Поднявшись на колени, он снял рубашку. Лунный свет из окна освещал Адама, и Миранда вновь поразилась красоте его тела. Такой мужчина, как он, мог быть образцом для рекламы любого товара, от колы до пылесосов - благодаря своему телу, а не душе. Но при этом Адам не принимал выигрышных поз, не имел заносчивого вида и держался так, словно ничем не отличался от любого туриста, который бродит по городу в бермудах, вывалив поверх их пояса объемистый живот.
Будто зачарованная, Миранда наблюдала, как Адам расстегивает пуговицы джинсов - одну за другой. Покончив с ними, он встал и разделся полностью, но не бросился в постель рядом с ней. Вместо того, словно повинуясь внезапному порыву, он прикоснулся кончиками пальцев ко впадине за ее ухом. Медленно и легко, так, как капля дождя скатывается по оконному стеклу, он провел по ее телу вниз - от шеи до бедра.
Миранда закрыла глаза и прикусила нижнюю губу, сдерживая стон. Адам не трогал ее грудь, не пытался запустить ладонь между ног, но еще никогда Миранда не испытывала более эротической ласки и не бывала возбуждена сильнее. Казалось, что ее кожа пылает.
- Ты сводишь меня с ума, - прошептал он. - Я еще никогда не видел такой красивой женщины, как ты.
Слова были нелепы, явно заимствованы из какого-то романа и сохранены в памяти для минут страсти, столь же неубедительны, как восторги по поводу внешности новорожденного. Но Миранда словно расцвела от них. Никому еще не приходило в голову сказать ей ту нежную ложь, что остается в душе и памяти так надолго.
Она потянулась рукой вниз, желая ощутить его, но, внезапно смутившись, в последнюю минуту отдернула руку. Адам перехватил ее руку и вернул на прежнее место. Она улыбнулась, радуясь тому, что Адам захотел ощутить ее прикосновение, и обхватила ладонью твердый ствол. Глухой стон вырвался из его губ, прижатых к ее груди. Он жаждал ее так, как она жаждала его.
Внезапно Миранда вспомнила о важном.
Чувство опустошенности ошеломило ее. В течение шестнадцати лет она занималась любовью всего с одним мужчиной, предохраняясь с помощью пилюль.
- Ты… - Она смутилась. - Я хотела сказать, ты не…
Что с ней случилось? Господи, ведь она женщина, ей уже тридцать восемь лет! Она слишком стара для таких игр.
- Я помню о предохранении, если ты об этом.
Миранда отвернулась, ненавидя чувство, вызванное в ней этим ответом. Неужели он прихватил с собой презервативы, на что-то надеясь? Неужели то, что она считала естественным и спонтанно возникшим событием, в действительности было рассчитано до мелочей? Или Адам всегда носит с собой презервативы - на случай, если ему повезет?
- Миранда, что случилось?
- Ничего.
- Только не надо притворяться. Ты снова уходишь от ответа. Скажи, что произошло.
- Почему у тебя оказались с собой резинки?
Внутренняя борьба отразилась в его глазах, словно он пытался решить, стоит ли признаваться ей во всем.
- Я купил их вчера, в Сан-Франциско.
- Ты чертовски уверен в себе. - Она отодвинулась и села. - Или ты все рассчитал с самого начала?
- Что? Да. Только об этом я и думал, пока вытаскивал тебя из воды.
Она спустила ноги с кровати. Адам обнял ее за талию и притянул к себе.
- Я еще никогда не встречал женщины, с которой был бы не в силах расстаться… пока не познакомился с тобой. Теперь можешь мучить меня сколько угодно или признаться, что ты так же смущена происходящим между нами, как и я. Так или иначе, ничего не изменится. Ты по-прежнему хочешь меня - точно так же, как я хочу тебя.
- Может быть, - согласилась Миранда. - Но не сегодня. Я чувствую себя как…
- Черт возьми! - Он бросил ее на постель и закрыл ее рот губами. Почувствовав, что ее губы приоткрываются, он продлил поцелуй, без усилий удерживая ее. - Я могу дать тебе то, чего ты хочешь, - пробормотал он, касаясь ее губ и спускаясь к шее и груди. - Решайся, Миранда. - Он обвел языком ее грудь, а затем осторожно взял зубами сосок.
Не сознавая, что делает, Миранда выгнулась под его ртом.
- Да! - выдохнула она. - Делай все, что хочешь… заставь меня забыть.
Адам перекатился на спину, посадил ее к себе на живот и потребовал:
- Скажи мое имя.
- Что? Не понимаю…
- Мне наплевать, кого или что ты хочешь забыть - лишь бы не меня.
- Адам… - Она склонилась к его лицу и повторила, касаясь губ: - Ад…
Она не договорила, растерявшись в столь охотно предложенном им средстве забвения.
По потолку скользили тени, вид которых определяли складки штор и постепенно исчезающая луна. Тень, похожая на утку, превратилась в лебедя, а затем - во фламинго. Потом Адам увидел дорогу с отчетливым началом и исчезающим вдалеке концом.
- Ты был прав, - произнесла Миранда.
Она свернулась рядом с Адамом, положив голову ему на плечо. Он обнял ее, придвигая поближе.
- Я думал, ты спишь.
- Наверное, задремала ненадолго. Не помню.
- В чем же я оказался прав?
- В том, что я хочу тебя. Я просто не знала, как преодолеть смущение и неуверенность.
Он поцеловал ее в макушку.
- А теперь смущение и неуверенность исчезли?
- Наверное, где-то затаились.
- Но как мне узнать, когда ты захочешь повторить все снова?
Миранда приподнялась на локте и взглянула на него.
- А разве можно?
Адам улыбнулся.
- Когда захочешь.
- А сейчас?
В ее голосе он услышал не страсть, а неподдельное отчаяние. Адам посерьезнел.
- Так что же тебе нужно - я, или секс, или секс как единственный способ удержать меня от вопросов?
- Почему бы мне не хотеть и того, и другого, и третьего?
- Потому что я не могу избавиться от мысли о том, что тогда утром я чуть было не передумал рыбачить.
- Не надо, - попросила Миранда, садясь и обхватывая руками колени.
- Ты могла бы превратиться в статистическую единицу, стать жертвой несчастного случая, о котором я прочел бы в газете или услышал в баре. Возможно, я размышлял бы о тебе пару минут, но не более того.
- Подумай, насколько легче тебе бы пришлось в таком случае.
Адам сел рядом с ней.
- Может, лишь немного легче.
- Мой широкий жест не удался. Одного раза было достаточно. Повторения не требуется.
- Почему ты думаешь, что я тебе поверю?
- Потому, что у тебя нет выбора.
- Что же в этом хорошего, Миранда? Что мне прикажешь теперь делать? Черт, о чем я должен думать, если вернусь по твоему зову, а окажется, что ты меня не ждешь?
- Если бы я хотела попробовать вновь, то не стала бы напоминать о первой попытке.
Ее слова были не лишены смысла, но не убедили Адама. Нуждаясь в этом прикосновении и желая его, он положил ладонь на ее спину.
- Для широких жестов нужна аудитория, а ты была в одиночестве.
- Очевидно, не в таком одиночестве, как мне казалось.
- Ты жалеешь, что я оказался у берега? - Он уже спрашивал об этом и услышал ответ, но не удовлетворился им. Он хотел знать нечто большее, обрести столь необходимую ему уверенность.
- Я взбесилась, очнувшись в больнице и поняв, что все страдания оказались напрасными. Услышав рассказ сестры о случившемся, я начала строить планы - о том, как выскажу все, что думаю о твоем героическом поступке. Впервые за несколько месяцев я стала хоть чего-то ждать. Разумеется, вскоре я поняла, что не смогу высказаться, если не признаюсь, каким образом я очутилась в воде.
Миранда подтянула простыни, прикрывая наготу.
- Затем я познакомилась с тобой, и вдруг поняла, как легко ты мог бы погибнуть, спасая меня. После этого у меня возникло чувство вины.
- Прыгнуть за тобой было моей идеей. Ты ни в чем не виновата.
- И потом, все хорошо, что хорошо кончается, - она прибегла к расхожей шаблонной фразе, надеясь захлопнуть между ними дверь. - Ты оказался просто замечательным, Адам. Сегодня…
- Сегодня только начало, - закончил за нее Адам.
- Нет, я хотела сказать совсем не это.
- Я знаю, что ты хотела сказать, но не желаю ничего слышать. - Склонившись, он поцеловал ее в спину.
Миранда вздрогнула от неожиданности и отодвинулась.
- Наверное, тебе пора. Уже поздно, а тебе с утра на работу.
- Послушай, пойми одно… - Адам повернул ее лицом к себе. - Меня нельзя выгнать, как случайного партнера, подцепленного в баре. Если я пригоден для того, чтобы любить тебя, я сгожусь и чтобы спать в твоей постели.
- Я совсем не это имела в виду.
- Не это? Как бы не так!
- Ты слишком серьезно отнесся к тому, что случилось сегодня. Я же говорила тебе - это ничего не значит.
- Так было прежде.
- Ничего не изменилось, Адам. И не изменится. Этого я не допущу.
- О чем ты?
Он явно не собирался сдаваться.
- То, что случилось сегодня, больше не повторится, - произнесла Миранда, чтобы рассеять все сомнения.
- Потому что ты не хочешь?
- Да.
- Врешь.
- Неужели твое мужское самолюбие настолько… - Она осеклась, ощутив его пальцы между своих ног. - Черт бы тебя побрал! - Ее слова и решимость обратились в прах, вихрь неудержимого желания унес их прочь.
Адам положил ее на спину и придвинулся ближе. Миранда чувствовала, что ее ничто не держит, ничто не мешает ей встать и уйти, если она пожелает. Но вместо этого она протянула руку и нашарила пакетик из фольги на тумбочке у кровати. Обхватив ногами его талию, она вскрикнула, и этот крик наслаждения одновременно возвестил о том, что она сдается на милость победителя.
По крайней мере, одно сомнение между ними разрешилось.