Всего за 19.99 руб. Купить полную версию
– Я сейчас лягу. А ты почему не спишь? Завтра рано вставать. Быстренько в постель! Спокойной ночи, доченька!
– Спокойной ночи! Ты точно не заболела?
– Точно, точно.
– Смотри! А то я бабушке позвоню.
– Не надо никуда звонить. Ложись спать.
Женька чмокнула ее в щеку и пошлепала босыми ногами в свою комнату.
А как же Женька? Как она объяснит дочери, почему она разводится с отцом и выходит замуж за какого-то парня? Захочет ли Женька уехать с ней или предпочтет Игоря? Все не так просто…
Все слишком непросто, слишком сложно. И все, буквально все в жизни Игоря, Алика, Женьки будет зависеть от нее, от ее решения, от ее разума и здравого смысла.
Ну, уж здравый смысл всегда будет на стороне Игоря и Женьки!
Наверное, да. Их двое, она живет с ними много-много лет, она любит их.
А Алик?
И Алика любит. Но он один, и за страстной неделей их отношений тяжело было разглядеть его характер, его человеческие свойства, его надежность. Он еще мальчик. Может, он и вправду думает, что влюбился всерьез и на всю жизнь. Но она-то взрослая женщина! Она-то должна понимать, что, согласившись на новое замужество, может потерять все на свете, в том числе и собственного ребенка.
Да какой он мальчик?! То, что он младше на десять лет, не значит, что он ребенок. В его возрасте люди не только женятся, но и детей воспитывают. Вот тот же Лешка Кременецкий, например. В ее глазах он тоже пацан, а у него уже семья, жена, сын. Он глава семейства. Почему Алик не может справиться с этой ролью?
Боже! Какой сумбур в голове! Вопросы, ответы, вопросы, ответы. Сотни вопросов и тысячи ответов. И нет надежды, что когда-нибудь она сможет принять окончательное решение.
Нет! Так дело не пойдет! Решение она должна принять. И сделать это надо сейчас, до первого звонка Алика, до приезда Игоря. Тянуть ни к чему.
Тянуть ни к чему, это точно. Но утро вечера мудренее. У нее разламывается голова, сейчас она даже не в силах спать, не то что принимать жизненно важные решения…
Татьяна так и заснула, положив голову на непроверенную контрольную, не выключив настольной лампы. Разбудил телефонный звонок. Она мельком глянула на часы. Половина шестого утра. Кто это трезвонит в такую рань?
– Танюшка! Это я! Привет!
Голос Алика тонул в помехах, она едва разбирала слова.
– Ты откуда? Тебя что, высадили из поезда?
– Нет! Я звоню, чтобы сказать тебе доброе утро! Я тебя люблю!
– Откуда ты звонишь, сумасшедший?
– С какой-то станции, из автомата на вокзале.
– С какой станции?
– Да черт ее знает! Я на название не глянул. Проводница сказала, полчаса стоим. Я и подумал, что успею с тобой поговорить.
– Ты у меня совсем дурачок, Шурка! – Татьяна счастливо улыбнулась. – Беги сейчас же в вагон, слышишь? Ты отстанешь от поезда!
– Если отстану, вернусь к тебе. Не прогонишь?
– Конечно, нет…
– Все. Монетки кончаются. Я тебя целую и очень-очень люблю…
Пи-пи-пи…
Татьяна положила трубку.
– Кто звонил, мама?
– Спи. Это тетя Клава.
– Дозвонилась наконец?
– Дозвонилась. Спи. Еще очень рано.
"Если отстану, вернусь к тебе. Не прогонишь? – Конечно, нет…"
Вот тебе и окончательное решение! Вот тебе и нет ничего проще, чем порвать с Аликом.
Спать больше не хотелось. Вереница вечерних мыслей болезненно возвращалась вновь.
Пожалуй, у нее есть все шансы сойти с ума. Вот тогда она уже не будет нужна ни Алику, ни Игорю.
Перспектива сумасшедшего дома ее нисколько не прельщала.
Может, решать одной ей действительно не под силу? А у кого спросить совета? Не у Игоря же?
"Как ты думаешь, дорогой, мне остаться с тобой или развестись? Дело в том, что у меня появился другой, и он предлагает выйти за него замуж…"
Вот будет весело! Так же весело, как если бы она советовалась по этому вопросу с Аликом. Нет-нет, у мужчин спрашивать совета – это дохлый номер.
Только женщина сможет понять ее в такой ситуации.
Какая женщина?
Может, поговорить об этом с мамой?
Да, пожалуй, она поймет, хотя и будет здорово ругаться. Но совет матери Татьяна знала наверняка: "У вас с Игорем растет ребенок, и ради дочери вы обязаны сохранить семью. Чего в жизни не бывает? Бывают и измены. Но нельзя же из-за какого-то мальчишки очертя голову бросать все на свете. Расскажи все Игорю. Он любит тебя, он простит. А этому молодому прохвосту совершенно ясно дай понять, что между вами все кончено. Позвонит, попишет, пострадает и отстанет".
Татьяна тяжело вздохнула. Такой совет ее явно не устраивал.
Хотела услышать другое? Тогда вообще зачем нужны какие-то советы?
И все-таки нужны.
Зойка! Да-да, именно Зойка!
Лучшая подруга не будет так категорична, хотя кто знает…
Зоя обладала репутацией абсолютно самостоятельной и независимой незамужней привлекательной женщины. Ее флиртами и романами не удивишь! Вот она-то может не просто посоветовать, а понять. Пожалуй, с ней стоило поговорить гораздо раньше.
Глава 17
В Москву Алик возвращался, конечно, не с одним маленьким чемоданчиком. Мама нагрузила несколькими объемистыми коробками с продуктами. Алик тщетно объяснял, что в московских магазинах еда пока есть.
– Ну да, – согласилась мама. – По визиткам.
– По визиткам только промтовары. А у вас талоны…
– Не возражай.
Алик особо и не возражал. Только теперь, на подъезде к Москве, тоскливо соображал, как добраться до камеры хранения. Нужно было позвонить Никите, чтобы встретил.
Ну, мало ли, что нужно было! Не позвонил и не позвонил. Носильщика, может, взять? Алик пересчитал в уме свои скромные финансы и от этой затеи отказался. Ладно, придется справляться самому.
Но на вокзале Алика ждал сюрприз. Не успел он вытянуть из вагона первую неподъемную коробку, как обнаружил на перроне встречающих. Никита и Даша с двух сторон налетели на Алика с объятиями и громкими вопросами.
– Надеюсь, это все? – Кит кивнул на коробку.
– Не надейся. В купе еще три. Но как вы догадались…
– Ты что, Дашку не знаешь? Прибежала ко мне: уже идут занятия, а Алика нет! Он заболел! Звони его родителям! – Даша смущенно улыбалась. – Ну, я и позвонил. Твоя мама сказала, что ты уже уехал, и дала полную информацию, где и когда тебя встречать.
– Значит, о количестве коробок ты тоже информирован, – засмеялся Алик.
– Информирован о количестве, – согласился Кит. – Но не о весе. Я очень надеюсь, что там жратва, а не книги.
– Жратва. Приглашаю вас на пир.
– Ну, это понятно. Мы и без приглашения собирались. Правда, Дашка?
Хорошо, что вместе с ней пришел Кит.
Алик вытаскивал с другом коробку за коробкой.
Двое суток в поезде Алик мучительно обдумывал свой разговор с Дашей.
Безусловно, ей нужно все объяснить про Татьяну, но как это сделать и когда? Этим объяснением он, конечно, принесет Даше боль, но как иначе? Он же никогда ее не любил. С его стороны это будет честно.
Очень честно! Лучше бы не встречался с ней с самого начала!
В конце концов Алик решил пока отложить этот неприятный разговор. До лучших времен. До какого-нибудь подходящего момента. И в силу мягкости его характера это было логично. Или трусливо? Ну вот!..
На вокзале Алик время от времени украдкой поглядывал на Дашу. Только украдкой – встречаться с ней глазами он не решался. Но она, похоже, пока ничего не чувствовала. Такая же – серьезная, спокойная, немногословная.
Алик был очень благодарен болтуну Никите за то, что тот разряжал обстановку.
– До общаги поедем с шиком! На тачке!
– Откуда деньги?
– От верблюда! – Кит засмеялся. – На работу устроился. В метро книжки продаю. Расчет ежедневно, поэтому я нынче богач – пользуйтесь.
Кит прикупил по дороге бутылку вина и бутылку водки, попросил шофера поднять коробки на третий этаж и щедро расплатился.
Комната дохнула на Алика нежилым, но все равно знакомым запахом. Даша тут же закрутилась у маленькой электроплитки. В нарушение всяческих норм Алик держал плитку в комнате, впрочем, как и большинство студентов, с молчаливого согласия коменданта. Ребята неторопливо распаковывали коробки.
– Ну-у, Алька, не зря перли такую тяжесть, – одобрительно сказал Кит. – Тут жратвы на полгода хватит.
– Мальчики, вы уже нашли тушенку?
По комнате распространялся изумительный запах близкого обеда, и Алик вспомнил, что ничего не ел со вчерашнего дня.
– Я жутко голоден! – заявил он, открывая тушенку и вылавливая внушительный кусок.
– Алик, не перебивай аппетит! – строго сказала Даша и отобрала у него банку.
– Не завидую я тебе, Алька, – вздохнул Кит. – Женишься на ней – шагу ступить не даст!
Всего месяц назад Алик бы весело расхохотался в ответ, а сейчас смущенно перевел разговор в другое русло.
– Что, Кит, науку окончательно пускаешь по боку? – спросил он.
– Какую науку?
– Уже забыл, что истфак окончил?
– А-а, ты об этом… Науку я дарю тебе так же, как свой диплом торжественно подарил папаше. Он хотел, чтобы я получил высшее образование, в университет пристраивал, старался, в общем, диплом заслужил. И слава Богу, теперь оставил меня в покое. А я хочу жить хорошо, не на нищенскую зарплату младшего научного сотрудника в каком-нибудь музее.
– Всю жизнь будешь книжками в метро торговать?
– Почему всю жизнь? Только пока это приносит деньги.
– Значит, деньги приносит?
– А как же! Астрология, белая магия, "Крестный отец" и прочая дребедень. Знаешь, как народ это любит!