Герцог был удивлен, а Магнолия, не дождавшись ответа, взглянула на него, и он вновь прочел в ее глазах ужас.
- Я чувствовала это… в церкви, в саду и в поезде, - продолжала она. - Словно вы… говорили это вслух.
На это герцогу нечего было возразить; он просто онемел от изумления и тщетно пытался подобрать нужные слова, пока Магнолия, торопясь, договаривала:
- Отпустите меня… пожалуйста… дайте мне уйти… и найти место… где бы я смогла… спокойно жить… Вы можете… забрать мои деньги… все деньги… но если я вам не нужна… я не могу… оставаться здесь… отпустите меня!
Голос Магнолии звучал так требовательно и в то же время так жалобно, что герцог сказал:
- Вы достаточно умны и должны понять, что все не так просто. Если я чем-нибудь вас сегодня расстроил, то примите мои извинения.
- Мне показалось… что мамины затеи рассердили вас, - прошептала Магнолия. - Но ни папа, ни я… не имели ни малейшего понятия… о том, что она… задумала.
- Я рассердился лишь потому, - признался герцог, - что рассчитывал на тихую простую церемонию для нас, наших родственников и друзей. Собственно, поэтому я и настоял на том, чтобы венчание происходило в Англии.
- Я… понимаю, - произнесла Магнолия, глотая слезы, - но маме казалось… что все это… очень… скучно, потому что прессе нечего будет… написать, а она… она хотела, чтобы все знали, что я вышла замуж за… герцога.
Интонация, с которой она произнесла последнее слово, заставила герцога поинтересоваться:
- А вы что же, не хотели выходить замуж за герцога?
- Нет… конечно же, нет! - воскликнула Магнолия. - Я не хотела выходить замуж ни за кого… кроме…
Она на мгновение замялась, и герцог спросил:
- Кроме кого?
Ему показалось, что она не ответит, но через мгновение, отвернувшись, Магнолия сказала почти шепотом:
- Кроме того… кто полюбит меня… но раз… никто не может… меня полюбить… я вообще не хочу… выходить замуж.
- Я вас не понимаю, - сказал герцог.
Магнолия слабо взмахнула рукой, но пальцы у нее дрожали, и она снова с силой прижала ладони к коленям.
- Пожалуйста, объясните, что вы имеете в виду, - попросил герцог. Он говорил с ласковой настойчивостью, как будто уговаривал ребенка, и тут же подумал, что в Магнолии действительно есть что-то детское.
Она и в самом деле выглядела очень юной, сидя на краешке кресла, прямая, как стрела. Ее тонкий профиль отчетливо вырисовывался на фоне мраморной каминной полки.
- Когда я окончила школу, - прошептала Магнолия, - я поняла, что мама… собирается… выдать меня за кого-нибудь… очень знатного… а папа объяснил, что никто из… обычных людей… из тех, кто ему нравится… не захочет даже и думать… о свадьбе… потому, что я так… богата.
Это слово она произнесла с трудом и, лишь сделав над собой усилие, сумела закончить:
- Он… убедил меня, что если я не… выйду за вас, то обязательно найдется… кто-нибудь другой, кто может оказаться… и хуже.
Когда она смолкла, в воздухе повисла тишина. Только спустя минуту герцог произнес:
- Я не думал об этом, но мне кажется, я понимаю, что имел в виду ваш отец. Но…
Он хотел продолжить: "…но, наверное, есть где-нибудь на свете человек, который захочет жениться на вас не ради ваших денег" - и в этот момент подумал, что мистер Вандевилт был совершенно прав. Джентльмен, если только его не вынуждают к этому обстоятельства, ни за что не согласится взять в жены девушку, которая настолько богата.
Словно прочитав его мысли, Магнолия проговорила:
- Ну а теперь, когда вы все поняли… пожалуйста, отпустите меня. Я… найду место… где буду в безопасности… и никто не узнает, где я… и смогу жить… своей собственной жизнью.
Герцог ничего не ответил, и она продолжала:
- Мне кажется… если я найду место… где есть много книг… например, музей или библиотеку, то мне даже будет… чем занять себя.
Умоляюще глядя на него, она почти выкрикнула:
- Отпустите меня… пожалуйста… пожалуйста… позвольте мне уйти!
Герцогу никогда в жизни не приходилось сталкиваться со столь сложной задачей, но он понимал, что должен уладить дело с максимальной тактичностью.
Помолчав некоторое время, он спросил:
- А вы подумали, как будете содержать себя?
- Да… конечно, - ответила Магнолия. - Не настолько же я… глупа. Я взяла с собой небольшую сумму… конечно, не деньги, но мои драгоценности стоят довольно дорого.
- Вы собираетесь их продать?
- Да. Я понимаю, что… не получу за них полную стоимость… но этого хватит… на жизнь.
- Мне кажется, вы не понимаете, - сказал герцог, - что женщину, которая живет одна, ждет множество недоразумений и, может быть, даже оскорблений.
Магнолия с удивлением посмотрела на герцога и спросила:
- А если я… не стану заводить знакомств… и вообще… буду жить… очень уединенно?
- Дело не в этом, - объяснил герцог, - я боюсь, что вас, без спутника и приличного багажа, не примут ни в одной гостинице. И весьма маловероятно, что какой-нибудь домовладелец сдаст квартиру молодой женщине, не имеющей удостоверения личности.
Он понимал, что об этом Магнолия не подумала, а может быть, просто не знала. Минуту спустя она спросила:
- Но почему… почему люди обязательно решат… что тут что-то не так? Ведь даже в Англии… в наше время… есть эмансипированные женщины.
- Да, разумеется, - согласился герцог. - Но они выглядят совсем не так, как вы, и по крайней мере не настолько юны.
- И… что же мне теперь… делать?
Это был крик, идущий из самого сердца, и герцог ответил не сразу:
- Предположим, какое-то время вы попробуете пожить у меня.
Ужас в ее глазах стал еще сильнее, и герцог поспешил успокоить Магнолию:
- Мы можем договориться, как нам впредь общаться друг с другом.
Охваченная страхом, Магнолия не поняла, что он имеет в виду, и герцог пояснил:
- Сегодня мы, к сожалению, встретились впервые. Нам следовало познакомиться самое меньшее за неделю до свадьбы, чтобы получше узнать друг друга.
Видя, что Магнолия задумалась над его словами, герцог добавил:
- Предположим, мы поживем вместе месяц или около того и посмотрим, подходим ли мы друг другу. А до тех пор останемся просто друзьями.
- Вы… имеете в виду, - поразмыслив, произнесла Магнолия, - что мне… не придется быть… вашей женой?
Не было никаких сомнений в том, что она подразумевала под этими словами, ибо ее голос явно дрожал.
- Полагаю, - сказал герцог, - что мы с самого начала повели себя не как муж и жена, а как двое незнакомцев, которых свели обстоятельства или судьба, если вам угодно.
Ему показалось, что Магнолия вздрогнула, но она хранила молчание, и герцог продолжил:
- Мы узнаем, есть ли у нас что-то общее и существует ли хотя бы малейшая надежда, что наша дружба перерастет в более глубокое чувство.
- Вы хотите сказать… что я могу… полюбить… вас? - спросила Магнолия.
- Я надеюсь, что в будущем это произойдет.
- Мне казалось… что вы… женились на мне только… из-за моих денег… а не потому, что хотели… любви.
- А мне казалось, - парировал герцог, - что вы вышли за меня замуж только из-за моего титула!
- Этого… хотела только мама, - пояснила Магнолия. - Она, конечно же, предпочла бы принца, но не сумела найти холостого.
В ее голосе прозвучала саркастическая нотка, и герцог с легкой улыбкой ответил:
- Мне самому казалось, что это довольно скверная сделка, но поскольку я очутился в отчаянном положении, то согласился на нее.
- Вам… так сильно были нужны… мои деньги?
- Я думал, вам рассказали, что мой отец оставил после себя огромные долги, из-за которых мне пришлось бы заколотить двери замка и прекратить выплачивать деньги своим пенсионерам и членам семьи, зависящим от меня, а это означало бы для них голодную смерть.
Разговор на эту тему расстроил герцога, и тон его вновь стал резким. Магнолия выкрикнула:
- Таким образом… ненавидя меня… вы были вынуждены… жениться на мне!
- Благодаря этому я мог бы справиться с трудностями. Но я ненавидел не вас, а сам факт, что должен жениться по принуждению. Я ведь тоже хотел жениться по любви.
Глаза Магнолии расширились, и герцог понял, что она никогда раньше не задумывалась об этом.
- Вы хотели жениться… на той… кто… полюбит вас… потому что… вы такой… как есть?
- Конечно же! - воскликнул герцог. - Если вы не хотели выходить замуж за человека, которому нужны только ваши деньги, то я не хотел жениться на той, кому я интересен не как мужчина, а как какой-то там герцог.
- Но ведь… неужели не было другого способа… достать эти деньги, - через мгновение прошептала Магнолия.
- Я всего лишь солдат и не знаю другого ремесла, - ответил герцог. - И раз уж вы задали мне этот вопрос, то могу ли я, в свою очередь, спросить у вас: "А вы уверены в том, что встречали человека, полюбившего вас просто так?"
На мгновение лицо Магнолии исказилось, словно от боли, но она ответила твердо:
- Нет… никогда… никого не было.
- Таким образом, как правильно заметил ваш отец, я - меньшее из всех зол, - воскликнул герцог. - Как ни унизительна эта мысль, но такова правда!
Горькая насмешка, прозвучавшая в его голосе, заставила Магнолию взглянуть на него с опаской.
- Так… может быть… - сказала она осторожно, - для вас все-таки будет лучше… отпустить меня… чтобы я не раздражала вас… своим присутствием? И вы сможете тратить мои деньги… не испытывая ко мне ненависти?
- Даже если нам придется расстаться, - проговорил герцог, - то у меня хватит чувства собственного достоинства, чтобы не трогать ваши деньги, ибо я их не заработал.