Вместо него самого счастливого пути, удачи и помощи богов гостям желала его свита: дворецкий, секретарь и главный распорядитель. Они стояли во дворе, глядя вслед отъезжающим, пока экипаж не скрылся за поворотом.
Путникам предстояло ехать вдоль подножия Западных гор. Поднимающееся солнце слегка касалось верхушек сосен, которые казались в золотом утреннем свете почти волшебными. О красоте этих деревьев сложены тысячи стихов, и все-таки ни одному поэту не удалось в полной мере передать их очарование.
Проехали примерно с четверть мили, и тут вдруг Инь неожиданно остановил экипаж и открыл дверцу.
- Прошу прощения, господин, - проговорил он, - но я забыл отдать вам книгу медитаций, которую ваша милость намеревалась читать в дороге. Это непростительное упущение с моей стороны, и я нижайше прошу извинить меня за него.
С этими словами он передал хозяину маленькую переплетенную в кожу книжечку.
Прекрасно понимая, что это лишь повод для иного разговора, Стэнтон Вэр ответил:
- Спасибо, Инь, я как раз хотел попросить у тебя это руководство.
Инь наклонился пониже, якобы поправляя плед на коленях хозяина, и прошептал:
- Через полчаса, сэр, прикажите остановиться, чтобы немного освежиться.
Он моментально отошел от экипажа, а Стэнтон Вэр громко произнес:
- Эти поездки нарушают привычный порядок моих медитаций. Скорее бы вернуться домой, чтобы жизнь потекла по привычному руслу!
Инь уже занял свое место на облучке, и экипаж тронулся.
Цзывана слышала весь разговор и заволновалась:
- Что случилось?
- Понятия не имею, - коротко ответил Стэнтон Вэр.
Теперь, на ходу, слуги, со всех сторон окружавшие карету, уже не могли слышать, что говорят господа, сидевшие внутри.
- Вы не боитесь, что принц пошлет за нами погоню? - спросила девушка, немного помолчав.
- Мне кажется, это маловероятно, но нам предстоит ехать в этом направлении не меньше двух часов, прежде чем я под каким-нибудь предлогом прикажу повернуть обратно, в сторону Пекина.
- Мне кажется, лучшим предлогом может быть предчувствие, - слегка улыбнувшись, предложила девушка. - Например, предчувствие болезни вашего друга Цзэнь-Вэня.
- Вам кажется, эти люди поверят в это? - недоверчиво спросил Стэнтон Вэр.
- Они захотят поверить. Знаки, предзнаменования и символы имеют для них огромное значение. А кроме того, они и сами с большим удовольствием отправятся в столицу, чем на север, в горы.
Стэнтон Вэр рассмеялся:
- Да, вы, как всегда, правы. То-то, когда мы сегодня трогались в путь, мне показалось, что их лица вовсе не лучатся от радости. А им ведь обещали хорошо заплатить за эту поездку.
- Помяните мои слова, - успокоила его Цзывана, - стоит им повернуть к столице, как они будут рваться вперед, словно лошади, истосковавшиеся по родному стойлу.
- Уверен, что так оно и будет, и я обязательно должен передать Ли Хун-Чжану то, что вы мне сказали ночью. Возможно, это поможет ему убедить императрицу, насколько опасно движение И-Хэ-Чуань.
- Старушка Будда верит лишь в то, во что хочет верить.
- Ну, в таком случае ей не придется долго ждать. Правда откроется сама собой.
Цзывана огорченно вздохнула:
- Ну как же и она, и Совет могут оставаться в таком глубоком заблуждении? Ведь все силы "боксеров" не смогут изгнать иностранцев из страны?
- Принц - злобный, нечистоплотный, неразборчивый в средствах негодяй, - яростно воскликнул майор. - Я не верю, что его беспокоит судьба страны! Его интересуют лишь собственные дела! - Эта вспышка гнева, пусть и справедливая, была, конечно, не в последнюю очередь вызвана ревностью. Стэнтон Вэр прекрасно отдавал себе отчет в том, что не в состоянии трезво оценивать достоинства и недостатки того, кто оказался его соперником, причем наглым и вероломным.
Всю прошлую ночь, лежа спиной к Цзыване на широкой кровати и сгорая от страсти, он кипел от гнева. Одна лишь мысль о намерении принца украсть Цзывану заставляла Стэнтона Вэра изо всех сил сжимать кулаки и скрежетать зубами.
"Если мне суждено убить кого-то, причем хладнокровно, это будет именно принц Дуань, и мир без него станет лишь чище", - размышлял молодой человек.
Конечно, собственный дворец принца с толпой его слуг казался не самым подходящим местом для убийства. Но майор радовался хотя бы тому, что принц не вышел их провожать. Благодаря этому Стэнтон был избавлен от необходимости смотреть в лживые, бегающие глазки принца, соблюдая при этом установленные этикетом правила приличия, и видеть, как эти глазки шарят по фигуре девушки.
Теперь Стэнтон Вэр не сомневался, что Цзэнь-Вэнь совершил серьезную ошибку. Нельзя было доверять роль наложницы такой удивительной красавице, как Цзывана, хотя она замечательно справлялась с возложенными на нее обязанностями.
Без нее майору никогда не удалось бы узнать точную дату выступления мятежников. Теперь он думал о том, как сложно будет убедить власть предержащих в реальности того, что неминуемо должно произойти, и заставить их принять меры к предотвращению ужасных событий.
- Нам надо спешить в Пекин, - произнес Стэнтон Вэр вслух.
Цзывана улыбнулась и бросила на своего спутника быстрый взгляд. Она без слов понимала его истинные чувства.
- Не хотелось бы задерживаться, но лучше сделать так как советовал Инь. Он слов на ветер бросать не станет, - договорил Стэнтон и крикнул вознице, чтобы тот остановился. - Я хочу пить. Вино, которым нас угощали вчера вечером, осушило мой рот, словно горячий ветер пустыни. Отдохнем несколько минут в тени деревьев! - требовательно заявил он.
- Солнце уже высоко, господин, - ответил Инь. - Позвольте отвести экипаж с дороги! Лошади побегут резвее, если отдохнут в тени, где поменьше мух.
- Поступай, как считаешь нужным, - ворчливо отозвался мандарин.
Он заметил, как двое из слуг переглянулись, словно ворчливость хозяина казалась им забавной.
Инь приказал вознице отвести экипаж в сторону, под развесистые деревья.
Когда экипаж отъехал от дороги, Инь остановил лошадей и слуги спешились. Лошади тут же принялись щипать траву, лениво помахивая хвостами.
- Если, благородный господин, вы соизволите подняться чуть выше, там найдется очень удобное место для отдыха. Я принесу вино для вас и вашей спутницы. Уверен, оно снимет и сухость во рту, и головную боль.
- Неплохо, если бы так оно и случилось, - недовольно пробормотал мандарин, словно не веря обещаниям верного слуги.
Они с Цзываной поднялись подальше, ступая среди сосен, по покрытой мхом земле. Едва они удалились настолько, что их уже не могли услышать, Инь догнал их.
- Быстро, хозяин! - почти приказал он. - Нельзя терять ни минуты. Принц приказал своим слугам захватить вас обоих!
- Своим слугам! - в ужасе, словно эхом, отозвалась Цзывана.
- Я подслушал разговоры перед самым нашим выездом из дворца, - продолжал умный и осторожный китаец, - но до сих пор не было возможности поставить вас в известность о готовящемся нападении.
- Что же принц собирается предпринять? - в недоумении спросил Стэнтон Вэр.
- С вами, хозяин, должен произойти несчастный случай, Вы умрете, а леди отвезут обратно во дворец.
- И что же нам делать?
- Я прихватил два костюма кули, - быстро пояснил Инь. - Если вы переоденетесь без моей помощи, я пока принесу из экипажа вино.
Он положил к их ногам две подушки и распорол по шву наволочки. Цзывана вытащила из нее широкополую соломенную шляпу, хорошо защищавшую от солнца, потом зашла за сосну и начала торопливо сбрасывать с себя наряд наложницы. Не забыла она и вынуть из темных блестящих волос драгоценные заколки, сияющие рубинами и алмазами.
Через несколько минут Стэнтон Вэр, стоя в тени деревьев в голубой рубашке и брюках - типичной одежде простых китайцев, как мужчин, так и женщин, - увидел, как Цзывана появилась из-за дерева в такой же одежде, худенькая, похожая на мальчика.
На ногах у обоих теперь были обычные для этих мест неуклюжие сандалии, которые удерживались на ногах лишь узкой кожаной перепонкой между пальцами.
Цзывана предусмотрительно повязала голову большим носовым платком, чтобы спрятать волосы, а поверх платка надела грубую широкополую соломенную шляпу.
Инь быстро собрал снятую ими богатую одежду, а драгоценности Цзываны положил к себе в карман.
- Следуйте за мной, досточтимый сэр, - деловито произнес он и уверенно направился по извивающейся между деревьев, полого поднимающейся вверх тропинке. Они шли, пока не оказались перед крутым склоном.
Среди изрезанных ветрами и дождями камней можно было найти немало промоин и даже пещер.
Инь быстро пояснил:
- Вы увидите, сэр, что до самой вершины этой горы много укрытий. Идите, сколько хватит сил, все вверх и вверх, а если вдруг услышите, что люди принца настигают вас, - спрячьтесь. Найти вас здесь будет практически невозможно.
- Ну а ты? - спросил Стэнтон Вэр.
- А я вернусь в Пекин при первой же возможности и доложу хозяину обо всем, что произошло.
- Передай ему, что он должен немедленно сообщить Ли Хун-Чжану о том, что "боксеры" войдут в Пекин тринадцатого июня. Возглавит это нападение сам принц Дуань.
Инь кивнул:
- Я так и думал, сэр, что это произойдет. Правда, не знал точной даты.
- И сообщи об этом мистеру Герберту Сквайерсу, секретарю американского представительства. Скажи ему, что ты пришел от меня. Он обязательно примет тебя: он ждет от меня известий.
- Непременно все исполню, сэр, - торопливо пообещал Инь, - но спешите! Нельзя терять ни минуты!