Крутясь, я зацепила ручку своим рукавом и непреднамеренно захлопнула за собой дверцу шкафа. На секунду я запаниковала, подумав, что он может быть со мной в шкафу. Размахивая руками и ногами, я пинала и била пустоту.
Рванув к дверной ручке, я вцепилась в нее мертвой хваткой, пока он дергал с другой стороны. Хотя мои руки горели от натуги, но все же от воздействия солнечных лучей он немного ослаб. Я держалась, вопреки гортанному, красноречивому потоку обещаний моей анатомически невозможной смерти, который он излил на меня.
Рычание и тряска внезапно прекратились, но еще с минуту я крепко сжимала ручку в руках. И отпустила тогда, когда у меня подкосились ноги. Осев на пол, я тяжело задышала и закрыла глаза, стараясь унять панику. Мой желудок скрутило, и я встала на колени, молясь, чтобы меня не стошнило на пол в шкафу у Кэла.
Хотя, если подумать, я задолжала ему несколько рвотных масс.
Я потерла руками глаза, заставляя себя проснуться, если это был ночной кошмар. Потому что не может быть, чтобы Айрис Скэнлон, ютясь в шкафу, пряталась от раненного, злого вампира, который вскоре исцелится и придет за ней, чтобы напасть и сожрать. В такой удручающий момент возможны следующие варианты:
1. Выпрыгнуть из шкафа в стиле Зены и надеяться, что вампир слишком ослаб от ожогов солнца или умрет от смеха на мои жалкие попытки его сразить. Вероятный результат: смерть или, по крайней мере, унижение.
2. Выскочить из шкафа, схватить сумочку, надеясь, что вампир не услышит меня, а потом позвонить в 911… и подробно рассказать полиции, почему я на незаконных основаниях нахожусь в доме вампира. Вероятный результат: от трех до пяти лет за проникновение со взломом. Что конечно совсем не радует, потому что я действительно выгляжу невзрачно в оранжевом.
3. Отсиживаться в шкафу всю ночь до восхода солнца. Вероятный результат: когда вампир исцелится, он вытащит меня из шкафа и выпьет досуха.
Взвесив все за и против 1 и 3 варианта, я подождала, когда наберусь смелости, потом открыла дверь и просканировала комнату на наличие Мистера Шаловливые ручки. В спальне было тихо. Я нигде не видела серебряную лопатку для пирогов. И задумалась, торчала ли она еще в груди вампира. По другую сторону двери я слышала слабый призывающий голос Кэла. Подождала несколько долгих минут, прислушиваясь к любому звуку, который мог бы говорить о раненном вампире. Я крепко сжала перед собой баллончик жидкого серебра и ударом ноги распахнула дверь. Хорошо освещенная спальня была пустой. И серебряная лопатка для нарезки пирогов моей мамы исчезла.
Я так была рада, что ее нет рядом, чтобы наказать меня за это.
- Айрис! - кричал Кэл, его голос, жесткий и приглушенный, доносился из наушника на полу. - Ответь мне!
- Я в порядке, - прохрипела я, поместив гарнитуру обратно в ухо. - Я в порядке.
- Что случилось?
- Я, эм, просто испугалась, - ответила я, осторожно высовывая голову в коридор и щелкая выключателем света. Я не видела никаких признаков дымящегося вампира, но он точно не сбежал из дома средь бела дня. Я подошла к окну и нажала на кнопку, чтобы поднять створки. И выдохнула, не понимая, что до этого не дышала.
- Я слышал рычание и твои крики.
- Я в порядке, - настаивала я на том, пока шла через дом к двери, включала свет и открывала окна, пока все комнаты в доме не были залиты солнечным светом.
- Не ври мне. Ты напугана. Я слышу страх в твоем голосе, - продолжал настаивать он. - Что случилось?
- Кто-то был в доме, но я в порядке, - сказала я, скрепя петлями входной двери. Машина стояла на улице нетронутой. Я запрыгнула в нее и выехала на улицу, не позаботившись даже пристегнуться ремнем безопасности. Однако, мне удалось найти лимонные леденцы в бардачке.
- Что ты имеешь в виду под "был кто-то в доме"? - спросил он. - Ты в порядке?
- Я в порядке.
- Ты можешь продолжать это утверждать, но я тебе не верю.
Я не ответила, вместо этого грызла лимонный леденец. Через несколько домов вниз по улице заставила себя остановиться. Сделав несколько глубоких вдохов, положила голову на руль. Я ничего не имела против охранника в будке.
Не думаю, что это отличная идея - переехать его.
- Я буду дома через несколько минут. Объясню потом. Просто дай мне выбраться отсюда. Я просто не могу… не могу сейчас говорить.
Дыхание. Я сосредоточилась на дыхании, продолжая крепко сжимать руками руль и пытаясь не путать педаль газа с тормозом. Другие водители, несомненно, расстраивались, когда я путала педали.
- Начинай говорить со мной, - сказал Кэл, его голос словно ласкал мое ухо.
- О чем? - спросила я. Фыркнув, потерла глаза и снова завела машину.
- О чем угодно. Если подумать, то я доверил тебе всю свою жизнь и совсем ничего не знаю о тебе. Какой твой любимый цвет?
Я усмехнулась.
- Ты серьезно?
- Это чтобы отвлечь тебя от нарастающей паники. Итак, любимый цвет?
- Синий.
Он настаивал.
- Какой именно оттенок синего?
- Который не похож ни на красный, ни на желтый, - невозмутимо ответила я.
- Есть тысячи разных оттенков синего.
- Кобальт, - фыркнула я. - Когда я была ребенком, у мамы была ваза из стекла кобальта. Мне нравилось сидеть на полу и смотреть, как солнечные лучи проникали через него.
- Где она теперь?
- Гиги разбила ее, когда ей было пять.
- Когда Гиги начала жить с тобой? - спросил он.
- Мы перешли от вопроса о любимом цвете до вопросов об опекунстве?
- Я хотел спросить тебя об этом несколько дней назад, но не мог подойти к вопросу, чтобы не показаться назойливым. Как так получилось, что ты одна воспитываешь Гиги? - спросил он, когда я свернула на Коунти Лайн роуд. - Где твои родители?
- Они умерли несколько лет назад. Гиги было двенадцать. Когда они возвращались домой с вечеринки, посвященной кануну Нового Года, в них врезался пьяный водитель на грузовике.
- Я сожалею. - И на этот раз я точно уверена, что он был искренним. - Какими они были?
- Отец работал в телефонной компании. Он любил мятные шоколадные печенья и Конвей Твитти. А мама была учительницей. Она всю себя посвящала своему саду. Ты, наверное, уже догадался, так как она назвала нас Айрис и Гладиола. Даже сейчас, когда что-нибудь случается: Гиги сказала что-то очень смешное или какие-то проблемы в доме - мой первый порыв, что я должна рассказать им об этом. И тогда вспоминаю, что не могу, - это как потерять их снова.
- Мне жаль, что они умерли, когда ты была такой молодой.
Я пожала плечами.
- Нам повезло, что Гиги не было с ними в ту ночь. Она осталась у подруги.
- А где была ты?
- Я была дома на каникулах, отсыпалась от стресса, перенесенного после выпускных экзаменов. Я только что защитила диплом по биологии, на семестр раньше, и начала готовиться к аспирантуре, биология растений в Вашингтонском университете в Сент-Луисе.
- Я хотел спросить, - произнес он. - Почему растения?
- А почему не растения? - выпалила я.
- Просто кажется, что это одинокая, закрытая сфера, особенно когда у тебя определенно есть дар обслуживать клиентов. Ты знаешь, кто чего хочет и как добыть это. Что планировала делать со своим образованием?
- Я разрывалась между наукой и коммерцией. Не знала, хотела ли найти новое применение растений в лекарственных препаратах или открыть магазин и продавать там травяной шампунь. Думала, успею выяснить.
Разговор помог мне сосредоточиться. Мне удалось сбросить скорость до безопасного уроня, при этом я не забывала про поворотники и не прижималась к другим водителям так, что могла прочитать марку соснового освежителя, который они использовали.
- Как-то я подумала, что будет легче и лучше для Гиги, оставить воспоминания позади и остаться со мной в Сент-Луисе. Не знаю, о чем я тогда думала, веря, что смогу работать, ходить на занятия и заботиться о подростке. Гиги была для родителей поздним сюрпризом жизни. Она привыкла, что мир крутится вокруг нее. Она скучала по друзьям. И привыкла к небольшим, сельским школам. Гиги с трудом привыкала. В школе она связалась не с теми детьми, и начались проблемы: драки, прогулы и тому подобное. Я поняла, выбранный мною метод не работает, и как бы мне не хотелось, не заработает. Поэтому пришлось измениться. Я бросила занятия, переехала сюда, и Гиги стала главным приоритетом в моей жизни. Мы пытались сдавать или продать дом, но так и не нашли покупателя. Спустя несколько месяцев после переезда сюда я все еще была в поисках постоянной работы-"кормушки", но тщетно. Сестра школьной подруги была обращена в вампира и попросила меня позаботиться о цветах на ее свадьбу. Красивые ветви гардении выглядели очень впечатляюще без избитых калл. Ей понравилось мое цветочное оформление. И так как она не могла выходить на улицу днем и не доверяла матери остальное, то в конечном итоге на мне оказались торт, работа бара, смокинг. Не успела я оглянуться, как организовала для нее всю свадьбу. Так я начала работать на немертвых.
- Ты не думала работать в рассаднике или ландшафтным дизайнером? - спросил он.