- Не бойтесь, сеньора, - бодро изрек сей достойный субъект. - Вы на "Отважном", а мы не обижаем женщин. Слово англичанина!
- Кто вы? - спросила Доминика.
- Я, - ответил человек, выпячивая грудь, - не кто иной, как личный слуга самого сэра Николаса Бовалле, Джошуа Диммок - к вашим услугам. Эй, там! Внесите вещи!
Последние слова предназначались кому-то за дверью. На пороге появились двое юношей с ношей, которую они опустили на пол. Они замешкались, глазея на Доминику, но Джошуа замахал на них руками:
- Пошли прочь, олухи! - Он выставил их и закрыл дверь. - С вашего позволения, благородная сеньора, я наведу порядок.
Он взглянул на груду вещей, потрогал себя за нос и, подскочив к шкафу, открыл его. Гардероб мастера Данджерфилда предстал перед дамами под хихиканье Марии. Джошуа схватил ворох одежды и, подойдя к двери, выбросил его в коридор.
- Эй, вы там! Подберите-ка все это! - приказал он, и женщины услышали торопливые шаги спешивших на этот призыв.
Джошуа вернулся к шкафу, полностью очистил его, вышвырнув сапоги и туфли, и отступил, чтобы полюбоваться делом своих рук.
- Так!
Тут он заметил сундук, ринулся к нему и, откинув крышку, в нетерпении прищелкнул языком. Затем он буквально нырнул туда вниз головой.
Доминика уселась в кресло с подушками и принялась наблюдать за удивительным кружением мастера Диммока по каюте. Мария, все еще стоявшая перед ней на коленях, сжимая ее руку в своих, тихонько хихикала. В коридоре раздался громкий голос, в котором слышалось негодование:
- Кто выбросил все это сюда? Конечно, этот мошенник Диммок! Джошуа Диммок, чтоб тебя замучила черная блевота! Бросить в пыль лучшие венецианские штаны мастера Данджерфилда! А ну-ка, тощий негодяй, выходи!
Джошуа вынырнул из сундука с охапкой рубашек и чулок. Дверь резко распахнулась, и в каюту попытался ворваться слуга мастера Данджерфилда, но на пороге его встретил Диммок, который сунул ему в руки содержимое сундука и выставил за дверь.
- Убери их! Убери, дурачина! Эту каюту заняла благородная леди. По приказу командира, запомни! Угомонись, бездельник! Венецианские штаны! А мне-то что за дело? Ну, живо, подбери тут все! Вот эту манжету, и сапог, и чулки! Сейчас будут еще рубашки. Принимай!
Он повернулся, развел руками и выразительно пожал плечами.
- Не обращайте внимания, сеньора. Этот несчастный дурень - слуга мастера Данджерфилда. Сейчас мы все приведем в порядок.
- Мне бы не хотелось отбирать у мастера Данджерфилда его каюту, - сказала Доминика. - Не найдется ли для меня какой-нибудь другой?
- Благороднейшая сеньора! Не тратьте на эти мысли ни секунды! - в ужасе воскликнул Джошуа. - Вот уж действительно, мастер Данджерфилд! Конечно, он настоящий джентльмен, но у него еще молоко на губах не обсохло. Столько тряпок! Да, все молодые люди одинаковы! Клянусь, здесь не меньше двух десятков рубашек! У самого сэра Николаса и то меньше. - Он выбросил за дверь остальную часть гардероба мастера Данджерфилда и, не слушая возражений слуги последнего, захлопнул дверь.
Доминика наблюдала, как он раскладывает ее вещи.
- Полагаю, что вы человек достойный, - заметила она с легкой иронией.
- Да, сеньора, вы не ошиблись. Я - слуга сэра Николаса. Ко мне прислушиваются, мне подчиняются. Вот что значит быть слугой великого человека, сеньора, - самодовольно ответил Джошуа.
- О, так вы считаете сэра Николаса великим человеком?
- Самым великим, - не задумываясь, ответил Джошуа. - Я служу у него уже пятнадцать лет и не знаю ему равных. А я много чего повидал, уверяю вас! Да уж, куда только нас не бросало! Правда, я признаю, что сэр Фрэнсис Дрейк кое-чего стоит, но до нас ему далеко. Возьмите хоть его происхождение - с нашим не сравнить! Рейли? Подумаешь! Хоуард? Гроша ломаного не стоит! Больше я не произнесу ни слова и предоставлю вам самим судить. Лестер? Ба! Человек, не имеющий никакого веса! Мы, и только мы, ни разу не потерпели неудачи в наших предприятиях. А почему, спросите вы? Очень просто, сеньора: мы не вешаем нос! Ее королевское величество произнесла своими собственными августейшими устами: "Черт подери, - это ее любимое ругательство, уверяю вас, - черт подери, - сказала она, - сэр Николас, вы должны сделать своим девизом: "Не вешать нос!" И неспроста, милостивая сеньора! Конечно, мы не унываем. Мы бросаем перчатку, кому пожелаем, и берем, что нам вздумается, - таков Бовалле!
Мария фыркнула и задрала свой дерзкий нос. Джошуа строго взглянул на нее:
- Уверяю вас, сеньора! Я говорю за обоих - мы не унываем!
- Он смелый человек, - сказала Доминика как бы про себя.
- Вы говорите чистую правду, сеньора. Смелый! Да это настоящий лев! Мы презираем страх. Он для людишек помельче. Я развяжу эти тюки, сеньора, с вашего позволения.
- Кто он? Какого происхождения? - спросила Доминика. - Низкого или благородного?
Джошуа с достоинством нахмурился:
- Сеньора, разве я стал бы служить у человека низкого происхождения? Никогда! Нет, мы очень благородного происхождения. К нему ничего не добавило даже посвящение в рыцари - этой чести мы удостоились, вернувшись из кругосветного путешествия с сэром Дрейком. Допускаю, мы заслужили эту честь, но обошлись бы и без нее. Сэр Николас - наследник баронского титула!
- Вот как! - заинтересовалась Доминика.
- Да, это так. Он - единственный брат лорда Бовалле. Солидный человек, сеньора. Может быть, ему недостает нашей смекалки, но он - достойный, благоразумный лорд. Он косо смотрит на все эти пляски в открытом море. - Джошуа на минуту забыл о своей роли восторженного и преданного слуги. - И не мудрено! Носимся как ошалелые, не зная ни минуты покоя, - куда это годится? Мы уже не мальчики, чтобы очертя голову бросаться в рискованные приключения. Но что поделаешь? В нас сидит безумие, и нам вечно надо выискивать опасность. - Диммок свернул развязанные веревки. - Я покидаю вас, сеньора. А, мы отдаем швартовы! - Он подскочил к иллюминатору. - Самое время - с этой громадиной все кончено. Пойду погляжу, хорошо ли устроили сеньора. С вашего позволения, сеньора!
- Где мой отец? - спросила Доминика.
- Совсем рядом, сеньора. Вы можете постучать по этой переборке, и он услышит. - Он сурово взглянул на Марию. - Госпожа позаботится о благородной даме!
- Ну и наглец! - воскликнула Мария, но дверь уже закрылась за Джошуа Диммоком.
- Странный тип, - сказала Доминика. - Впрочем, каков хозяин, таков и слуга.
Подойдя к иллюминатору, она встала на цыпочки, чтобы заглянуть в него. Вокруг бортов "Отважного" шипели волны.
- Я не вижу наш корабль. Этот человек сказал, что с ним все кончено. - Доминика отошла от иллюминатора. - Итак, мы на борту английского корабля, во власти неприятеля. Интересно, чем это кончится?
Не заметно было, чтобы она волновалась.
- Пусть только посмеют до вас дотронуться! - сказала Мария, подбоченясь. - Второй раз им не удастся запереть меня в каюте, сеньорита!
Сразу остыв, она принялась распаковывать вещи своей госпожи. Встряхнув платье из жесткой малиновой парчи, она вздохнула над ним:
- Я думала, что вы наденете его сегодня вечером. Какая жалость!
Доминика улыбнулась своим мыслям.
- Я надену его, - сказала она.
Мария уставилась на свою госпожу.
- Надеть ваше лучшее платье для компании английских пиратов?! Вот если бы это был дон Хуан…
Доминика вдруг вскипела.
- Дон Хуан! Этот дурак набитый! Побежденный хвастун! Он разгуливал с важным видом и клялся, что пустит английский корабль на дно, а Бовалле захватит в плен и отвезет в Испанию! Терпеть не могу мужчин, которых побеждают! Отложи-ка это платье, Мария. Я надену его и рубины тоже.
- Что вы, сеньорита! - в неподдельном ужасе воскликнула Мария. - Ваши драгоценности надежно спрятаны у меня на груди. Вы хотите, чтобы они сорвали рубины у вас с шеи?
- Да, я надену рубины! - повторила Доминика. - Мы находимся здесь в качестве гостей Эль Бовалле, и клянусь, что мы сыграем эту роль по-королевски!
В дверь тихонько постучали, и на пороге показался дон Мануэль.
- Ну, как дела, дитя мое? - спросил он и огляделся с одобрительным видом.
Донья Доминика взмахнула рукой.
- Как видите, сеньор, у меня все в порядке. А как вы?
Он кивнул и уселся рядом с ней.
- Они устроили нас вполне сносно. В данный момент какое-то странное существо отдает приказы моему человеку. Он представился как слуга Эль Бовалле. Я не понимаю этих английских слуг и вольностей, которые им разрешаются. Он говорит без умолку. - Дон Мануэль запахнул полы на коленях. - На каждом шагу нас поджидают неожиданности, - пожаловался он и серьезно взглянул на дочь. - Командир приглашает нас на ужин. Не будем забывать, Доминика, что мы гости на этом корабле.
- Да, - с сомнением в голосе ответила Доминика.
- Мы будем обращаться с сэром Николасом с учтивостью, - добавил дон Мануэль.
- Да, сеньор, - с еще большим сомнением отозвалась Доминика.
Часом позже Джошуа снова подошел к двери ее каюты. Он сказал, что сеньору ждут к ужину, и с поклонами проводил по коридору в кают-компанию. Доминика шла, как королева, и на груди у нее сверкали рубины. Матовый малиновый цвет платья подчеркивал белизну кожи. В руках у нее был веер из перьев. Кружевной стоячий воротник украшали драгоценные камни.