Мне не оставалось ничего другого кроме как глупо и вымучено улыбнуться. Реакция парней на такое знакомство была тоже не особо эмоциональной – Шон усмехнулся. Эйтан качнул головой, Макс подмигнул мне, так как мы уже виделись пару раз, а Лэкс просто как и раньше изучал меня. мне казалось что он глазами снимает с меня мерки и оценивает мою внешность по балам: так, за глаза 10 балов, за губы 8, волосы 2 бала, фигура потянет на 5 – я прямо-таки видела это в его глазах. И пока что оценка явно была не в мою пользу. Ну что ж, думаю я заслужила это, когда сегодня с утра даже не стала выдумывать что одевать, а просто натянула вчерашнюю одежду. Но когда я видела его холодные глаза во мне не было желания задрать подбородок и гордо развернуться к лифту, захотелось сжаться и закрыться от него руками. Но вдруг Лэкс тряхнул длинной черной челкой, прикрывая глаза и отвернулся в сторону.
- Пойдемте, - вот все что он сказал, но его знакомый по песням голос, показался мне приятным.
– Тебя поддержать, а то чувствую, ты можешь еще найти пару препятствий в этом коридоре, - усмехнулся Шон. Он был довольно сдержан, но в нем ощущалась симпатия к людям – он не был усталым человеком, которому надоело общаться с людьми.
- Нет, спасибо, это был коварный порог лифта, - сдержано пошутила я, пытаясь скрыть скованность в общении. Меня немного пугало то, что Шон ведет себя так вежливо к кому-то совершенно незнакомому, или может дело в том, что я подруга Кори, а ее все любят в группе.
Переставляя деревянные ноги, я чувствовала себя голой, идее между Эйтаном и Шоном, совсем оторванная от Кори, и пустые коридоры звукозаписывающей студии давили мне на виски. Хотелось сорваться с места и нырнуть в лифт и уже не выходить оттуда. Сердце мое билось так быстро и неровно, что я боялась упасть в обморок просто сейчас.
Вел нас всех Лэкс, и его высокая худощавая фигура двигалась по коридору, словно он был на показе мод. На нем были песочные чиносы, зауженные книзу и более свободные в бедрах, и белый вязанный свитер, но какой-то тяжелый и свисающий, который открывал его ключицы, из-за чего фигура парня выглядела еще более худощавой и все же элегантной. На ногах у него были высокие полукеды полукроссовки, стального цвета с отливом, а волосы прямые и черные, почти достающие до подбородка закрывали пол-лица темной завесой. Он был похож на модель, своей отстраненной и такой правильной красотой. Да, смотря на него сразу же видно, что это человек с богемным образом жизни. И что он знает себе цену и считает себя лучше других – у этого человека было бессмысленно спрашивать как у него выходят такие песни.
- Так ты Эшли, - протянул после некоторого молчания Шон, и я тут же глянула на него виновато, словно только что делала что-то неправильное. Стараясь преодолеть волнение я перехватила взгляд Кори. И она прямо-таки приказывала мне держать себя в руках и не раскисать. Но я была как-то не предрасположена к будничным разговорам. – А дальше как?
- Эшли Винет, просто Эшли.
- Длинное же у тебя имя, - хохотнул он и покачала головой, и мне вдруг стало приятно, что он все же говорит со мной. Это было приятно во-первых потому что он был тем самым Шоном из "Предательства", а во-вторых, потому что оказался таким красивым, ну и в-третьих, когда Макс увел от меня Кори я осталась одна, пусть мы все и шли вместе в пустынных коридорах.
Комната куда привел нас Лэкс была скорее похожа на гостиную, но здесь стояли некоторые инструменты и что самое важное пианино, и паника снова взяла верх над остальными чувствами. Руки стали холодными, а ладони влажными, и когда я разогнула пальцы, они вполне могли быть чужими или сосисками. Во рту стало сухо, а в глазах темно, но мне просто нужно было стоять и не двигаться, чтобы попытаться взять себя в руки. Все было похоже на сон, а не на настоящую жизнь, и мне все больше хотелось проснуться. Парни прошли мимо меня, и сели в мягкие кресла, а Кори и Макс остались недалеко. Лэкс сел за пианино, но не собираясь играть, я знала подобную привычку, потому что у меня была такая же. Вид пианино всегда действует успокаивающе.
- Итак, Кори сказала, что ты учишься в школе искусств. Мне прислали несколько записей оттуда, но я не нашел среди них твои. Почему?
Когда Лэкс заговорил со мной, я сначала даже не поняла этого, но вот он поднял на меня глаза и его брови взлетели над глазами ожидающе.
- Я взяла на некоторое время перерыв.
Говорить такое о моей жизни незнакомым людям было сложно, я ведь не могла этого объяснить – но сочувствующие взгляды Кори и Макса дали мне понять, что мне не стоит слишком уж вдаваться в подробности, этого никто не ждет. Как и стоило ожидать Кори явно поделилась моей проблемой с мужем, это не приятно меня задело.
- А каковы оценки твоих способностей в школе. Сухие факты, не нужно мне расписывать как тебя там все любят, - насмешливая улыбка на губах этого робота, была подобна пощечине. Я в наочию убедилась в словах Кори об этом человека, он единственный вел себя и выглядел как звезда высокого полета. Но его строгие слова были лучше, чем сюсюканье учителей.
- Довольно высокие – я была лучшей в прошлом году на показательном концерте.
- Почему была?
- Возникли…некоторые проблемы в личной жизни.
- Глупо, - фыркнул он, и все мы уставились на него негодующе, но парня это не проняло, - эмоции и шоу-бизнес нужно разделять.
- Проблемы не того плана, - терпеливо объяснила я, - нечто что трудно игнорировать.
- К чему это? – не выдержала Кори, но тут же умолкла, когда Макс нетерпеливо дернул ее за руку. Она с участием посмотрела на меня, и я очень надеялась что она наконец-то хоть немного пожалела о том, что заставила меня сюда прийти. Но видимо Лэкс оценил наконец общее настроение и мое сопротивление, потому перевел разговор на другие вопросы.
- Что поешь?
- Поп.
- Рок слушаешь?
- Да. – я не стала ему говорить что их группа это единственный рок который я слушаю. Это выглядело бы жалко.
Он тяжко вздохнул и как то манерно склонил голову набок.
- Как у тебя с клавишными?
Все словно задержали дыхание в комнате, и перестали двигаться. Шон посмотрел на стену, Эйтан во все глаза ожидал моего ответа, а Кори зажмурилась и уперлась головой в плечо Макса – только она знала, что я давно не практиковалась.
- Я умею играть, если в этом состоит суть вопроса, - впервые за время разговора я позволила себе сухость но вовсе не агрессию. И все же Лэкс вскинулся и его глаза сузились.
- Так играй, - он резко встал и уступил мне место, а когда я села почти припечатал ноты перед моим носом. Я вздрогнула от этого и того, что дерево показалось таким холодным. Несколько секунд у меня ушло на то, чтобы размять и разогреть пальцы, но когда я поставила их на клавиши, страз и неуверенность в том, что я не смогу играть прошли. Я и забыла как это легко погружаться в музыку, если ты это любишь. Я неторопливо играла то что он поставил передо мной, хотя там был немного другой темп, но мне показалось, что музыка лучше звучит когда ее исполнять спокойней. Хотя нет, я схитрила, потому что это была та самая моя любимая песня – "Дайте снега", и когда я могла уделить время себе, то играла ее именно так, как балладу, а не как роковый вариант.
В комнате было молчание, и я не совсем понимала как все они тут относятся ко мне, но по лицу Кори я поняла, что она довольна. Эйтан выглядел так, словно прям сейчас вырубиться и заснет, а Шон развернулся к окну и не смотрел на меня, и я почему то почувствовала себя преданной. А надо мной как глыба льда завис Лэкс, и по его лицу совершенно было не понятно, что он думает. Нравиться ему или же я только что осквернила его произведение?
Закусив губу, я постепенно снизила темп и закончила играть.
- Почему не поешь? – не слишком то вежливо буркнул он. – Это предполагалось, потому и дал одну из наших самых известных.
Какой раздражительный тип, со злостью про себя подумала я, но вслух конечно же такого не сказала.
Я опять начала играть с начала все в том же темпе, раз он меня не остановил, значит его это устраивало, но пока я проигрывала вступление, то не могла не думать о том, что я даже не распевалась. Мне казалось стоит открыть рот и я выдам что-то хриплое и не приятное, словно у меня что-то застряло в горле. Постаравшись не заметно прочистить горло, я осторожно начала петь.
- Я закрываю глаза – пустота останется и там
Ошибки могут показаться смытыми
Но я им не верю, как и не верю словам.
День пройдет, и останется не замеченным,
Как и твои сегодняшние слова.
Дайте снега, укройте белым шаром
Мои воспоминания,
Они режут сильнее твоих глупых слов,
Моих глупых обвинений.
Пусть снег все сделает вокруг меня
Чистым белым листом.
Все забудется.
Дайте снега.