А спустя час за ней пришли. На этот раз это были не обычные надзиратели, а элита - самые жестокие из них, которым была неведома ни жалость, ни честь. Их глаза пылали от предвкушения кровавого зрелища, а злорадные ухмылки не сходили с увенчанных шрамами жестоких лиц. Её грубо выволокли на плац, привязали к столбу, специально установленному в самом его центре, и замахнулись хлыстом. Вокруг, на песке, отчётливо виднелись пятна, а местами и лужи Ликиной крови. Девушка в бессильной ярости сжала кулаки, но даже не сопротивлялась - слишком вымоталась за эту ночь. Она уже приготовилась к первому удару, поскольку кожей чувствовала, как один из надзирателей замахнулся хлыстом - мурашки табуном прошлись по позвоночнику, доставляя массу неприятных ощущений. Как вдруг, откуда-то сбоку раздался властный окрик:
- Назад!
Рэйс обернулась, чтобы увидеть, как к ним идёт высокий, судя по голосу - мужчина, полностью замотанный в коричневый плащ. Если бы не его голос, она бы даже не смогла сказать, к какому полу принадлежит её заступник: походка могла быть, как мужской, так и женской; по сравнению с её маленьким ростом, все окружающие казались высокими, а некоторые вообще гигантами, которым она едва доставала макушкой до середины грудной клетки. При чём, на Зельме хватало и высоких женщин. Так что, незнакомец мог вполне оказаться и женщиной. И не понятно было, это мастерская маскировка, или же просто особенности скрывавшего его плаща. Хотя, судя по тому, как выстроились по струнке собравшиеся её избить надзиратели, незнакомец был очень важной и опасной личностью.
- Отойдите от неё и немедленно позовите мне Ливея.
Его не посмели ослушаться. Девушку тут же отвязали и бросились исполнять поручения. А спустя какую-то минуту из своего дома выскочил взлохмаченный Ливей, на ходу натягивая рубаху и пытаясь одновременно застегнуть штаны. Ни у кого, кто сейчас наблюдал эту сцену, не возникло сомнений, чем же только что был занят местный "царь".
Рэйс брезгливо поморщилась и растёрла запястья, на которых, хоть и за такой короткий срок, но уже успели появиться отметины. У неё всегда была слишком нежная и чувствительная кожа, что не очень-то помогало девушке на службе в КФ. Чтобы свести синяки и ссадины ей постоянно приходилось пользоваться дополнительными кремами и мазями. В то время как Дастин могла целый день провести на тренировочных матах и вернуться без единой отметины. Но офицер МакВарран уже смирилась с данной особенностью своего организма. Что поделать? Такова участь рыжих!
А тем временем к таинственному незнакомцу подлетел Ливей и согнулся в подобострастном поклоне.
- Добро пожаловать к нам, сарин! Я так рад, что…
- Хватит! - резко оборвал его незнакомец в плаще, а потом махнул рукой в сторону Ранэис и сказал: - Я забираю её. Назови цену.
- Но…
Присутствующие при этом разговоре были удивлены, при чём, все без исключения. Ливей так вообще растерялся и теперь пытался осмыслить сказанное, постоянно, то открывая, то закрывая рот, словно рыба, вытянутая на сушу. Элита надзирателей скромно жалась в сторонке, не решаясь привлекать к себе внимания, сторонние зеваки о чём-то шептались, переводя взгляды с мужчин на девушку и обратно. Хотя не составит особого труда предположить, в каком направлении текли их мыли, ведь все здесь знали, какую участь для Рэйс приготовила эта сволочь. А тут - на тебе!
Девушка молчала, хотя сдержаться и не влезть в разговор стоило ей огромных усилий. Внутри всё кипело от злости, даже ярости. Да как они смеют вот так открыто, да ещё и при ней, обсуждать её же покупку?! Её сущность, то, кем она была, требовали немедленной расправы, но Рэйс сдерживалась, потому что понимала, стоит ей только замахнуться на таинственного сарина, и её тут же убьют. Не поможет даже её уникальность в этом мире и те деньги, которые Ливею удастся за неё получить.
Эта выдержка удивила её саму. Раньше за собой такой способности офицер МакВарран не наблюдала. Ну, разве что во время исследований, да и то через раз. Её называли взбалмошной, потому что она всегда шла на поводу у своих желаний, но не многие знали, что не последнюю роль в принятии очередного решения играла хорошо развитая интуиция. И именно она сейчас подсказывала девушке, что время для мести найдётся, главное немного выждать. Ранэис вообще заметила, что с момента попадания на эту планету, стала меняться. Причём, кардинально. И не понятно, то ли это так на неё заточение повлияло, или же сама атмосфера этого мира, но легкомыслие и непринуждённая весёлость были отодвинуты в дальний ящик. Зато на первый план были выдвинуты все самые сильные её стороны - ум, решительность и, как оказалось, выдержка.
- Мне очень жаль, сарин, но она не продаётся, - ответил Ливей, чем вызвал два совершенно идентичных недоумённых взгляда в свою сторону и слаженный вздох на общем фоне.
Первый принадлежал самой девушке. Признаться, она ожидала чего угодно, но только не такого ответа. И он не мог не пугать своей не радостной перспективой. Неужели, он решил оставить её себе, чтобы от всей души отыграться за своё унижение?
Второй, хотя этого и не было видно, но ощущалось довольно отчётливо, принадлежал незнакомцу-сарину.
- Ты, видимо, меня не понял, Ливей, - тихим голосом, сквозь которое Рэйс слышалось звериное угрожающее рычание, проговорил он. - Я. Её. Забираю. И тебе же будет лучше, если это произойдёт по-хорошему и на твоих условиях.
Ливей поёжился, очевидно также уловив эти угрожающие звуки, а потом медленно и неуверенно кивнул. Было видно, что он не рад, но противопоставить той силе, которую излучал незнакомец, ему было нечего. А дураком он не был, поэтому решил уступить.
- Отлично. Вот, - сарин кинул мужчине тугой мешочек, в котором, как поняла Рэйс, были местные деньги, и повернулся к ней. - Этого хватит на покупку пяти рабынь. А теперь, сними с неё заклинание.
- Но, сарин, она дикая! Я бы не советовал… - начал лепетать Ливей.
- Я очень недоволен, сарт, что приходится повторять третий раз. Я. Её. Забираю! - уже открыто зарычал незнакомец в плаще, не обращая внимания на то, как побледнел Ливей от брезгливо брошенного в его сторону слова "сарт".
Зато это отчётливо видела офицер МакВарран, как и то, что в глубине глаз оскорблённого эльран поселилась жажда мести.
- Как пожелаете, - процедил он сквозь зубы и достал из кармана небольшой камушек, чтобы тут же легко превратить его в пыль, с силой сжав пальцы.
Ранэис сразу же почувствовала, как что-то перестало на неё давить. Она, прикрыв глаза от удовольствия, расправила плечи и сделала глубокий вдох. А когда вновь открыла их, они пылали ненавистью и жаждой убийства. Ливей сделал шаг назад, потому что отчётливо уловил произошедшую перемену в ней и знал, что её ненависть адресована именно ему. Сейчас её не сдерживали магические путы, готовые в любой момент по первому же его приказу сковать девушку по рукам и ногам, делая лёгкой добычей для окружающих. Нет, сейчас они поменялись ролями: она - охотник, а он - её законная добыча. Которую она с такой радостью порвёт на мелкие ошмётки!
Она уже сделала решительный шаг, когда почувствовала, что ей на плечо опустилась чья-то сильная рука, останавливая.
- Не стоит этого делать, сария, - тихо проговорил незнакомец в плаще. - У тебя к нему, несомненно, много претензий, но уверяю, это лишнее. Ещё будет время…
- Сария? - резко выдохнула Рэйс, поворачивая голову в сторону руки. Но та, как и её владелец, была скрыта коричневой кожей перчатки, хотя и была, несомненно, мужской. - С чего это такое учтивое отношение к рабыне?
- Милая, ты теперь кто угодно, но только не рабыня, - с улыбкой в голосе ответил он и убрал руку с её плеча. Вместо этого, он сделал приглашающий жест в сторону. - Идём. Нечего больше здесь делать.
- У него есть то, что принадлежит мне, - глядя в упор на Ливея, проговорила она.
- Ливей? - тоном, не терпящим возражений, спросил сарин.
- Сарин, у меня ничего нет. Всё, что у неё изъяли - выкинули.
- Да неужели? - грозно переспросила она и сделала плавный шаг в его сторону.
- Хватит! - крикнул сарин, останавливая девушку. - Он вернёт. Позже. А сейчас, идём!
Офицер МакВарран внимательно посмотрела на незнакомца, пытаясь понять, чем ей грозит его доброта, потому что просто не верила в бескорыстие на этой планете. Да и вообще, в принципе, не верила. У всего есть своя цена, а в мире, где процветает рабство - и подавно. Поэтому, последовала она за сарином с опаской, отчётливо расслышав вздох облегчения позади. Злорадная улыбка тут же озарила её лицо - если этот урод думает, что вот так просто отделался за всё, что сделал ей, то он самый настоящий кретин! Она просто сделает всё, что задумала чуть позже, чтобы на неё не пало подозрение. А вот отомстить самому Ливею она придёт лично! И будет наслаждаться, наблюдая за тем, как страх поселяется в его глазах…