие расходы ей сейчас не по карману.
Кимберли встретилась с Максом Борном. Еще ни одна женщина не старалась так очаровать мужчину. Хорошо еще, что он был симпатичным и веселым. Отчаявшись отыскать в своей душе хоть искру влечения, в конце вечера она позволила себя поцеловать. Однако не ощутила абсолютно ничего. Чувствуя себя виноватой, Кимберли смогла лишь извиниться в ответ на предложение Макса встретиться снова.
Она совсем не спала, не могла спать. Агостино занимал все ее мысли. Кимберли мечтала заниматься с ним любовью - страстно, неистово - впервые в жизни. И жестокой насмешкой время от времени мелькала в ее голове мысль привести упирающегося сицилийца в наручниках к алтарю.
Кимберли уселась на кровати и, словно уговаривая саму себя, принялась составлять список недостатков Агостино. Список занял две страницы и через секунду был скомкан, а потом разглажен вновь. Она ненавидит этого человека. И чем больше она ненавидит его, тем сильнее нуждается в близости с ним.
Почему она так скучает по нему? Неужели влечение может быть столь всепоглощающим? - вновь и вновь спрашивала себя Кимберли, охваченная стыдом и отчаянием. И если уж она так страдает, подавляя собственные инстинкты, почему тогда не стала возлюбленной Макса?
На пятый день ее крестных мук около полудня Кимберли услышала шум подъезжающей машины и подбежала к окну. У крыльца остановился серебристого цвета "пежо". Изумлению ее не было предела. Из машины вышла Сара Вандерберг. Что заставило эту владелицу лучшего актерского агентства проделать такой путь?
Она открыла дверь и наткнулась на широкую улыбку Сары.
- У меня для тебя хорошие новости, девочка… Ты станешь настоящей звездой.
- У вас есть работа для меня? - Кимберли, затаив дыхание, жестом пригласила гостью войти.
- С тех пор как мельница слухов запущена, ты в центре всеобщего внимания, - довольно объявила Сара. - За последние два дня поступило три выгодных предложения на отличные роли.
- Мельница слухов? - Кимберли застыла на месте. Еще минуту назад она считала, что о ней все забыли, а сейчас ей предлагают головокружительную карьеру? Бессмыслица!
Присев на стул, Сара открыла записную книжку и изумленно взглянула на Кимберли.
- О тебе трезвонят все колонки светских сплетен. Неужели ты не читала?
- Я не покупаю газет, - тихо заметила Кимберли.
- Твоя личная жизнь - твое дело. - Сара с нескрываемым любопытством разглядывала девушку. - Но есть реальный шанс вырваться на иную орбиту… Один из самых богатых людей в мире…
Кимберли вздрогнула.
- Не понимаю, о чем вы говорите…
Искусно подведенные брови Сары взлетели вверх.
- Я говорю о парне, который в один момент сделал тебе карьеру, даже пальцем не шевельнув. Во всех журналах мелькают фотографии той, с кем его видели…
- Так вы об Агостино?
- И когда меня посетил один джентльмен, который, насколько мне известно, близко знаком с итальянским магнатом, я была несказанно удивлена, даже потрясена, - щебетала Сара с нескрываемым восторгом. - Я выяснила твой адрес. Говорят, Агостино Мангано не забывает об оказанных ему… услугах.
Лицо Кимберли побелело как мел.
- Так почему же ты здесь, в этой дыре, в затворничестве? - Сара вопросительно смотрела на нее. - Светская хроника гласит, что на этой неделе он бросил ради тебя Патрицию Корадо. Что бы ты ни сделала, это сработало. Такой лакомый кусочек, великолепный бриллиант в двадцать два карата!..
- Между нами ничего нет, - резко оборвала ее Кимберли. Мысль о том, что он все еще встречается с роскошной итальянской певицей, больно ранила ее.
Молчание заставило ее почувствовать еще большую неловкость.
- Если все закончилось, держи это при себе. - Сара даже не пыталась скрыть разочарование. - Внезапный интерес к твоей персоне возник только благодаря ему. Истории о том, что тебе удалось очаровать самого Мангано, хватит для поднятия тебя до статуса знаменитости. Так что заставляй людей делать предположения как можно дольше…
Вот этого-то она и боялась - колонок светской хроники, намеков, предположений. Циничность последнего заявления потрясла девушку. Представив, в каком гневе находится Агостино после этих слухов, Кимберли едва не лишилась чувств.
Сара взглянула на часы.
- Послушай, почему бы тебе не поехать со мной в Лондон? Остановишься у какой-нибудь подруги. Репортеры рыщут в поисках тебя. Как можно тщательнее скрывай место своего пребывания, прежде чем определимся с ролью.
Кимберли потребовались немалые усилия, чтобы согласно кивнуть. Старая история, горько подумалось ей. Нужны деньги. Не только для крыши, конечно, но и чтобы сполна расплатиться с Агостино. Перспектива вновь оказаться в центре колонок светских сплетен заставляла ее холодеть от ужаса. На деньги не купишь счастья, но их отсутствие лишает свободы выбора. А больше всего на свете ей сейчас нужна именно свобода выбора.
Глядя на напряженное лицо Кимберли, Сара вздохнула.
- Что с тобой происходит?
Ответ напрашивался сам собой. Он крутился в голове, пока Кимберли упаковывала наверху свои вещи. Агостино. Он лишил ее покоя, разрушив стену холода и безразличия, заставив окунуться в океан чувств, доселе неведомых. Ранящих, приносящих боль. И Кимберли отчаянно желала восстановления прежней ледяной маски.
Она уединилась в гримерной, с облегчением покинув съемочную площадку. Уже на следующий день после кинопробы Кимберли утвердили на роль в художественном фильме модного режиссера. Это было похоже на сон. Кимберли захватил профессиональный азарт, но события последних недель так вымотали ее, что она беспокоилась, хватит ли у нее сил на крупную роль.
Не успела она переодеться, как продюсер фильма Пит Хаксли, грубоватый мужчина с бритой головой и проницательными глазами, возник на ее пути.
- Ты была великолепна! Сегодня важная встреча, которую ты должна украсить, - безапелляционно заявил Хаксли. - Это в интересах дела.
Кимберли послушно повиновалась. Когда она вышла на улицу, яркий солнечный свет на какое-то время ослепил ее. Она на ощупь отыскала открытую дверцу ожидающего ее автомобиля и села на заднее сиденье. Машина уже успела влиться в поток транспорта, когда Кимберли поняла, что сидит в роскошном лимузине с затененными стеклами.
Они ехали минут десять. Наконец машина остановилась, дверца распахнулась, и Кимберли увидела, что она находится на холодной подземной автостоянке. Она в изумлении застыла на месте и вдруг на другом конце огромного зала увидела одного из охранников Агостино. Земля начала уходить у нее из-под ног. Мысли о похищении завертелись в голове, сменяясь омерзительным ощущением дикой паники.
- Где я? - спросила она человека, стоявшего возле распахнутых дверей лифта.
- Мистер Мангано ожидает вас наверху, мисс Вудс.
- Я не знала, что это его лимузин… Боже, это ужасно! - Услышав дрожь в своем голосе, выдающую испуг, Кимберли прикусила губу и шагнула в лифт. Собственная глупость приводила ее в бешенство. Нельзя быть такой доверчивой.
С непроницаемым лицом Кимберли вышла из лифта в огромный холл с красивым паркетным полом. Это не апартаменты Агостино, хмуро подумала она. Так, где же я нахожусь? Двери лифта захлопнулись, отрезая единственный путь к отступлению.
Через широко распахнутую дверь в конце холла Кимберли прошла в просторную приемную, поражавшую своей роскошью. Солнечный свет заливал комнату сквозь высокие окна.
Сердце ее учащенно забилось, подгоняемое смешанным чувством волнения и восторга. Кимберли постаралась взять себя в руки, расправила хрупкие плечи и подошла к окну. Стоило Кимберли бросить взгляд вниз, как у нее закружилась голова. Она вскрикнула от ужаса, застыв на месте.
- Черт возьми, да ты боишься высоты, - лениво протянул знакомый голос.