* * *
В "Легал медиа" царила некоторая суета, только и было разговоров, что о вчерашней презентации. И, похоже, меня совсем не ждали.
- Ой, здравствуйте, Лариса Геннадьевна! - Радостно защебетала секретарша Ирочка, увидев меня. - А Вы так рано сегодня? Разве у Вас не выходной?
- Решила сегодня заехать все-таки на работу, проверить, как дела…
- Да все у нас хорошо! - Доложила Ирочка. - Знаете, а у меня зато недавно тако-о-о-е приключилось…
И Ирочка, сделав страшные глаза, начала докладывать о своих очередных неприятностях и сложностях, и о том, как она героически их преодолевала.
Я засмеялась, не без интереса приготовившись слушать новую детективную историю от нашей штатной вруньи.
"И зачем я ее до сих пор на работе держу? Наверное, потому что с ней интересно".
Ирочка слыла у нас фантазеркой. Потому что придумывала она без перерыва на обед, а врала без умолку. Впрочем, ложь ее была очень безобидной, и мы с наслаждением слушали все ее сказки, не подавая виду, что раскусили лгунью, покачивая головами и цокая языками.
Началась ее работа в компании с того, что Ирочка добилась сочувствия не только у всего женского персонала "Легал Медиа", но и у мужского, включая начальника охраны. Едва Ирочка переступила порог нашего офиса, как все уже знали, что она круглая сирота. И что у нее дьявольски слабое здоровье.
На собеседовании Ирочка, едва ли не пустив слезу, сообщила менеджеру по персоналу, что ей нужно чем-то кормить двухгодовалого малыша, которого она растит совершенно одна, и поэтому срочно нужна именно эта работа. Разумеется, она будет стараться изо всех сил. Отказывать ей в трудоустройстве, в общем-то, не было никаких причин: великолепное знание английского языка, отличные внешние данные, связная речь и эрудиция. Плюс такие сложные семейные обстоятельства.
Ну, как не посочувствовать этому милому созданью!
Ирочка освоилась у нас весьма скоро, но не переставала донимать окружающих слезными повествованиями из своей жизни. Она могла чуть ли не часами рассказывать о своем трудном детстве и об отце, который покинул этот мир, когда ей было всего 12 лет. О матери-алкоголичке, которая била и пинала ее, а потом и вовсе забросила. Что Ирочка безо всякой поддержки и участия живет одна уже четвертый год в большом и жестоком городе Москва. Что, случись с ней вдруг беда, даже некому будет позвонить (на этих словах ее глаза всегда становились влажными от слез).
Наконец, Ирочка, по ее словам, без устали подрабатывала переводами и училась на вечернем отделении института. Каждый день, опаздывая на работу, она сообщала, что не спала всю ночь, потому что был очень срочный заказ, а ей очень нужны были деньги. Или сессия, пришлось усиленно заниматься. А по прошествии некоторого времени Ирочка стала пораньше отпрашиваться с работы, чтобы пересдать очередной заваленный экзамен "бесчувственным и бессердечным" преподавателям.
Она постоянно жаловалась, как у нее болит голова или живот, и какая высокая температура мучила ее вчера под вечер. И что совершенно: ну совершенно нет сил работать, поэтому "можно я пойду домой?"
Несколько раз я пыталась ее уволить, и уже буквально заносила руку над приказом, но Ирочка, обливаясь слезами и чуть ли не валясь в ногах, умоляла ее не делать этого "ни в коем случае!" И рука моя опускалась. И снова Ирочка развлекала публику своими слезливыми историями.
Все вздохнули с облегчением, когда она закончила институт. Я вызвала ее к себе и сказала:
- Ира. Получив диплом, ты стала совершенно большой девочкой. И если ты еще хоть раз… я повторяюсь… хоть раз опоздаешь на работу, я уволю тебя безо всяких предупреждений и рекомендаций, а коллегам, к которым ты устроишься работать, буду рассказывать, что уволила тебя за враньё.
Ирочка сильно стушевалась и, по рассказам сотрудников, даже поплакала в туалете. Но с тех пор больше не опаздывала. Зато мы просто молились на нее, когда нужно было что-нибудь убедительно соврать - заказчику или кому-нибудь из партнеров. В этом смысле ей просто не было цены.
- Лариса Геннадьевна, а вам что, нехорошо? - Закончив свой очередной страшный рассказ, уточнила Ирочка. - Может, кофейку?
- Нет, Ирочка, спасибо, - улыбнулась я через силу, превозмогая головную боль. - Спасибо, не нужно.
Покинув недоуменную Ирочку, я заспешила в сторону своего кабинета.
- Нет, ну ты подумай! - Поймала меня по дороге наш менеджер по работе с прессой и моя помощница Регина. - Взять и отменить демонстрацию этого самого технического чуда. Мол, не успели прибор подключить! А нам все уши прожужжали!
- Никуда прибор не денется, - устало прошелестела я. - Так сложились обстоятельства, ничего не поделаешь.
Регина изучающе осмотрела меня с ног до головы. Приметила и мою помятую клетчатую юбку, в которой я была на вчерашней презентации. И атласную блузку мышиного цвета в тон. И туфли - точно такие же серые мышиного цвета туфли, будто я и дома-то не была.
- Да что с тобой! - Вынесла она вердикт. - Ты из-за вчерашнего, что ли, так расстроилась? На тебе же лица нет!
- И лица, и всех остальных частей тела, - вздохнула я. - Не поверишь, но я вчера так напилась, стыдно нереально…
- Мнда, бизнес дело нелегкое, - философски заметила Регина. - Что, неприятности возникли?
- Да не то, чтобы неприятности, - пояснила я, прикрывая рот рукой, чтобы не сразить мою собеседницу перегаром наповал. - Просто стресс колоссальный, я обзванивала вчера все министерские пресс-службы и, конечно же, получила в свой адрес немало матюгов. Как говорится, за неприятные новости убивают обычно гонца.
- Ясно, - покачала головой Регина. - Но ты держись, пожалуйста. Первый раз, честно говоря, вижу тебя такой. Обычно ты такая бодренькая…
- Да все хорошо, - сделала я попытку улыбнуться и поморщилась от снова откуда ни возьмись нагрянувшей головной боли. - Только дай мне какую-нибудь таблетку, пожалуйста…
Я зашла в кабинет со стаканом воды и "Алкозельцером", уселась на стул, чинно проглотила лекарство и принялась размышлять об увиденном вчера на ладони у Ивана Дерябенко. Меня терзали смутные догадки, я была почти уверена, что увидела Бориса.
Сглотнув последние остатки "Алкозельцера", я полезла в Интернет искать информацию о передвижениях Дерябенко. Да, собственно, что такого я могла о нем найти? Дерябенко чинно и благородно посещал различные мероприятия, ни в каких провокациях замечен не был, участвовал в благотворительных акциях, выступал перед электоратом. Ну просто ангел… В биографии значилось, что Дерябенко родился 11 февраля 1957 года в городе Красноярске, закончил Красноярский политехнический университет, активно принимал участие в студенческой жизни, и был председателем студенческого совета. Потом занимался партийной работой. Потом предпринимательской деятельностью. В 1995 году переехал в Москву и служил помощником депутата. Потом сам стал депутатом. В 2015 году решил выдвинуться на пост президента. Ну ничегошеньки, что могло бы быть хоть как-то сопоставимо с биографией Мазурова.
- Жень, могу я к тебе заглянуть на минутку? - Стукнулась я к начальнику охранной службы Евгению Нежину.
- Да, конечно, Ларис, проходи, присаживайся, - Евгений внимательно посмотрел на меня. - Что-то не так?
Евгений Нежин был бывшим сотрудником ФСБ, майором в отставке. Сухощавый, жилистый, немногословный, среднего роста, с небольшой сединой в челке. Он носил черные брюки и черные в тон ботинки всегда одних и тех же фирм и почти не менял фасон. Мне даже иногда казалось, что у него в гардеробе дома висит целый шкаф одинаковой одежды и стоит целая прихожая одинаковой обуви. Как в фильме "Люди в черном".
Вообще говоря, майор в ФСБ - это уже немалая величина, и было бы удивительно видеть его начальником охранной службы небольшой частной компании, занимающейся пиаром. Если бы не одно обстоятельство. В "Легал медиа" мы занимались политическим и корпоративным пиаром, имея дело с государственными структурами и крупными бизнес-единицами, что налагало немалую ответственность и такие же великие обязанности. Специалист такого уровня, как Евгений, был нам по-настоящему необходим. Всех клиентов, которые обращались к нам, перед заключением договоров мы тщательно проверяли.
- Да, Жень, всё не так, - я устроилась посвободнее на кресле и забросила ногу на ногу. - Я даже не знаю, что и сказать. Кажется, меня догоняет мое собственное прошлое.
- Выпал какой-то скелет из шкафа? - Усмехнулся Евгений, доставая из кармана сигареты. - Курить хочешь?
- Не смешно. Ты же знаешь, я не курю, - отмахнулась я.
- Да я просто так. В такие моменты люди как раз и начинают курить, - Евгений щелкнул зажигалкой и затянулся. - Итак. Рассказывай…
Глава 6
О том, как от выбора спутника жизни может зависеть жизнь
- Мы с Юлей Симоновой из одного города, из Ростова-на-Дону. Вместе в Москву приехали. Учились в одном классе, - начала я. - В школе мы не очень сильно дружили, зато в Москве практически всегда перезванивались и встречались. Очень сдружились. Постоянно вспоминали, как шалости наших одноклассников доводили до белого каления бедного учителя истории, за что он ставил неизменные двойки. Немаловажный фактор - первое время мы друг друга поддерживали как могли. Москва ведь довольно жесткий город. К концу института наши пути разошлись - но то, что происходило непосредственно во время учебы, стоит отдельного рассказа.