Всего за 109 руб. Купить полную версию
Арканджело Корелли
Ирония судьбы здесь в том, что это прекрасное и трагическое произведение на самом деле – реконструкция небольшого фрагмента его рукописи, найденной одержимым музыковедом Ремо Джиазотто в 1945 году в руинах Дрезденской библиотеки.
Библиотека эта была практически стерта с лица земли во время чудовищной и бессмысленной бомбардировки Дрездена американской авиацией в 1945 году. За три дня Дрезден вместе с большим количеством безоружных горожан и беженцев был практически стерт с лица земли; почти ничего не осталось и от библиотеки, где, помимо всего прочего, хранилось огромное количество нот и, в частности, почти весь архив Альбинони. Джиазотто нашел в развалинах кусочек нотного листа, на котором уцелела только линия баса и шесть тактов мелодии; и, будучи специалистом по музыке Альбинони, он восстановил остальное.
А некоторые композиторы вели настолько дзен-буддийскую жизнь, что о них неизвестно практически ничего, кроме их музыки.
Генри Перселл
Вот, например, волшебный Джиованни Платти (1692–1763). Неизвестно даже, где он родился – то ли в Падуе, то ли в Венеции. Скорее всего, обучался у Вивальди, Гаспарини, Лотти и Альбинони. В 1722 году с группой итальянских музыкантов Платти приехал в Вюрцбург по приглашению принца-епископа Франца фон Шенберна, который любил итальянскую музыку и хотел насадить ее у себя при дворе. Только было начали они ее насаждать, как принцепископ умер. Жить стало туго, и большинство музыкантов вернулось домой.
Платти же остался в Вюрцбурге и прожил там до самой своей смерти, предварительно женившись на придворной певице и произведя на свет как минимум десять детей.
Платти был виртуозом гобоя и скрипки – и самым высокооплачиваемым музыкантом двора; занимался как светской, так и церковной музыкой. Однако его тихое существование в Вюрцбурге привело к тому, что в мире о нем мало что известно. Честь ему и хвала – мы не знаем цвета его носков, зато его музыка говорит сама за себя.
А в Британии в это время жил и работал органист Вестминстерского аббатства Генри Перселл (1659–1695) – величайший из композиторов, родившихся на Британской земле. Про него пишут: "Музыку Перселла от всей остальной музыки в мире отличает нота весенней свежести. В ней – росистая сладость утреннего воздуха и благоухание весенних цветов. Красота разума, силы и радости пронизывает всё, что он написал. Его музыка была современной, когда он ее писал; она современна сегодня и будет современной всегда".
Иоганн Себастьян Бах
Но вернемся же в Германию, занятую религиозно-моральными вопросами. Хотя собственно Германии на тот момент еще и не было – было пестрое лоскутное одеяло маленьких княжеств. Каждое княжество по закону имело право определять свою религию; но в основном все придерживались лютеранства, а по лютеранскому укладу в каждом приходе должен был быть свой орган, своя школа пения и свои тренированные музыканты. За счет этого Германия стала наиболее музыкально образованной нацией во всей Европе.
Но одновременно с этим тридцатилетняя война, длившаяся почти всю первую половину XVII века, уничтожила около половины населения Германии, города стояли в руинах, некоторые области были целиком опустошены, так что тогдашним немецким композиторам было от чего пребывать в философском настроении.
Георг Фридрих Гендель
При этом, случайно или нет, но именно там появились два величайших гения барокко – Иоганн Себастьян Бах и Гендель. Однако гораздо большей популярностью пользовался близкий друг их обоих, самый плодовитый композитор в истории музыки, Георг Филипп Телеман (1681–1767).
Родился он в городе Магдебурге. Никто в его семье не был связан с музыкой. Он открыл для себя музыку в десять лет и выказал недюжинный талант, уже в двенадцать написав первую оперу. Но семья была настроена категорически против такого легкомыслия. Чтобы Георг Филипп прекратил заниматься ерундой, мать конфисковала все музыкальные инструменты и отправила его в строгую школу.
Но, как мы знаем, пути Господни неисповедимы: суперинтендант этой школы пришел в восторг от музыкальных наклонностей юноши и предоставил ему все возможности для занятий; к концу обучения в гимназии Телеман выучился играть на рекордере, органе, скрипке, флейте, гобое, виола да гамбе, контрабасе, басовом тромбоне и барочном кларнете под названием шалумо.
Георг Филипп Телеман
В двадцать лет он пошел в университет учиться на юриста, но по городу пошел слух о его таланте, ему заказали музыку для двух главных церквей Ляйпцига. Вскоре Телеману уже пришлось организовать Collegium Musicum – студенческий оркестр из сорока человек – для исполнения своих произведений (позже начальником этого оркестра стал Бах). А уже через год Георг Филипп был назначен директором Ляйпцигской оперы.
Однако трения с местными властями и более старыми композиторами быстро ему надоели, и он пустился в путешествия. Пятнадцать лет Телеман отработал при разных королевских дворах Европы, потом переехал в Гамбург и осел там до конца жизни. Сорок семь лет он занимал пост музыкального директора пяти важнейших городских церквей. Собственно, Иоганна Себастьяна Баха отцы города пригласили работать в Ляйпциг только потому, что Телеман был занят.
Иоганн Амброзиус Бах
На счету Телемана более трех тысяч композиций, многие из которых, к сожалению, утеряны. Гендель однажды в шутку заметил, что "для Телемана написать церковную музыку в восьми частях так же просто, как другому человеку написать письмо".
Вот такое было интересное время и прекрасная музыка. Время ушло, а музыка осталась с нами.
Иоганн Пахельбель родился в 1653 году в Нюрнберге, но, как большинство композиторов того времени, всю жизнь переезжал из города в город в поисках хорошего нанимателя. Когда ему было двадцать четыре года, в Эйзенахе он познакомился с Иоганном Амброзиусом Бахом, отцом великого Иоганна Себастьяна, и всю жизнь оставался с семьей Бахов в дружеских отношениях; учил музыке старшего брата, но самого Иоганна Себастьяна видел только один раз, на семейном празднике; мальчику было тогда девять лет.
Иоганн Пахельбель
Пахельбеля называли "совершенным и редким виртуозом"; он был одним из самых выдающихся немецких композиторов того времени и при жизни пользовался огромной популярностью; потом его музыка оказалась практически забытой, за одним исключением.
Одно маленькое его произведение – канон Пахельбеля – вдруг всплыло из забвения во второй половине XX века и с тех пор стало одним из самых известных, узнаваемых и знаменитых произведений во всей классической музыке, считаясь практически воплощением совершенства.
Кельтская музыка
Голова бога Брана
История Ирландии насчитывает несколько вторжений на этот прекрасный остров. Пятым вторжением было вторжение Фоморов, странных и непонятных существ. Шестыми в Ирландию с Островов бессмертия пришли Туата Де Дананн, Дети Богини Дану. Только седьмыми появились люди – и так они были жалки и неприспособлены для жизни, что Дети Богов пустили их на свои земли, научили чему смогли, а сами – чтобы не мешать новоприбывшим – ушли в холмы.