Исайя сказал об этом Ахазу в весьма резкой форме, и его высказывание сохранилось в сборнике приписываемых ему речей - в Книге пророка Исайи. В Новой английской Библии, переведенной Хебрю на современный английский, Исайя говорит: "...сам Господь даст вам знамение: Дева во чреве приимет, и родит сына, и наречет его Эммануилом. Он будет питаться молоком и медом, доколе не будет разуметь отвергать худое и избирать доброе. Ибо прежде нежели этот младенец будет разуметь отвергать худое и избирать доброе, земля та, которой ты страшишься, будет оставлена обоими царями ее". Язык не совсем попятный, но смысл сказанного, видимо, в том, что за то время, пока дитя, которое должно родиться, отнимут от груди, Израиль и Сирия будут разрушены предположительно Ассирией.
Случилось так, что объединенные силы Сирии и Израиля все-таки вторглись в Иуду и быстро опустошили всю страну. Воспользовавшись такой возможностью, эдомитяне и филистимляне освободились от Иуды, и вскоре Ахаз оказался правителем территории чуть больше Иерусалима и его окрестностей. И здесь мужество покинуло Ахаза. Хотя Исайя и советовал терпеть, Ахаз больше не мог ждать, когда Ассирия придет по собственному почину, и попросил у нее помощи, тем самым еще больше закрепив свою роль ассирийской марионетки.
Тиглатпаласар ответил на просьбу иудеев. Ассирийские войска вошли и стремительно двинулись на запад. В 732 г. до н. э. Сирия была разгромлена, а Дамаск взят. Сирия утратила свою независимость навсегда. Однако сирийцы (или арамейцы, как они называли себя) не исчезли. Прежние ассирийские монархи уже пытались подавлять восстания в завоеванных провинциях. Тиглатпаласар III организовал поголовную депортацию. Большую часть аристократических семей одной провинции он выгнал из принадлежавших им домов и поселил на чужих землях, а чужеземцев пригласил занять освободившиеся места. В результате ослаблялось национальное самосознание и, разумеется, возникала вражда между оставшимся на местах прежним населением и новыми переселенцами. Эта внутренняя вражда поглощала ту энергию, которая могла быть направлена против Ассирии.
Так сирийцы оказались разбросанными по всей империи, но они сохраняли свой язык. Арамейский язык (с его финикийским алфавитом) был гораздо проще ассирийского с его замысловатой клинописью. Начиная с XIII в. до н. э. арамейский язык стал своего рода интернациональным для Западной Азии и оставался таковым на протяжении тринадцати веков. В течение многих столетий после своей политической гибели Сирия посредством своего языка повлияла на мировую культуру гораздо больше, чем когда- либо прежде.
Что касается Израиля, то он пережил уничтожение Сирии, но с трудом. Ассирия вырвала из-под его контроля две северных трети территории и превратила их в порабощенные провинции. Факей оставался царем, но его правление ограничивалось землями вокруг Самарии. Однако царствовал он недолго. Ему трудно было удержаться у власти после унизительного поражения; он погиб в результате очередного дворцового переворота, последнего в Израиле. В 732 г. до н. э. руководитель заговора Осия объявил себя царем. Ассирия его, очевидно, признала при условии полного ей подчинения в виде выплаты большой дани.
В 728 г. до н. э. ситуация снова изменилась или могла измениться. Тиглатпаласар III скончался, и замаячила надежда, что Ассирия на какое-то время вновь придет в упадок, как это часто случалось прежде после смерти сильного правителя.
Однако даже против ослабленной Ассирии Израильское царство не могло устоять без сторонней помощи. Единственной по соседству с Израилем крупной державой, которая могла бы противостоять Ассирии, был Египет. Более того, и в интересах Египта было создать такую оппозицию, потому что если западная половина Плодородного полумесяца полностью попала бы под власть Ассирии, то это мощное государство оказалось бы на египетской границе.
В 736 г. до н. э. Египет находился под властью Шабаки, первого из череды фараонов, которые были родом из района Верхнего Нила, называемого Нубией (или Эфиопией). Именно к Шабаке и обратился израильский царь Осия.
Так начались полтора столетия, на протяжении которых Египет постоянно поддерживал восстания против господства восточных держав в западной половине Плодородного полумесяца. К несчастью для тех, кого поддерживал Египет, сам он не обладал большой силой. Он мог, наверное, субсидировать и помогать подкупами, но не в состоянии был оказать эффективную военную помощь. Те народы, которые слушали льстивые речи египтян и принимали египетское золото, обязательно сталкивались с тем, что в критический момент, когда надо скрестить копья, помощь от египтян либо не приходила, либо в лучшем случае оказывалась недостаточной. Так же получилось и с Израилем.
Салманасара V, сына и престолонаследника Тиглатпаласара, подталкивали к тому, чтобы продолжить сильную внешнюю политику отца. На отказ Осии выплатить дань он отреагировал тотчас же: пошел на Израиль, опустошил его, Осию сверг и взял в плен, а в 725 г. до н. э. осадил Самарию.
С отчаянным мужеством Самария, оказавшись в полной изоляции и ни на кого не надеясь, сумела простоять в течение трех лет. Возможно, ее сопротивление истощило силы ассирийцев, и Салманасара сделали козлом отпущения. Во всяком случае, в 722 г. до н. э. он скончался или погиб в результате заговора, так как трон занял узурпатор (видимо, руководивший мятежом), ставший пятым монархом последней и самой яркой ассирийской династии.
Узурпировавший власть Саргон II довел до конца дело Салманасара, быстро и успешно завершив осаду Самарии. Так в 722 г. до н. э. пришел конец Израильскому царству, которое просуществовало ровно двести лет с момента успешного восстания под предводительством Иеровоама I.
Саргон следовал тактике Тиглатпаласара III и старался покончить с самой возможностью бунта в Израиле, ставшем теперь ассирийской провинцией, депортировав 27 тысяч человек из высших слоев - землевладельцев и чиновников. Переселенцев разместили в районе реки Хавор на макушке Плодородного полумесяца, приблизительно в 450 милях северо-восточнее Самарии. Там они вступали в брак с местными жителями и постепенно теряли свое национальное самосознание. В преданиях эти переселенцы известны как "десять потерянных племен", и в течение многих столетий считалось, что они остались в целости и сохранности и образовали могущественную нацию где-то во внутренней Азии. Это сущая чепуха.
Чтобы восполнить население на тех землях, которые прежде были израильскими, Саргон прислал переселенцев из других захваченных им неспокойных провинций. Эти новоприбывшие вступали в браки с израильскими крестьянами, которые по-прежнему жили там, и все это население, состоявшее из иммигрантов и местных жителей и тяготевшее к Самарии, в последующих поколениях стало называться самаритянами.
Самаритяне продолжали проводить богослужения приблизительно в той же форме, что и более древние израильтяне, и поклонялись Яхве. Они считали себя потомками израильтян и сводили к минимуму последствия израильской депортации и наплыва иммигрантов. Они утверждали, что их разновидность яхвизма чистая и оригинальная.
Однако жители Южной Иуды, которые подчеркивали чистоту именно своей разновидности яхвизма, говорили, что самаритяне - это ветвь полукровок, и считали, что их израильские предки были полностью выселены из страны, поэтому самаритянский яхвизм - никчемная и опасная ересь. И именно иудейская версия появляется в Библии.
Езекия
После завоевания Израиля и уничтожения его как самостоятельного государства Саргон не делал никаких попыток присоединить южные земли. Мелкие государства, лежащие за Израилем, быстро продемонстрировали свое глубочайшее почтение перед могущественным царем Ассирии и платили дань. Финикийцы и филистимляне на побережье, Иуда, Аммон, Моав и Эдом, расположенные в глубине, - все сохранили своих местных правителей и осуществляли самостоятельную внутреннюю политику. Однако правители всех перечисленных стран были всего лишь марионетками в руках Ассирии и дорого расплачивались даже за то, чтобы сохранить это унизительное положение.
Из всех существовавших к тому времени пародов древнего Ханаана в лучшем положении были финикийцы. Их военно-морские силы позволяли им противостоять Ассирии, и все-таки величайший период финикийской истории заканчивался. После правления Саргона финикийские города так и не смогли обрести полную самостоятельность. Более того, впервые за пять столетий оспаривалась их власть над морями. Греция выбралась из мрачного периода, в который она погрузилась во времена вытеснения морских народов. Ее растущее население колонизировало чужие земли. По мере того как новые греческие города начинали появляться в прибрежной части Малой Азии и на берегах Черного моря, греческий флот и торговля активно расширялись. В VIII в. до н. э., когда финикийские города оказались оккупированными Ассирией, греческие корабли привозили своих колонистов на берега Сицилии и Южной Италии.
В Восточном Средиземноморье стала господствовать Греция, и под ее властью ему суждено было оставаться в течение шести веков. В Западном Средиземноморье, однако, сохранялось финикийское влияние, главным образом благодаря успешному росту тирского города-колонии Карфагена. Большое расстояние от западных колоний до родной финикийской земли плюс контроль греков над морскими пространствами между ними положили начало процессу усиления самостоятельности западных финикийцев.