Всего за 74.9 руб. Купить полную версию
Кроме того, можно утверждать индоевропейское происхождение названий таких животных, как куница (русск., укр. куна́, литов. kiáune, латыш, caûna, древнефриз. сопа, др. - греч. καυνάκης "меховое одеяние варваров", латин. cunnus = vulva), крыса (ново-перс. gerzu "мышь", албан. gerth "крыса", а также тохарское - karśa в слове arśakarśa "летучая мышь"), болотная черепаха (русск. желвак, желвь, церковносл. желы, чешек, želva, греч. χέλυς) [259, с. 417, 389, 41], а также, вероятно, хомяк [248, с. 260–261].
О вероятных общеиндоевропейских названиях таких рыб, как сом, карп, карась, осетр, линь, белуга, см. более подробно раздел 5.3.
Более влажный климат означал в то же время и более снежную зиму. Вероятно, именно этим объясняется и наличие среди фауны более северных, таежных видов: лося, тетерева и рыси. Однако эти виды для Центральной Украины - не такая уж экзотика: "Известны забеги лося в степные районы Полтавской области, а также найдены остатки лося в Донецкой и Запорожской областях" [48, с. 80]. "Со среднего течения Днестра южная граница исторического ареала рыси направляется к Виннице, затем к Киеву, проходя несколько южнее города, идет на Харьков и Белгород, далее на Острогожск (южнее Воронежа). (…) Граница, возможно, проходила и несколько южнее. (…) Во всяком случае, в европейской части страны в XVIII, частью еще в XIX вв. рысь занимала всю область лесостепи" [49, с. 398]. "Видовой состав птиц из плейстоценовых и голоценовых отложений нижнего Днепра почти не отличается от современного. Однако следует обратить внимание на некоторые интересные моменты, например, факт находки костных остатков тетерева далеко за пределами его современного ареала" [50, с. 53].
Осталось объяснить наличие в индоевропейской лексике названий для "льва" и "леопарда" (он же "барс"). "В четвертичное время барсы вне современного ареала жили во Франции, Италии, Англии, Германии, Бельгии, Испании, Португалии, Швейцарии, Югославии, Венгрии, Румынии. Некоторые находки указывают на обитание этого вида в Европе до неолита включительно" [49, с. 174]. "В Ольвии, в слоях V–II вв. до н. э. были найдены остатки барса (…). Наличие барса на европейских неолитических памятниках делает излишним отрицание европейской прародины индоевропейцев" [34, с. 52]. Т. е. в историческое время леопарды обитали как минимум на юге Украины.
То, что львы в историческое время обитали на территории Украины - доказанный факт. "Показательно наличие в Усатове костей льва, на которого, видимо, охотились в то время" [18, с. 237]. "Высказывалось предположение об обитании или, по крайней мере, появлении льва на юге европейской части страны. Оно связано с толкованием древнерусского термина "лютый зверь". Наиболее известная цитата, которая всегда комментируется, это слова великого князя киевского Владимира Всеволодовича Мономаха (1053–1125) из его "Поучения детям" (1117 г.). Описывая свои охоты в годы княжения в Турове и Чернигове (1073–1094), он между прочим пишет: "Лютый зверь вскочил мне на бедры, и конь со мною поверже". Традиционное старое толкование, подразумевавшее в "лютом звере" волка или рысь, очевидно, неприемлемо: вряд ли эти звери могли метнуться "на бедры" всаднику и, тем более, опрокинуть коня. Сейчас одни в "лютом звере" видят барса, другие - льва. (…) В плейстоцене и голоцене львы в Европе были распространены гораздо шире, чем в историческое время" [49, с. 79–80].
"Еще в VIII–X вв. н. э. львы водились даже на юге Европы, в частности на Кавказе, но ареал этого замечательного зверя неуклонно сокращался" [42, с. 322]. "В р. Десне возле Чернигова найден полный череп льва совершенно недавнего (два-три тысячелетия) возраста. (…) Кроме того, имеется ряд литературных и этнографических указаний на то, что лев был знаком русскому и другим народам Европы не понаслышке, а реально, что хорошо видно по содержанию русских, украинских, башкирских и других сказок, а также по так называемому звериному стилю скифского искусства [рис. 6]. В сообщении Антона Шнееберга о турах Мазовии говорится, что "на них не нападают даже львы" [48, с. 175, 176].
Между прочим, и современные африканские львы могут прекрасно жить в нашем климате. Вот фрагмент из книги о дрессировщице львов И. Н. Бугримовой: "В рижском зоопарке львы жили на огромной территории, почти в природных, первобытных условиях…Была зима, лежал глубокий снег, речушка замерзла, изгородь покрылась инеем. На снегу отпечатались следы огромных львиных лап: их зимнее помещение оставалось открытым, и при желании хищники выходили на прогулку. Когда дрессировщица увидела за изгородью трех очень красивых, могучих, обросших длиннющими гривами и шерстью хищников, то даже не поверила, что это львы, приняла их за каких-то диковинных, особой породы медведей" [311, с. 135–136].
3.4. Культурные растения и домашние животные
Нам еще нужно разобраться с целой главкой из книги Т. В. Гамкрелидзе и Вяч. Вс. Иванова, которая имеет очень грозное название: "Характер развитого скотоводства и земледелия в общеиндоевропейскую эпоху как аргументы против отнесения индоевропейской "прародины" к областям Центральной и Восточной Европы".
Чтобы оценить степень "серьезности" аргументации, приведем лишь небольшую цитату: "Характерно для общеиндоевропейской культуры и наличие развитого пчеловодства (ср. *beĭ- "пчела", *mel-it-, *medu- "мед"), с глубокой древности известного на Ближнем Востоке" [1, с. 868]. Как нам кажется, о развитом пчеловодстве свидетельствовали бы слова "улей" и "пасека". А. Мейе специально подчеркивал, что в индоевропейском "нет названия "улья", потому что собирали мед только диких пчел из дуплистых деревьев и не существовало искусственных ульев" [79, с. 397]. Пчелиный мед же употребляют в пищу даже самые отсталые племена вроде бушменов и ботокудов. Например, "в Северной Австралии аборигены употребляли мед лишенных жала пчел" [98, с. 87]. Получается, что Вяч. Вс. Иванов и Т. В. Гамкрелидзе серьезно считали культуру населения Европы более примитивной, чем культура австралийских аборигенов…
Оказывается, энеолитическая Европа (с ее такими "примитивными" культурами, как Триполье-Кукутени, да и собственно среднестоговской) не могла, дескать, быть прародиной индоевропейцев потому, что "для древних индоевропейцев было характерно развитое скотоводство и земледелие". Не утомляя дальнейшими цитатами, приведем полный список домашних животных и культурных растений в индоевропейской лексике согласно Т. В. Гамкрелидзе и Вяч. Вс. Иванову. Итак, животные: "конь"/"лошадь", "осел", "бык"/"корова", "овца"/"баран", "козел"/"коза", "собака" (это слово восходит к ностратическому KüjnA - "собака, волк" [131, с. 361]), "свинья", "поросенок". Отметим, что крупный и мелкий рогатый скот, собак и свиней на территории Украины разводили еще в эпоху неолита, как минимум в VI тыс. до н. э. [149, с. 176–177]. Растения: "ячмень", "пшеница", "лен", "яблоко", "яблоня", "вишня"/"кизил", "тутовое дерево", "виноград" [1, с. 868]. Другие исследователи добавляют к общеиндоевропейским терминам также названия "горох", "рожь", "груша" [137, с. 31], "рожь", "груша", "овес" [268, с. 121, 122, 124], "репа" [247, с. 471], "бобы" [273, с. 180].
Из этого списка кизил в настоящее время растет лишь в Крыму и на юго-западе Украины, но в эпоху климатического оптимума рос, по-видимому, по всей Украине. У соседних племен раннетрипольской культуры "обработанные первобытным ралом земли засевались пшеницей, ячменем и просом. Имеются все основания думать, что трипольцы выращивали также бобовые и лен" [72, с. 78]. Относительно вишен и яблонь прекрасно известно о культивировании их в развитом садоводстве у тех же трипольцев. Собственно, начало садоводства, в т. ч. разведение слив в Северном Причерноморье, можно предположить еще в неолитическую эпоху [138, с. 13]. "В позднем Триполье на поселении Варваровка XV найдены косточки примитивной сливы, которую специалисты рассматривают как гибрид от спонтанных скрещиваний принесенной из Малой Азии алычи с диким абрикосом, а из поселения Варваровка VIII - зерна крупноягодного винограда столового сорта" [65, с. 237]. "Исходной формой, от которой произошли многие сорта винограда культурного, послужил дикий виноград европейский (Vitis viinfera, subsp. silvestris), который в СССР распространен в долинах рек Днепра и Днестра" [99].