Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Как вкусно от него пахнет. Глупо улыбаюсь, пока меня несут, как мешок с картошкой из дома моего парня. Вроде уже как бывшего? Или я снова была в прострации? Плевать. Я расслабляюсь и получаю невероятную дозу наслаждения, как будто наркотик протекает по моим венам, а разум, конечно, не отвечает.
Резко на меня наваливается желание провалиться в сон, но стараюсь держать разум в здравом опьянённом ритме.
Меня опускают на землю, а я качаюсь и хватаюсь руками за лацканы пиджака Николаса, дабы привыкнуть к тому, что стою. Закинув голову назад, вижу подтверждение своей фантазии.
– Мистер Холд, какая встреча, – пьяно тяну я и хихикаю, смотря в тёмные глаза, недовольно сверлящие меня.
– Мисс Пейн, вы надрались, как портовая девка, – официально холодно произносит он. Снова хрюкаю от смеха.
– Ага, – киваю и так резко, что мир пошатнулся, как и я.
– Ты такой наглый… очень наглый субъект… я должна вернуться… наверное… моя одежда…
– Рот закрой, – грубо перебивает он мою бессвязную речь. – Стой здесь, если надо – облокотись о машину.
Отцепляет мои руки от своей одежды и, разблокировав спортивный автомобиль, бросает на заднее сиденье мою шубу и сумку. Я удивлённо хлопаю глазами, потирая лоб. Переступаю с ноги на ногу, ощущая, как меня начинает знобить, а зубы стучат друг о друга. Николас подходит ко мне и выгибает бровь, замечая моё состояние.
– Алкогольное отравление, – цокает он.
– Я…
– Пошли, – он, обнимая меня за талию, подводит к машине.
– Мне… мне…
– Закрой же ты свой рот! Хотя бы на минуту создай идеальную тишину, – повышает он голос, что я тут же затыкаюсь и опускаюсь на пассажирское сиденье его машины, уже не желая пререкаться.
Растирая свои плечи, покрытые мурашками, пытаюсь хоть как-то сконцентрировать зрение. Оно прыгает, огоньки впереди светятся и сливаются.
– Если будет плохо – скажешь, я остановлюсь. Пей, – в его руках волшебным образом появляется бутылка воды и он бросает её мне на колени.
– Ты грубый, – обиженно высказываю, перекладывая бутылку куда-то в ноги.
– Ты ещё не знаешь, насколько я бываю грубым, Мишель. И сейчас, да поможет тебе Бог, не узнать этого, – чётко произносит он мне, а я закатываю глаза от этой манеры общения.
– Переигрываете, мистер Холд, – фыркаю и откидываюсь на сиденье, закрывая глаза.
Рычание мотора и в следующий момент слишком резкий страт, что неприятная кислота появилась во рту, а желудок сжался от позывов тошноты. Охаю, закрывая лицо руками. Хочется безумно спать, и в то же время разум бодрствует, явно показывая мне разъярённого отца. Незаметно для себя я засыпаю, но как только голова опускается вбок, то тут же вздрагиваю и распахиваю глаза.
– Расслабься, Мишель, – звучит сбоку от меня, и я поворачиваю туда голову.
Он красивый, даже сейчас, играя скулами явно от злости. Невыносимо сексуальный и такой вкусный.
– Ты ненормальный, – шепчу я, сама не понимая, что говорю это вслух. Бросает на меня злой взгляд, а затем возвращается к дороге, сильнее сжимая руль.
А когда в ярости, то становится неприступным, как скалистый одинокий остров в океане. И так легко разбиться, подобравшись ближе…
Хихикаю от своих мыслей, так интересно кружащихся в голове.
– Я с тобой завтра разберусь, когда ты будешь понимать то, что несёшь, Мишель. И, поверь, тебе придётся ответить за каждое движение и фразу, – цедит он, сворачивая к знакомому фасаду моего дома.
– Завтра я пошлю тебя к чёрту, – указываю на него пальцем и улыбаюсь.
Он резко тормозит, что я чуть не лечу в лобовое стекло, но ремень безопасности спасает меня от опасного столкновения, хотя не могу припомнить, чтобы пристёгивалась.
Мужчина выскакивает из машины и открывает мою дверь, нагибаясь, чтобы освободить меня. Он не церемонится со мной, а просто вытаскивает из машины, оставляя на улице. Достав с заднего сиденья мою шубу, накидывает её мне на плечи и в руки вкладывает клатч.
– Свободна, – отмахивается от меня.
– Эм, – теряю дар речи, продолжая стоять и дивиться его манерам обращения с людьми.
Закатывает глаза, а затем жмурится и раздражённо вздыхает.
– Мишель, в последний раз говорю, делай так, как я сказал. Иди домой, – подняв голову, он складывает руки на груди и ожидает от меня каких-то действий, но их нет. Стою и рассматриваю бесстыдно его лицо.
– Почему ты был в доме Люка? – Выпаливаю я, наблюдая, как он удивлённо приподнимает брови и опускает руки.
– Что? – Переспрашивает он и делает шаг ко мне.
– Почему… зачем ты ходил на фильм? Там я потеряла свой телефон… а в доме Люка, ты же был. Вроде был, да? И ты, а я… – пытаюсь вспомнить, что же хотела спросить, хмурюсь и ищу помощи.
– Вот поэтому тебе нельзя пить, крошка. Ты не контролируешь свои мысли, как и своё тело. Тебе надо научиться пить, – спокойно говорит он и усмехается.
– Вопрос. Я задала вопрос. Несколько, – напоминаю упрямо.
– Если ты будешь делать так, как я скажу, то, возможно, получишь ответы. Когда-нибудь, – произносит он мягко или это мне так кажется. Его рука неожиданно касается моей щеки, и его выражение лица сменяется серьёзным.
– У тебя очень нежная кожа.
– Спасибо, – шепчу я, не сводя глаз с него.
Его ладонь, опускаясь ниже, подхватывает мой подбородок, а я не делаю попыток воспротивиться. Мне интересно, этот глупый интерес разрешает ему провести большим пальцем по губам, как будто стирая чужое прикосновение. Моё сердце из-за новой эмоции ускоряется и меня бросает в жар. Лицо полыхает, но отнюдь не от стеснения. Обрывки картинок врываются в мой разум.
Его палец изучает изгиб верхней губы и опускается круговым движением к нижней, нажимая на неё, что я непроизвольно облизываю верхнюю. Поднимая глаза, смотрит прямо в мои, и дыхание перехватывает от остроты желания, которое вижу в его взгляде. Это отражение. Там я. Сумасшедшая. Опьянённая.
– Такие мягкие. Я хочу узнать, что они умеют. Покажешь мне? – Низко произносит он, убирает руку и отдаляется от меня, оставляя вопрос в воздухе.
– Доброй ночи, Мишель. Перед сном прими две таблетки "Новалгина", – кивает мне в знак прощания и, не дожидаясь от меня ответа, быстрым шагом проходит к своей машине, запрыгивая в неё, демонстрируя мне всю мощь своего железного коня.
А я стою посреди улицы, смотрю на удаляющийся "Астон Мартин".
Совершенно непонятно, что произошло со мной. Был ли он тут? Как оказалась одна на морозном воздухе. Что он хотел, чтобы я ему показала?
Ненужные мысли. Встряхиваю волосами, издавая стон от начинающейся головной боли.
Но. Было какое-то "но", я не могу его сейчас понять. Что-то идёт не так. Мне остаётся только направиться домой, а разум продолжает воспроизводить этот день с самого начала. Над головой раздаётся гром, и я, вздрагивая, поднимаю лицо к небу.
Он, Николас Холд, ворвался в мою жизнь подобно тайфуну и снёс за несколько часов всё на своём пути странно правильным образом. Только почему?
Сейчас слишком сложно отвечать себе, только тихо войти в семейное гнездо, сняв заблаговременно туфли и бросить одежду на пол, шлёпая в свою спальню. Завтра обдумаю всё, надеюсь, это даст мне вразумительный ответ на все мои вопросы, что сейчас наполняют голову. Завтра, а сегодня я пьяна.
Пятый шаг
Наутро, а точнее, в три часа дня, еле отрываю голову от подушки, чтобы дойти до душа и смыть с себя жутчайшее похмелье. Когда у меня было такое состояние в последний раз? Да никогда! Не помню такой огромной головы, рвотных позывов, трясущихся рук и чёрных точек в глазах. Я не любительница напиваться до состояния не стояния, но что-то случилось в этот раз, и мой контроль над ситуацией полетел к чёртовой матери. Переступила через собственное табу.
– Ник, – шепчу, стоя под сильным напором прохладного душа.
Да, он был там. Или нет? Был, точно был, меня же привёз домой именно он. Николас Холд. Ник.
Но вот, что было до прибытия к дверям нашего гнезда, припоминаю смутно, в тумане и отчего-то у меня нет желания даже напрягать мозги, чтобы воспроизвести все события вчерашнего вечера. Я интуитивно чувствую, что произошло то, о чём точно буду сожалеть и ощущать вину. Хотя уже сейчас червячок стыда и раскаяния пробивает подкорку головного мозга, и от этого мне крайне некомфортно.
Немного придя в чувство, я переодеваюсь в спортивный костюм и спускаюсь на первый этаж, чтобы убить отвратительное послевкусие во рту. Тело ломит, а глаза слезятся.
– Больше не буду так пить, – заверяя себя, закрываю глаза на секунду, чтобы побороть слабость организма и головокружение.
Удивительно, что меня унесло в астрал всего от трёх стопок текилы. Это был первый раз за всю мою взрослую жизнь. Объяснение я нахожу тут же – палёный алкоголь. Видимо, Люк решил сэкономить и заказал где-то дешёвую выпивку. Даже после водки с тоником… пять бокалов… я не чувствовала себя так гадко, как сегодня.
И это придётся пережить. Достаю из холодильника прохладную воду и лимон. Один взгляд на еду, и я готова подарить содержимое желудка фарфоровому другу.
– Дорогая.
– Почему ты так орёшь, мам? – Скуля, я навожу себе спасительный напиток.
– И это нормально, Мишель? Прекрасный вечер окончился похмельем, – отчитывает она и проходит к шкафчику с лекарствами. Сажусь за обеденный стол и прижимаюсь щекой к стеклянной поверхности. Да, так несколько лучше.