Всего за 89.9 руб. Купить полную версию
– Дорогая, если бы ты была содержанкой какого-нибудь полунищего дворянина, тогда конечно, возникли бы определенные проблемы, – рассудительно ответила госпожа Алисия. – Но ты же фаворитка самого нескио! Он почти герцог! А теперь, когда в стране герцогов не осталось, он выше всех аристократов. И то, что он выбрал из тысяч красоток тебя, заставит мужа тебя только больше ценить. К тому же, думаю, нескио не оставит тебя без награды. Одних только драгоценностей, что он уже тебе подарил, хватит на роскошную жизнь до конца твоих дней.
– Но я не хочу уходить отсюда! – Домина широко обвела рукой свои владения. – Мне нравится чувствовать себя хозяйкой в его поместьях, в его городских домах, здесь, наконец! К тому же он замечательный любовник. И я его люблю. – Она не заметила, что любовь оказалась в самом конце ее предпочтений.
– Ничего, ты точно так же полюбишь и своего муженька. Ведь кто тебя заставляет идти замуж за какого-нибудь старикана? Выберешь себе молодого красавца не хуже нескио и будешь с ним счастлива. – И Алисия с тайным злорадством добавила: – К тому же вряд ли нескио оставит тебя при себе после твоих сегодняшних слов. Так не лучше ли тебе уйти первой? Скажи ему, что тебе пора обзаводиться семьей и попроси тебя отпустить.
Домина прикрыла красивые глаза и задумалась.
– Знаешь, до этой поездки я была уверена, что нескио никогда меня не отпустит. Но теперь я уже не знаю. Он вернулся чужим и равнодушным. Раньше он бы только посмеялся над моими словами, но сейчас принял их всерьез. Не сказал, что приехал, не позвал меня к себе. Раньше, каким бы усталым он не был, он всегда первым делом звал меня. Я чувствовала себя любимой, незаменимой и ничего не боялась. А сейчас я боюсь. Наверное, ты права, и мне нужно уйти первой.
– Может быть, он кого-то встретил? – более опытная в житейских делах Алисия была в этом уверена, но сестру пугать не стала.
– Но кого? – Домина поднялась с софы и принялась искать свежий носовой платок в одном из многочисленных отделений секретера. – Он ездил к этому жуткому графу Контрарио и нигде не должен был останавливаться надолго.
– Контрарио? – Алисия поежилась. – О нем ходят столько страшных слухов. Может быть, нескио зачарован?
Найдя платок, Домина приложила его к глазам, вытирая безостановочно льющиеся слезы.
– Разве так себя ведут зачарованные? Он такой язвительный и недобрый. Нет, его не зачаровали. Он просто сильно разозлен.
– А ты что, знаешь, как ведут себя зачарованные? – удивленно вскинула брови сестрица.
Бросив мокрый платок на пол, Домина налила в бокал легкого вина из стоящего на столе графина. Выпив его, как лекарство, одним глотком, повернулась к Алисии.
– Тебе налить? – получив отказ, села рядом с ней и вернулась к разговору: – Ты помнишь барона Оттавио? Он одно время часто у нас бывал.
– Что-то ты мне о нем говорила. Но видеть его я не видела. Я же не бываю у тебя, когда здесь гости нескио, да и сам нескио тоже. Я вообще плохо помню, что ты мне о нем говорила. Вроде с ним что-то было не так, но что, забыла.
Домина придвинулась поближе к сестре и тихо проговорила:
– Так вот, Контрарио прилюдно оскорбил барона, назвав ублюдком. Оттавио ездил к графу в замок, хотел вызвать на бой.
Алисия всплеснула руками.
– Ублюдком? Какой позор! И что, бой состоялся?
– В том-то и дело, что нет! – Домина раскраснелась и от вина, и от волнения. Вспоминая, принялась медленно рассказывать: – Из замка Контрарио барон вернулся сам не свой! Он заявил, что граф замечательный человек, что он теперь его самый преданный друг, и нес такую о нем чушь! Более того, он заявил, что граф Контрарио единственный претендент на королевский престол, и это при нескио!
Алисия возмущенно закатила глаза:
– Граф единственный претендент на наш престол? Всем известно, что нескио единственный из оставшихся в живых прямой потомок наших королей! Барон сошел с ума?
– В том-то и дело, что не похоже! Он был вполне разумен, когда речь шла о чем-то другом, даже говорил умные вещи. Но стоило кому-нибудь заговорить о графе Контрарио, у него тотчас стекленели глаза, и он начинал городить чушь о его благородстве и великодушии! Все были уверены, что граф его зачаровал.
– А где теперь барон?
– Никто не знает! Он заявил, что граф отправляет его куда-то с чрезвычайно важным поручением, оставил свое имение в распоряжение графа и исчез! Его нет уже два года. Так что я знаю, как выглядит зачарованный.
– Ну, мы ведь о графе Контрарио упомянули только мельком. Наверное, этого мало, чтобы нескио раскрыл свое заклятье.
– Для барона этого было вполне достаточно. Даже когда речь заходила о дворянстве, наместнике, власти, он принимался с пеной у рта доказывать, что граф – лучший из лучших. Нескио так себя не ведет.
– Зачаровать можно по-разному. Вдруг граф внушил ему, что он должен жениться на какой-нибудь подосланной им особе? И через нее будет управлять нескио? Так, как Зинелла управляет наместником?
Домина резко встала и принялась метаться по комнате.
– Почему ты все время говоришь гадости? – вскричала она, заломив в отчаянии руки.
– Почему гадости? – Алисия неодобрительно покачала головой, следя за метаниями сестры. – Разве ты не решила оставить своего покровителя?
– Я еще ничего не решила! И мне больно слушать твои слова! – Домина принялась вытирать руками вновь полившиеся слезы.
– Лучше заранее предусмотреть все неприятности и подготовиться к ним, чем остаться с носом, – деловито заявила Алисия. Как истинная купчиха, она любила просчитать все возможные ходы наперед.
– Хорошо, но не сейчас. – Домина решила, что сестре ее не понять. Она прагматичная и сухая. Уж лучше выплакаться в одиночестве. И попытаться помириться с нескио. Сестра ей в этом только мешает. И с намеком спросила: – Тебе скоро уезжать?
– Я могла бы погостить еще, но теперь, когда вернулся нескио, и ты ляпнула такую чушь, мне лучше уехать.
Домина холодно подтвердила:
– Да, тебе лучше уехать. Сама видишь, нескио не привечает моих гостей. – Помолчав, трагически добавила: – Кто знает, возможно, в этом поместье нам уже больше не встречаться.
– Не волнуйся! – Алисия не понимала тревоги сестры. Она все случившееся считала благом, а не трагедией. – Это сейчас тебе все кажется ужасным, но пройдет время, и ты поймешь, что все к лучшему.
Алисия позвала свою горничную и принялась собираться. Домина ушла к себе, стараясь заглушить рыдания и спокойно обдумать, как ей жить дальше. Так ничего и не придумав, решила положиться на волю судьбы.
Если нескио прикажет ей уйти, она, конечно, будет вынуждена подчиниться. Но добровольно она из этого эдема не уйдет, что бы там не говорила ей сестра. В конце концов, она ей просто завидует.
Нескио держал в руке бокал вина и не мог сделать ни глотка. Впервые в жизни он не знал, как поступить. Сердце требовало вернуться в замок Контрарио и освободить Агнесс. Разум упорно противился этому заранее обреченному на провал безрассудному намерению. Какое он имеет право рисковать сотнями жизней ради одной?
Нескио был опытным военачальником и понимал, что жизнь Агнесс не может быть ценней жизни даже нескольких воинов, а для штурма замка нужны даже не сотни, а тысячи. Причем безуспешного штурма.
Сердце отчаянно ныло, о глупых словах Домины он забыл. Так же, как и о ней самой. Былые тщеславные устремления занять пустующий королевский трон растворились в горестной невозможности повернуть время вспять. Не нужно было ему оставлять Агнесс! Он вполне мог соскочить с испуганного коня, почему же не соскочил? Там были и другие кони, он мог увезти Агнесс на одном из них.
Но не увез.
Страдая от душевной муки, решил побороть ее действием. Приказал оседлать Горра и отправился к лэрду. Нужно рассказать ему, что приключилось с ним в замке графа. Не упоминая Агнесс. Лэрд стар, опытен и изворотлив. Возможно, он сможет что-нибудь посоветовать?
Горр мчался широким аллюром, заставляя встречных жаться к обочине дороги. Через полчаса показался городской посад с кривыми мощеными грубым булыжником улочкам. Нескио поехал неспешной рысью, боясь раздавить кого-нибудь из зазевавшихся прохожих.
Ближе к центру столицы улицы становились шире, просторнее, сходясь в середине в многоугольную звезду. По одной из них нескио выехал на широкую площадь возле величественного памятника последнему королю Терминуса. Король, изваянный из белого мрамора, смотрел на север, насупив густые брови и повелительно протянув руку.
Нескио никогда не задумывался, почему памятник смотрит на север, но сейчас вдруг решил, что в этом есть какой-то тайный смысл. Но какой? Нужно будет еще раз заглянуть в архивные предания, собранные еще его прадедом. Возможно, там он найдет подсказку.
На площадь выходили фасады особняков почти всей терминской знати. Здесь стоял и его собственный городской дом и особняк лэрда. Не заезжая к себе, на лето в доме оставалось всего несколько слуг, подъехал к воротам лэрда из прихотливо переплетенного чугуна с позолоченным гербом в центре.
Ему навстречу тут же выбежал конюшенный мальчишка. Взяв коня под уздцы, увел его во двор, к конюшням, а нескио прошел в дом. В холле стояли вазоны с пестрыми цветами, создавая несколько деревенский уют. Низко поклонившись, маленький арапчонок в темно-зеленой муаровой ливрее торопливо побежал докладывать лэрду о прибытии важного гостя.
Не дожидаясь приглашения, нескио стал подниматься вслед за ним по широкой лестнице. Возле гостиной немного помедлил, пока не услышал сердитый возглас лэрда: "проси его скорей!" и вошел в светлую комнату. Лэрд сидел на диване, опираясь на трость и уложив ногу на мягкий пуфик. Вид у него был нездоровый.