При каких-либо массовых подсчетах воинов, лошадей или скота "делали зарубки об их количестве на дереве" (8, с. 281). Дощечку с зарубками запечатывали воском вместе с небольшой стрелой с металлическим наконечником, и тогда дощечка превращалась в документ.
В официальных документах каганов года датировались по 12 летнему циклу, когда год назывался по имени определенного животного (год лошади, затем овцы, змеи, мыши и т. д.). Эти названия годов следуют в строго определенном порядке и повторяются через каждые 12 лет.
В какой-то степени о развитии изобразительного искусства у тюкю можно судить по каменным изваяниям, известным как "каменные бабы", которые довольно часто встречаются на территории Тывы и Горного Алтая - многие из них изготовлены именно в древнетюркское время. Часто скульптура изображает мужчину, держащего в руках сосуд. На многих фигурах можно различить лицо, детали одежды и оружия. Историк Л. П. Потапов считает, что статую умершего делали и ставили к моменту поминок, которые совершались у сооруженной каменной оградки. При похоронах каганов и представителей знати строили поминальные храмы.
От племен тюкю и теле осталось много наскальных рисунков в Тыве, Минусинской котловине и в горном Алтае. Именно к древнетюркским временам ученые относят рисунки Сулекской писаницы в Хакасии, где изображены охотники с луками на лошадях, которые преследуют большей частью копытных животных. На других писаницах в Тыве встречаются также сцены охоты, в том числе с охотничьими собаками.
Племена теле, тюкю и кыргызов по религиозным верованиям были шаманистами. Буддизм, насаждаемый некоторыми каганами, так и не проник в народную массу. Древние тюрки верили в то, что окружающий мир наполнен многочисленными духами, которые прямо влияют на жизнь людей. Посредниками между духами и людьми в их представлении были шаманы - мужчины и женщины, которые с помощью жертвоприношений могли лечить больных и предсказывать будущее. Вера в древнетюркские божества, имена которых известны по орхонским надписям, дожила у тывинцев, хакасов и алтайцев до ХХв. Тюкю сперва сжигали своих покойников. Погибших в бою воинов они сжигали прямо на поле боя и оплакивали их. Позже, с первой четверти VII в., они стали хоронить умерших в земле, в ямах под курганом из камней.
В завершение рассказа о племенах теле и тюкю отметим, что время древнетюркских каганатов явилось важным этапом в истории Центральной Азии и прилегающих к ней районов Южной Сибири. Именно в это время сложились обширные этнические общности тюрко-язычных племен, которые впоследствии сыграют важную роль в истории народов Евразии.
Судьба древних манси и хантов
Эпоха великого переселения народов, в первую очередь движение гуннских племен на запад из Центральной Азии в Среднюю Азию, а затем на Волгу и далее в Западную Европу, в какой-то степени отразилась на жизни племен лесного Прииртышья и Нижнего Приобья. Под давлением гуннов часть племен Северного Казахстана и Западно-Сибирской лесостепи в первой половине I тысячелетия проникает в южную часть лесной полосы Западной Сибири и смешивается там с местными лесными племенами. В конце концов лесные племена ассимилировали пришлых степняков, хотя влияние культуры пришельцев было немалым, особенно в части распространения скотоводства и разведения коней.
К концу I тысячелетия в бассейне р. Туры и Тавды расселяются племена, которых причисляют к древне-мансийским. По мнению историка Г. М. Могильникова, в их формировании большую роль сыграли продвинувшиеся в V–VI вв. на восток горно-уральские племена. Он считает, что общим для всех древних хантов и манси было широкое распространение литых бронзовых фигурок зверей и людей. В тот период значительные территории таежного Прииртышья и Нижнего Приобья занимали древнехантыйские племена.
Южные группы манси и хантов в бассейнах Туры и Среднего Иртыша занимались разведением скота, земледелием, прядением и ткачеством. Под влиянием степной культуры южные манси и ханты хоронили часть умерших под курганными насыпями в отличие от северных племен, которые закапывали умерших в землю.
В VI–IХ вв. в Западно-Сибирскую лесостепь из районов Алтая и Центрального Казахстана продвигаются тюркские племена. Оставшаяся после ухода гуннов на запад часть лесостепных племен со смешанной культурой, сформировавшейся на новых степных и старых лесных традициях, занимала районы Северо-Восточного Казахстана, Павлодарского Прииртышья и Тюмени. Их называют лесостепными уграми и относят к древним мадьярам.
Древние манси и ханты в IХ-ХIII вв. жили в лесной зоне Прииртышья и Нижнего Приобья на городищах и в неукрепленных селищах. Городища устраивались, как правило, на высоких мысах берегов рек. С одной стороны городища защищались одним или несколькими земляными валами, а с другой - крутые склоны берега служили как бы естественной защитой. За валами размещались жилища - углубленные в землю полуземлянки, в центре которых был очаг. Полуземлянки обычно соединялись между собой переходами.
В лесной полосе Западной Сибири, где в I тысячелетии н. э. не было особых перемещений племен, жизнь коренного населения, его быт и традиционное занятие охотой и рыболовством существенно не изменялись. А вот в южной лесной полосе местные жители сочетали занятие охотой и рыболовством с разведением мелкого и крупного рогатого скота и лошадей, а также с занятием земледелием.
Местное производство металлов существовало, но не удовлетворяло всех потребностей. Угорские племена были знакомы с цементацией железа и даже с получением узорчатой стали. Бронза использовалась для изготовления украшений. Но во второй четверти II тысячелетия н. э. местное производство металлов сократилось и фактически исчезло из-за увеличения поступления извне, так как значительно усилились торговые связи с Прикамьем, Волжской Болгарией, Русью.
В ХIII в. в южную часть лесной полосы Прииртышья вторгаются тюрки-кыпчаки, часть которых была вытеснена из степи татаро-монголами. Местное угорское население - ханты и манси - ушло в более северные районы Нижнего Прииртышья и Нарымского края, оттеснив селькупов Приобья. Оставшиеся угры слились с пришельцами. Так в ХV–XVI вв. возникли тюркоязычные "татары" Западной Сибири.
Совершенно особо сложилась судьба древних соседов угров-самоедов (ненцев). Вот как описывает ее историк Г. М. Могильников. Сообщество самоедских племен сложилось в начале I тысячелетия н. э. в бассейне р. Томь и в верховьях Оби. Под давлением тюрок к VI–VII вв. они были частично тюркизированы, а часть их направилась на север или в глухие места Алтай-Саянского нагорья. Самоедские племена в нагорье стали предками южной группы небольших самоедских народов - маторов, карагасов (тофаларов), койбалов, котов.
Часть самоедов, ушедших на север, в конце I - начале II тысячелетия н. э. достигла побережья Ледовитого океана. Так появились самоедские племена: селькупы - в Среднем Приобье, энцы - на р. Таз, нганасаны и ненцы - в приполярной тундре. Получилось так, что при этом ненцы утратили навыки, связанные со скотоводством и земледелием. Сохранилось у них только оленеводство, которое зародилось еще в бытность проживания на Алтае и в Саянах.
История тунгусских племен мохэ и государства Ьохай
Ранее уже говорилось о самобытной и оригинальной культуре неолитических племен в бассейне Амура. Многое известно и о дальнейшей истории племен Приамурья и Приморья в I тысячелетии и в первых веках II тысячелетия. Остановимся и мы на этих страницах истории.
Отечественные ученые Алексей Павлович Окладников, Анатолий Пантелеевич Деревянко, Эрнест Владимирович Шавкунов и их помощники установили, что в начале I тысячелетия н. э. Приамурье и Приморье были заселены тунгусскими племенами, известными в японских, корейских и китайских летописях под именем мохэ.
Мохэсцы селились по берегам рек и озер. В летописи отмечено, что они "сбивают землю наподобие плотины, и в ней выдалбливают пещеры, отверстия делают сверху, а спускаются и выходят по лестнице" (58, с.322).
У мохэсцев в V в. н. э. было развито земледелие. Согласно летописи, они "землю пашут парой лошадей. Сеют просо, пшеницу и рис… Из риса делают вино: варят рис, выгоняют вино, пить можно до крайнего пьянства" (58, с.325). Значит, уже в то время они пахали поля плугом или сохой, вначале деревянной, а в дальнейшем с железным наконечником.
Член-корреспондент Академии наук А. П. Деревянко отмечает большую роль лошади в жизни мохэсцев. Об этом свидетельствует обычай убивать на могиле хозяина его коня, который, по представлению мохэсцев, должен служить хозяину и в потустороннем мире. Лошадей разводили и для торговли с соседними племенами.
Известно, что мохэсцы были опытными свиноводами и разводили домашних коз. Большое значение в хозяйственной жизни этих племен имели охота и рыболовство. Рыбой кормили охотничьих и ездовых собак.
Мохэсцы умели выплавлять железо из руды. В 1961 г. в Благовещенском районе археологи раскопали остатки горна VIII–IX вв. Они считают, что, вероятно, верхняя несохранившаяся часть горна имела форму цилиндрической камеры, либо выкопанной в земле, либо сделанной из огнеупорного материала. В камеру закладывали железную руду вперемежку с топливом. Расплавленный металл стекал вниз и образовывал крицу. Железо служило мохэсцам для изготовления почти всех орудий труда.
Мохэсцы шили одежду из свиных и собачьих шкур и из рыбьей кожи. Из последней выделывали и обувь. Праздничные одежды изготавливали из полотна и других тканей, украшая их бронзовыми подвесками. Племенная знать украшала свою одежду шелком и жемчугом, который добывался из раковин, собранных в реках Приморья.
Археологи откопали мохэские украшения, глиняные скульптуры, изображающие лошадок и свиней. Найдены наскальные рисунки с резными изображениями лошадей, всадников и лодок.