Всего за 24.95 руб. Купить полную версию
Когда все закончилось, я лежала, опустошенная и одновременно наполненная, на кровати, бесстыдно раскинув ноги и наблюдая, как мои мужчины не торопясь одеваются. Мне было хорошо. Моя рука лениво бродила по груди, но не возбуждая, а успокаивая, греясь в остатках наслаждения. Я знала, что сейчас я красива: обнаженный точеный силуэт четко вырисовывался на красной простыне, разбросанные по подушке длинные влажные волосы дразнили. Лунный свет, проникая сквозь открытое окно, золотил кожу, придавая ей матовое свечение. Баритон одевался, не сводя с меня глаз. Потом подошел и ласково поцеловал в губы:
– Ты была прекрасна! – шепнул он. – Но нам пора. Нас ждут…
И только сейчас я обратила внимание на то, что на безымянном пальце у него слабо поблескивало обручальное кольцо. Впрочем, это было не важно. Я смотрела в окно, как отъезжала их машина. Вот она на прощанье мигнула фарами и скрылась за поворотом. "А ведь я даже не знаю их имени", улыбнулась я, покосившись на смятую постель. А впрочем, это не так уж и важно…
Баюн явраев
Из цикла "Потоки сознания"
№ I
Где за тысячу лет скот пасли печенеги,
Поднимая земную клубистую пыль,
Сонным червем, вконец утомившимся в неге,
Я усну средь степи, приминая ковыль.И приснится мне сон, где ты хитрою кошкой
Будешь вить из меня жил канатных ярмо.
И тряпичным Пьеро, бессловесною мошкой
Бью челом я тебе, попадая в дерьмо.Твои ноздри дымят, словно жерло вулкана,
Как воронки на гнойной, кровавой войне.
Ты за член-богатырь хватанешь великана,
Нос зарыв в золотом шелковистом руне.Поведешь ты меня на невольничий рынок,
Где продашь за пятак с алчным блеском в глазах.
Ах, не выдержать мне этих чувственных пыток,
Когда жадные пальцы полезут мне в пах.Непотребно сплелись в комарином объятьи
Худосочный урод и мозгляк-имбецил.
Рядом шлюхи творят гнусный блуд на кровати.
Гонит сперму рукой узколобый дебил.Я бегу из притона, бардачного мрака,
Полной грудью дыша смрад небесных глубин.
И с укором глядят на меня, вурдалака
Пьяно-кислые гроздья незрелых рябин.Где-то там, в вышине смотрит волком на Землю
Хмурый Бог, в гневе рот тетивой искривив.
Я бесовским напевам отныне не внемлю,
Обнажив свою душу и суть залупив.Злобный тролль станет выть в непристойном порыве,
Причиндалами гадко, отвратно грозясь.
Я застыну на миг пред прыжком на обрыве,
И низвергнусь в болотную, жидкую грязь.И оттуда восстану белесой личинкой,
Стану пить дикий мед твоих яблочных губ.
Не смущаясь, спою песнь любви под сурдинку.
Буду нежен с тобой, ну а после и груб.В раскорячку присев, светит солнце не с неба,
Из глубин вешних вод, прорываясь сквозь хмарь.
Накорми же, Господь, своих птиц духом-хлебом,
Пусть навечно насытится каждая тварь.Опрокинувшись в ад, я вскарабкался в гору
И с вершины окинул просторы судьбы.
Растворяюсь в любви в эту летнюю пору
И в костюме Адама иду я на вы.
№ II
Жалят осы меня без пустого кокетства.
И ордою вонзаются в плоть комары,
Хором пьют мою кровь, не стесняясь соседства
Причиндалов моих, взмокших враз от жары.Я бессильно кричу, я от боли страдаю.
Избавления жду от злодейки-судьбы.
Но все дальше во мглу, матерясь, уплываю.
Вопли лягут на дно моей горькой мольбы.Ах ты дрянь-передрянь, скольких ты охмурила?
И кого же теперь ты терзаешь в ночи?!
А кругом голытьба, да свинячие рыла
Диким ором визжат, только Бог все молчит.Кто-то пашет тебя от зари до заката,
В перепаханном поле торит борозду.
Лишь оставшись одна, с ликом лунным и святым
Устремляешь свой взор на родную звезду.Я не жду от тебя ни любви, ни прощенья,
Мне не нужен хмельной и бесстыжий твой взгляд.
Я в просторах иных обретаю забвенье,
Мне в висках грохот крови, как гулкий набат.Улечу, уплыву от тебя, от вампирши.
Путеводной звездой вспыхнет ангел вдали.
Заклинаньем волхвов прозвучат мои вирши,
И священную песнь пропоют соловьи.
№ III
Шмелем гулко прожужжат
Все твои слова,
Да стрелою просвистят
И сгорят дотла.Ты больна и болен я.
Тошно нам вдвоем.
Только, чья же в том вина,
Что вот так живем?Смысла нет в твоих мечтах,
Да и я – пустой.
Наш удел – духовный крах,
Бытовой отстой.Пляшут черти в голове.
Мысли невпопад.
Как такой дурной судьбе
Я могу быть рад?Цепью скованы с тобой.
Путы на ногах.
Быть рабом и быть рабой -
Наше дело швах.Сонной мухой упадет
На меня твой взгляд.
Превратив мечту в помет
И в вонючий смрад.Мутно-горькая тоска
Сукой заскулит.
Промахнувшись, у виска
Пуля пролетит.Что ж я делаю, урод?!
В рот меня чих-пых.
Жизнь, идя за годом год,
Дюже бьет под дых.Прет свирепым кабаном
Серость будних дней.
И покуда грянет гром,
Будем жрать червей.Выйду смело на простор
Я степной волны.
Где раскинулся шатер
Под серпом луны.Там царица ждет меня,
Ждет постель и кров.
Эх, пришпорю я коня,
Поскачу на зов.
№ IV
Я козлом пред тобою предстану.
Смирно встань, ты замри, не балуй.
Поклонись же великому Пану
И мохнатую длань поцелуй.Похотливым сатиром схвачу я
Обнаженную нежную плоть.
Под собою копыт не почую,
Не смогу я себя побороть.Средь вакханок ты самая стерва,
Нимфам фору в любви ты даешь.
Далеко у тебя я не первый.
Похотливая бьет меня дрожь.Эти нежные перси литые
Буду мять я, целуя соски.
И склонюсь над холмами крутыми,
Где бутон распустил лепестки.А потом, утолив дуру-похоть,
Нарезвившись в пахучем саду,
Утомившись, припрячу я коготь
И своею дорогой пойду.
№ V
Где же вы, подружки,
Где друзья мои?
Лишь пустые кружки.
Грязь как у свиньи.
Жизнь моя истлела,
Растеклась во мгле.
Я ищу несмело
Истину в вине.
Здесь, на дне стакана
Суть сверкает, тварь.
С дуру, с полупьяна
Я кричу в январь.
Там, где запад ночи
И восток зари,
Сволочно хохочут
Злые соловьи.
Мерзкие кукушки
Бьют меня крылом.
Да пошли вы, шлюшки!
К черту ваш дурдом!
№ VI
Мы идем на восток от заката,
Там сияет луны круглый лик.
Я ругаю тебя грязным матом,
Но беззлобно, я – дряхлый старик.Ты поправишь дрожащей рукою
Прядь седых, клочковатых волос.
Я в беззубой улыбке раскрою
Рот, как старый, замызганный пес.Шелудивую тварью прошаркав,
Я пройду тот отрезок пути,Где в конце сквозь предсмертную арку
Предстоит нам обоим пройти.Гой вы еси, коварные парки!
Все бы вам издеваться да бздеть.
От судьбы не дождался подарков,
Что ж теперь мне белугой реветь.Смерть костлявой рукою поманит
И, ощерясь, косою взмахнет.
Нас с тобою никто не помянет,
Мать-Земля лишь печально вздохнет.Так прижмись же покрепче старушка,
Обними старика напослед.
Прошепчу тебе жарко на ушко
Свой безумия старческий бред.
№ VII
Ветхая изба.
Тусклый свет в окошке.
Вечная нужда
В дверь скребется кошкой.Сволочной закон
Царствует над миром.
К сукам на поклон
Я тащусь в Пальмиру.Ироды в Москве
Жрут младенцев скопом.
В злобе и тоске
Я скачу галопом.Прочь, злой Вавилон!
Что б ты сдох навеки!
Благодатный сон
Смежит мои веки.Грезы подплывут,
Обнажив стремленье.
Я такой же плут,
Породнился с Тенью.Выгоду ищу,
Продаю сомненья.
Мыслями дрищу
В сладостном томленье.Вот придет Телец,
Испражнится златом.
Пошленький делец
Назовется братом.Продадут меня
С молотка, в рассрочку.
Радостно сопя,
Закатают в бочку.Кинут в океан
Блевоты безбрежной
На прокорм волнам,
Чавкающим нежно.В неге растворюсь,
Утону в восторге.
В море бултыхнусь,
А очнусь я в морге.
№ VIII
Я в дремучих лесах
Гамаюна искал.
Изгоняя свой страх,
Скалы приступом брал.По ущельям бродил,
Рыскал в чаще густой.
В путь с добром уходил,
А вернулся пустой.Не нашел, что хотел,
Мне теперь все равно.
Отыскать не сумел
Я жар-птицы перо.Где ж волшебный тот дар,
Мне завещанный в снах?
Я теперь уже стар,
Мне обещан лишь прах.Строить дом на песке -
Вот мой жалкий удел.
Захиревший в тоске,
Снова я не удел.Замок мой в небесах
Синей птицей манит.
Кот Баюн в сапогах
Мне на помощь спешит.Встрепенувши меня,
Луч надежды блеснул.
Успокоился я
И счастливый уснул.
№ IX
Мы плывем мимо дремлющих скал
На потеху проказливым пери.
Крупной дрожью трепещет штурвал.
А в каютах – плаксивые звери.Пьяным курсом пройдем по судьбе,
Не моргнув и не дунув в усище.
Лишь кораблик на бурной воде,
А на мостике хамский козлище.Ветер стонет и рвет паруса,
Он скотина удержу не знает.
Стрелки пляшут на адских часах,
Миг расплаты моей приближают.Мне отмщенья усладу сулят
Говорливые мелкие птахи.
В голове бьет церковный набат,
И топорик сверкает на плахе.