Все время, проведенное в этом безличном обиталище до сегодняшнего утра, Миранда никогда не думала о нем как о доме - это было всего лишь убежище, место, где она могла спрятаться от остального мира. Теперь же оно казалось лишь одинокой, пустой скорлупой.
ГЛАВА 5
Адам вышел из лифта на тридцать пятом этаже небоскреба Чепмен-Холла и направился к массивным стеклянным дверям.
- Доброе утро, Лу-Энн. Мэри у себя?
Секретарь быстро обежала взглядом ячейки с ключами.
- Да, она в кабинете.
- Как дела у Джима? - спросил Адам, прежде чем войти в еще одну дверь.
- С тех пор как он вышел в отставку, сводит меня с ума.
Новость не удивила Адама: Джим был его знакомым еще со времен тренировок в команде младшей лиги и не принадлежал к типу людей, способных сидеть без дела.
- Передавай ему привет от меня.
- Непременно, - ответила Лу-Энн и потянулась за трубкой зазвонившего телефона.
Адам улыбнулся, помахал еще нескольким знакомым в кабинетах, мимо которых проходил, и удивился, скольких из них он знает и скольких видит впервые. Коридор заканчивался дверью с табличкой, где золотыми буквами было выписано: "Мэри Киркпатрик, президент".
Адам постучал в дверь, одновременно открывая ее.
- Ты занята? - спросил он.
Мэри обернулась в своем кожаном кресле с высокой спинкой и взглянула на гостя поверх бифокальных очков.
- Для тебя - никогда. - Она отложила на стол бумаги, которые читала, пока ее не прервали. - Чему обязана честью лицезреть тебя?
Адам прошелся по кабинету, поцеловал мать и присел на край стола.
- У Джейсона назначен двухдневный амбулаторный прием.
Мэри сняла очки и отложила их на стопку бумаг.
- Я не видела его уже две недели. Как у него дела?
- По-моему, он выглядит как прежде, но, поскольку я вижусь с ним каждый день, мне трудно судить. Эту вспышку пневмонии он пережил лучше, чем ожидал Верн Лански.
- Ты следишь, чтобы он не забывал упражняться?
- Для прогулок на велосипедах по утрам сейчас слишком туманно, и потому мы гуляем пешком.
Загудел селектор на столе Мэри. Она нажала кнопку.
- Слушаю, Пэтти.
- Звонит Майкл Эриксон.
- Передайте ему, что у меня Адам, и спросите, куда ему перезвонить позднее.
Адам немедленно насторожился: он еще никогда не слышал, чтобы мать столь мягким голосом говорила о деловом знакомом. Он вопросительно взглянул на мать.
- Майкл Эриксон? Не припомню такого…
Мэри попыталась подавить усмешку, но не сумела.
- С ним я познакомилась на рождественском приеме у Дельпонте.
- Я думал, в прошлом году они отменили прием из-за Джейсона.
- Это было на позапрошлое Рождество.
- И в чем же дело: твой знакомый привык долго раскачиваться, или у тебя не поубавилось упрямства?
Поклонники у Мэри начали появляться почти сразу после смерти отца Адама. Вначале, ошеломленная горем, Мэри была не в силах отвечать на их знаки внимания. Позднее погрузилась в дела и благодаря своей подозрительности, поддерживала с мужчинами исключительно деловые отношения. Похоже, только в последнее время она вновь обрела уверенность в себе настолько, что смогла включить в расписание дел личные взаимоотношения.
- Мы с ним встречаемся время от времени уже несколько месяцев.
- Время от времени? - Адам был заинтригован.
- Может, позволишь спросить, как часто ты сам встречаешься с женщинами?
- Постоянно, - рассмеялся Адам.
- Это совсем другое дело.
- Ты еще надеешься, что я познакомлюсь с какой-нибудь девушкой, которая привьет мне вкус к оседлой семейной жизни?
Мэри пожала плечами.
- Можно подумать, я забочусь о себе.
- Вот именно - но для моего блага.
Выражение лица Мэри изменилось - она мгновенно посерьезнела.
- Мне бы не хотелось заострять на этом внимание, но до твоего дня рождения осталось чуть меньше трех месяцев. Ты пообещал мне принять решение, когда тебе исполнится тридцать лет.
Адам поднялся и подошел к окну. Вид отсюда был потрясающим - залив, мост Золотых ворот, солнце, которое отражалось в миллионах окон зданий, столпившихся у берега. Несмотря на долгие странствия, Адам еще никогда не бывал в городе, который сумел бы потеснить Сан-Франциско в его сердце. Но при всей любви к городу Адам не мог представить себе, что будет видеть только его до конца своих дней.
- Три месяца ничего не решат. Я просто не могу, мама.
Мэри подошла и остановилась рядом с ним.
- Я разочарована, но не удивлена. - Она долго молчала, затем добавила: - Я могу подождать. К тридцати годам ты так и не принял решение. Возможно, тебе найдется, что сказать мне к тридцатипятилетию.
Адам обнял мать за плечи и, как всегда, поразился ее хрупкости. Если бы ее размеры соответствовали ее упорству и настойчивости, Мэри могла бы стать соперницей лучшим борцам мира.
- Наверное, ты права. В тридцать пять лет я пойму, каким идиотом был, что не женился в тридцать лет, но если такое случится, это будет моя беда, а не твоя. Что бы ты ни решила, это останется твоим желанием, а не моим.
Мэри обняла его за талию.
- Я люблю тебя, Адам, но когда ты говоришь вот так, то становишься моей самой неразрешимой проблемой.
- Спасибо, мама. - Он поцеловал ее в висок. - Я так и знал, что ты меня поймешь.
- Поймешь - как бы не так! Если бы я знала, что это поможет, я давным-давно уже заперла бы тебя дома и заставила измениться. Не думай, что я отказалась бы прибегнуть к помощи психиатра. Какой мужчина в наши времена и в таком возрасте откажется возглавить дело в тридцать два миллиона долларов?
- Господи, неужели ты столько стоишь?
- Столько стоим мы, Адам. Твое имя по праву должно значиться здесь рядом с моим.
- Из этих денег я не заработал и десяти центов.
- Прошу тебя, только не говори, что ты превратился в одного из фанатиков, утверждающих, что "унаследованные деньги - грязные деньги". До сих пор я мирилась со всеми твоими выходками, но клянусь, после смерти мой призрак будет преследовать тебя, если ты отдашь заработанные тяжким трудом деньги какой-нибудь дурацкой секте.
Адам сжал ее плечи.
- Не беспокойся, немного я оставлю себе. Я не настолько чужд гедонизма, чтобы отказать себе в удовольствии время от времени наслаждаться благами жизни. - Он взглянул в сторону бара. - Кстати, о благах - у тебя не осталось еще одной бутылочки коньяка "Ансестраль"?
- А что, случай того требует?
- Может быть.
- О, тогда я заинтригована. - Мэри подошла к бару и достала оттуда запечатанную бутылку. - Предлагаю маленькую сделку. Мой коньяк в обмен на…
- На что? - поинтересовался Адам, прислонившись к перилам у окна.
- На информацию.
- Что же ты хочешь узнать? - Его мать обладала утонченностью бульдозера, едва речь заходила о потенциальной снохе.
- Кто она и когда я смогу с ней познакомиться?
- Миранда Долан.
Мэри поставила бутылку на стол, продолжая крепко сжимать ее горлышко.
- А дальше?
- Не знаю, - честно признался Адам. - Она не похожа ни на одну из женщин, с которыми я когда-либо встречался. Я еще не знаю, чем это кончится, не знаю даже, хочу ли я этого.
Мэри отозвалась скептической усмешкой.
Адам рассмеялся.
- Только не прощайся с надеждами так сразу! Пока у Миранды слишком много проблем, она пытается с ними справиться. Но когда сумеет, возможно, сочтет меня лишь частью прошлого, с которым надо расстаться.
- Если так, значит, у нее нет ни капли здравого смысла.
- Ты говоришь, как истинная мать.
- Итак, когда я смогу познакомиться с нею?
- Со знакомством пока придется подождать.
- А что думает о ней Джейсон? - Мэри вытащила из стола холщовую сумку с отпечатанной эмблемой "Киркпатрик Лимитед" и сунула туда бутылку.
- Их встреча была необычной. Познакомившись, они провели вместе от силы полчаса, но казалось, что они знают друг друга всю жизнь.
- Почему все понимают, какой чудесный человек Джейсон, - все, кроме тех двоих, кто произвел его на свет? - Мэри со стуком опустила сумку с коньяком на стол. - Иногда у меня зла не хватает на его родителей, кажется, так бы и задушила их!
Адам внимательно осмотрел сумку, опасаясь, не разбилась ли четырехсотдолларовая бутылка коньяка.
- Я как раз собирался спросить, не знаешь ли ты способа как-нибудь смягчить их, но думаю, ты уже ответила на мой вопрос.
- Каждый раз, когда я пытаюсь заговорить об этом с Барбарой, она меняет тему, а если настаиваю, просто просит меня уйти. Несколько раз я уже собиралась высказаться, как отношусь к ее с Фредом поведению, но у меня хватало ума в последнюю минуту придержать язык. Ведь я - единственное звено, что связывает их с сыном. Если я захлопну перед ними двери, что станет с Джейсоном?
- Он никогда не говорит о родителях, но я знаю - он постоянно думает о них.
- Хотела бы я знать, чем был вызван их разрыв. - Мэри сделала гримасу. - Впрочем, это нам не поможет.
- Джейсон никогда не упоминал, но думаю, разрыв имел какое-то отношение к Тони.
- Но Тони исчез больше года назад!
- Родители Джейсона знают об этом? - спросил Адам.
- Я сама их известила, правда, заметила, что это не мое дело.
- Не знаю, чем еще мы можем помочь. - Адам старался не заострять внимание на сложностях, с которыми был не в силах справиться. Под эту категорию попадали ссора Джейсона с его родителями.