Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Большевикам речь американского президента очень понравилась. Она была опубликована в газете "Известия", официальном органе советской власти. Сиссон получил разрешение напечатать листовки с текстом выступления Вильсона большим тиражом и распространить по стране. Порадовал Вашингтон: "Утром речь президента расклеена на стенах Петрограда".
Редакция "Известий" отмечала: "Условия, выдвинутые президентом Вильсоном, представляют собой огромную победу в великой борьбе за демократический мир, и мы можем надеяться на то, что найдем в американском народе верного союзника в этой борьбе".
Президент Вильсон обратился с приветствием к IV чрезвычайному Всероссийскому съезду Советов:
- Народ Соединенных Штатов всем сердцем с народом России, стремящимся навсегда освободиться от власти самодержавия и стать хозяином собственной жизни.
Американский президент поддержал русский народ, который пытается "навсегда освободиться от власти авторитарного правительства и стать хозяином собственной жизни". Вильсон обещал, что правительство США "использует все возможности, чтобы гарантировать России восстановление полного суверенитета и независимости во внутренних делах, а также полное восстановление ее огромной роли в жизни Европы и современного мира".
Северный десант
Когда после провала мирных переговоров в Брест-Литовске немецкие части начали наступление, западные державы опасались, что кайзеровская армия, которая двинулась в глубь России, захватит ее сырьевые запасы и стратегически важные порты (Архангельск, Мурманск, Севастополь, Одессу, Баку, Владивосток).
Французы и англичане предложили Советской России военную помощь. Часть советских наркомов возражала против любых соглашений с империалистами. Троцкий считал, что, если предлагают помощь, надо этим воспользоваться. Ленин с присущим ему предельным цинизмом сформулировал решение: уполномочить тов. Троцкого принять помощь разбойников французского империализма против немецких разбойников.
3 марта 1918 года советская делегация все-таки подписала договор с Четверным союзом. Но удастся ли его ратифицировать? Все висело на волоске. Многие большевики не принимали "похабного мира" с немцами. Левые эсеры, партнеры большевиков по правительственной коалиции, были категорически против.
5 марта нарком Троцкий поинтересовался у Рэймонда Робинса: если договор не будет ратифицирован и не вступит в силу и придется продолжать войну, можно ли рассчитывать на помощь союзников?
Союзники особенно боялись за запасы своего имущества в Мурманске и Архангельске. Там находились боеприпасы, артиллерийские снаряды, автомобили, обмундирование. Все это могло попасть в руки немцев. Решили отправить войска в Мурманск, чтобы охранять находящееся там военное имущество и заодно граждан стран Антанты.
Мурманский совет рабочих и солдатских депутатов, среди депутатов которого было много эсеров и меньшевиков, 1 марта запросил Совнарком, как обороняться от наступающих немцев и белофиннов: "в каких формах может быть приемлема помощь живой и материальной силой" от союзных держав?
Троцкий ответил: "Вы обязаны принять всякое содействие союзных миссий. Ваш долг сделать все для охраны Мурманского пути".
2 марта 1918 года председатель Мурманского совета Алексей Михайлович Юрьев, бывший кочегар парохода "Вологда", договорился с англичанами и французами о совместной обороне края. Специально оговаривалось: "Англичане и французы не вмешиваются во внутреннее управление… Союзники принимают на себя заботу о снабжении края необходимыми запасами".
6 марта в Мурманский порт вошел британский крейсер "Глори" и высадил десант.
10 апреля Юрьев по прямому проводу обратился к Ленину: "Ваши слова: "советуем принять помощь англичан" - значит ли принять военную помощь англичан и французов? Мы понимаем, что, быть может, этого вы официально сказать не можете. Тогда возьмем на себя и сделаем сами. Но необходимо нам здесь быть уверенными, что наши действия не идут вразрез с вашими планами. Точное выражение вашего одобрения будет держаться в секрете".
Ответ гласил: "Помощь принять. Комбинация должна носить абсолютно неофициальный характер. Дело относим как бы к разряду военных тайн".
Сталин еще от себя передал Юрьеву:
- Действуйте абсолютно секретно и более или менее автономно.
2 мая Ленин в своей манере распорядился: "Официально протестуйте против их нахождения на советской территории, неофициально - получайте от них продукты и военную помощь против финно-германцев".
3 июня 1918 года Высший военный совет Антанты принял декларацию № 31 "Интервенция союзников в российских портах" - о высадке в Мурманске и Архангельске. Представители Антанты подписали 6 июля с Мурманским краевым советом "Временное по особым обстоятельством соглашение": вся власть в крае передавалась союзникам, которые брали на себя среди прочего оказание продовольственной помощи населению.
Но Брест-Литовский договор - после долгих политических баталий - все-таки был ратифицирован 15 марта в Москве и 26 марта в Берлине. Первая мировая война для России закончилась. Но германские войска оставались на Украине и Кавказе (в надежде добраться до бакинских вышек), в Прибалтике и Белоруссии в качестве оккупационной армии.
А через неделю началось немецкое наступление на Западе. Страны Антанты считали, что их солдаты умирают по вине большевиков, предавших товарищей по оружию. В Лондоне собрались главы правительств и министры иностранных дел Великобритании, Франции и Италии. Договорились не признавать Брестский мир. Считать врагом всю Россию, недавнего союзника, вместе с которым столько лет воевали против общего противника, - не могли. Но большевики воспринимались как подручные германцев.
И в Москве настроения решительно переменились. Сов нарком требовал заставить союзников уйти.
Но Юрьев 14 июня телеграфировал: "Противосоюзническая политика краесовета невозможна. Заставить союзников уйти невозможно. Военная сила неоспоримо на их стороне".
26 июня, разговаривая с председателем Мурманского краевого совета, Ленин зло его отчитал:
- Если вам до сих пор неугодно понять советской политики, равно враждебной и англичанам, и немцам, то пеняйте на себя. С англичанами мы будем воевать, если они будут продолжать свою политику грабежа.
Но Мурманский совет 30 июня принял решение "действовать в дружеском контакте с союзниками". 2 июля "Известия ВЦИК" оповестили, что председатель совета Юрьев "объявляется врагом народа и становится вне закона".
Это был поворотный момент в истории.
Именно тогда возникло противостояние западного мира и Советской России по принципиальным морально-политическим вопросам. Представители нейтральных государств вручили сменившему Троцкого на посту наркома по иностранным делам Георгию Васильевичу Чичерину ноту с протестом против "красного террора". Это была лишь первая ласточка.
Ответная нота наркома появилась в "Известиях". В ней говорилось, что "во всем капиталистическом мире господствует режим "белого террора" против рабочего класса", поэтому "никакие лицемерные протесты и просьбы не удержат руку, которая будет карать тех, кто поднимает оружие против рабочих и беднейших крестьян России".
Еще 26 февраля 1918 года дипломатический корпус из Петрограда перебрался в более безопасную и менее голодную Вологду. По существу это был окончательный разрыв с советской властью. Большевики пытались убедить послов вернуться в столицу. Чичерин отправил в Вологду приглашающую телеграмму, гарантируя иностранцам в Москве полную безопасность.
Дуайен дипломатического корпуса американский посол Дэвид Фрэнсис ответил наркому: "Спасибо за Вашу телеграмму. Мы признательны за Ваш неизменный интерес к нашей личной безопасности и решили последовать Вашему совету и покинуть Вологду".
Но дипломаты поехали не в Москву, а в Архангельск - под охрану высадившихся там частей Антанты. Нарком Чичерин в свою очередь заявил, что по условиям военного времени пребывание иностранных дипломатов на севере невозможно, поэтому "Архангельск может быть рассматриваем только как этап для отъезда из России".
Так и произошло. Страны Антанты прервали торговлю с Россией и к лету 1918 года отозвали свои миссии. 23 октября 1918 года уехал американский посол Фрэнсис - его ждали врачи, чтобы сделать операцию. На территории Советской России оставались только британская и французская миссии. Да и они в сентябре следующего года покинули Архангельск вместе с уходящими войсками союзников.
Дипломатической работы у большевиков в Москве тогда было не много. Признали Советскую Россию только страны Четверного союза - Германия, Австро-Венгрия, Турция и Болгария, которым позарез был нужен мир. Но полноценное посольство в Москве имелось только одно - немецкое. Соответственно советское полпредство открылось в Берлине, полуофициальные представительства существовали в Лондоне, Стокгольме и Берне.
Кайзеровское правительство - единственное в мире - признало советскую власть и, более того, предлагало военное сотрудничество - против белой армии и войск Антанты, высадившихся на территории России.
Ненависти к Германии советское руководство не питало. Напротив, искало тесного союза. 2 августа 1918 года немецкого представителя в Москве Гельфериха принял нарком Чичерин (см. "Российская история", № 5/2012).
Карл Гельферих был директором Немецкого банка, с февраля 1915 года служил статс-секретарем в министерстве финансов, затем в министерстве внутренних дел - до ноября 1917 года. Он приехал в Москву, чтобы сменить убитого левыми эсерами посла графа Вильгельма Мирбаха.