Всего за 134.9 руб. Купить полную версию
– Не парься, – снисходительно улыбнулась Каркуша. – Я же тебя пригласила, значит, я и плачу!
– Только я пиво не буду, – испуганно захлопала ресницами Галина.
– Может, вина чуть-чуть? Самого легкого? – Каркуша снова потянулась рукой к серебристой папке.
– Ну, разве что самого легкого… – нерешительно отозвалась Галя.
Вскоре к их столику снова подошел официант. Подняв глаза, Каркуша вздрогнула. Ведь она ожидала увидеть Дэна! Но тот, видимо, был занят и попросил брата принять заказ у двух девушек за угловым столиком. У Кати перехватило дыхание, в руках и коленях появилась противная дрожь. Между тем человек, в которого она была влюблена, безмолвно и, казалось, спокойно ожидал. Его легкое нетерпение выдавало лишь мерное постукивание блестящего тонкого карандаша по краю плоского экранчика. В "Клонах" заказы записывались не в обыкновенные блокноты, а наносились пластиковым карандашом на специальный, работающий на жидких кристаллах экран, с поверхности которого легко стиралась любая запись.
– Мы… мы еще не р-р-решили, – заикаясь от волнения, выдавила из себя девушка.
Ни слова не говоря, Макс удалился. Но Кате показалось, будто он улыбнулся одними уголками губ.
– Эй, Андреева, – тихонько окликнула ее Галина. – Чего это с тобой? – не переставала удивляться она. Сегодня все казалось Снегиревой странным: и неожиданное приглашение в кафе, и то, что Каркуша внезапно решила гулять на широкую ногу, и ее теперешнее поведение. – Тебе случайно не плохо? – забеспокоилась Галина.
– С чего ты взяла? – резко дернула головой Катя.
– Да на тебе лица нет! – воскликнула девушка. – Ты смотрела на этого "клона", как на ожившего покойника!
– Ерунда, – отмахнулась Каркуша. Понемногу она начинала приходить в себя. – Просто голова чего-то закружилась…
– А я сразу почувствовала запах спиртного, – внезапно оживилась Снегирева. Теперь она говорила в своем обычном нравоучительном тоне. – Признайся, Андреева, сколько ты сегодня уже выпила?
– Скажешь тоже! – фыркнула Каркуша. Во-первых, она не переносила этот тон, а во-вторых, терпеть не могла, когда подруга обращалась к ней по фамилии. Оправдываться Каркуша тоже не любила, но Снегирева с таким осуждением смотрела сейчас на нее, что ничего другого просто не оставалось. – Ну, выпила бокал шампанского… С фотографом, который снимал меня для журнала…
– С одного бокала голова бы не закружилась! – продолжала читать нотации Снегирева, но, встретив жесткий Каркушин взгляд, осеклась, вспомнив, вероятно, о причине их недавней ссоры.
Приближающегося к столику Дэна Катя заметила еще издалека. Она облегченно вздохнула и, дождавшись, когда тот подойдет, начала перечислять:
– Нам две порции тигровых креветок темпура с соевым соусом, пожалуйста, большую кружку темного пива и вина… А какое у вас самое вкусное и не очень крепкое?
– Вам красное или белое? – спросил Дэн, уткнувшись в свой экран.
– Красное, – подала голос Галя. – Только чтобы не кислое и не дорогое, – добавила она, покосившись на подругу.
– Не слушайте ее, – возмутилась Каркуша. – Несите самое лучшее!
– Возьмите "Кьянти", – сухо порекомендовал Дэн.
– Полностью полагаемся на ваш вкус, – кокетливо заулыбалась Каркуша.
Дэн коротко кивнул в знак того, что он все понял, и хотел уже было уйти, как Катя окликнула его по имени. Парень обернулся, на его лице отразилось легкое удивление.
– А на горячее – бифштекс с кровью! – поспешно сделала еще один заказ Каркуша и уточнила: – Две порции. Всю жизнь мечтала попробовать бифштекс с кровью, – сказала она, как только Дэн отошел от их столика.
– Андреева, ты совсем рехнулась или как? – в очередной раз изумилась Снегирева. Воистину, сегодня у нее был день сплошного удивления. – Сколько ж ты денег получила за эту фотографию? Миллион, что ли?
– Два! – подмигнула ей Каркуша.
Девушке так нравилось чувствовать себя богатой и независимой! Неужели теперь так будет всегда? Катя все еще улыбалась своим мыслям, когда в ее адрес полетел очередной упрек.
– Да, ты у нас теперь крутая стала! – поджала свои тонкие губы Снегирева. – Скоро небось вообще здороваться перестанешь!
– С тобой не перестану, – заверила ее Каркуша.
А Галя вдруг резко вскинула голову и спросила, подозрительно сощурив глаза:
– Слушай, а чего это ты так уверенно назвала этого парня Дэном? Неужели ты их различаешь?
– Конечно, – не стала отпираться Каркуша, хотя и почувствовала, как тревожно и учащенно забилось вдруг сердце.
Но Снегирева, как оказалось, просто-напросто в очередной раз заподозрила подругу во лжи. Она покачала головой из стороны в сторону и сказала:
– Врешь, наверное… Небось случайно угадала.
– Ой, думай что хочешь! – Каркуша шумно выдохнула воздух.
Ее ужасно раздражало это снегиревское словечко "небось". А та, как назло, вставляла его чуть ли не в каждую фразу. С момента их встречи прошло так мало времени, а Катя уже с трудом выносила присутствие дотошной и подозрительной Снегиревой. "Как с ней все-таки скучно! – Каркуша с тоской подняла глаза к тускло поблескивающему потолку. – Напрасно я, наверное, все это затеяла! И как назло, журнала нет при себе! Так я бы положила его на стол, глядишь, Макс и обратил бы внимание на обложку! И зачем я отдала журнал этому лысому жлобу? Ему же он на фиг не нужен! Бросит в бардачок и забудет… А что, если не забудет? – явилась вдруг слабая надежда. – Может, будет своим пассажирам показывать журнал и рассказывать, как подвозил недавно девушку с обложки!"
Каркуша так глубоко погрузилась в свои раздумья, что тихо ойкнула, увидев опустившуюся прямо перед носом огромную кружку темного, почти черного пива. Заказ принес Макс. Но теперь девушка изо всех сил старалась взять себя в руки. Иначе Снегирева точно заподозрила бы что-то неладное. И не успел Макс поставить на стол два больших блюда с креветками и зеленью, как Катя поднесла к губам запотевшую кружку и сделала несколько больших глотков. Обжигающе холодный напиток моментально привел ее в чувство. Освободившись от своей ноши, Макс небрежно сунул под мышку металлический квадратный поднос и, не пожелав девушкам приятого аппетита, развинченной походкой двинулся к стойке. Но это было в порядке вещей. Правила обычного общепитовского этикета на кафе "Два клона" не распространялись.
Приступив к еде, девушки поняли, что "креветки темпура" – это не что иное, как креветки, обжаренные в тесте, уложенные в ряд на крупных листьях салата. Соевый соус был подан отдельно в прозрачной соуснице. Блюдо оказалось не только красивым, но и вкусным. Громкий вопль подруги Катя услышала, когда щедро поливала соусом третью по счету креветку:
– Фишка! Смотри! Вот так сюрприз! – Снегирева сидела так, что ей был прекрасно виден вход в кафе.
– Тихо! – зашипела на нее Каркуша. Теперь она тоже видела решительно направлявшегося к стойке одноклассника. К счастью, тот шел прямо к цели и головой по сторонам не вертел. – Не зови его, не надо!
– Да я и не собиралась, в общем-то, – нервно дернула острым плечом Галина.
Она не переносила, когда кто-то пытался руководить ее действиями, хотя сама к этому была очень даже склонна.
Стулья в "Клонах" не двигались, поэтому Кате, чтобы Фишкин находился в поле ее зрения, пришлось развернуться всем корпусом. Теперь Снегирева видела практически ее спину.
– Да не смотри ты на него, – посоветовала Галина. – А то он почувствует твой взгляд.
– Не почувствует, – отмахнулась Каркуша.
Нет, что бы Снегирева ни говорила, а она просто обязана проследить за действиями Фишки!
– Не думала, что он дружит с этими "клонами", – зашипела, перегнувшись через стол, Снегирева, словно опасаясь, что Фишкин может ее услышать.
А тем временем тот, повернувшись к девушкам спиной, беседовал с одним из барменов. Вернее, это только для Снегиревой он был "одним из барменов", для Каркуши же тот, с кем разговаривал сейчас Фишкин, был "ее Максом".
11
Чего бы только не отдала Каркуша, чтобы услышать их разговор! Она ни секунды не сомневалась в том, что Фишка явился в "Клоны", чтобы выполнить ее поручение – узнать e-mail Макса. Но вот как он собирается это делать? Неужели просто возьмет и спросит? Нет, наверняка Вадим придумал что-нибудь поостроумнее! К этому времени Дэн принес уже им горячее, а Фишкин все еще стоял возле стойки и продолжал общаться с Максом.
"Что же они так долго обсуждают? – нервничала Катя. – И странно, что Макс с ним вообще разговаривает! Ведь с виду он такой необщительный!"
– Андреева, ты чего бифштекс не ешь? – прервала ее размышления Снегирева.
Та, хоть и была тощей как жердь, отсутствием аппетита явно не страдала. Сейчас Галина отправляла в рот последний кусочек сочного мяса, тогда как Катя едва к нему притронулась. Она жевала, совершенно не чувствуя вкуса пищи. Теперь ей было не до бифштекса!
– Фишка по телефону звонит! – заговорщическим голосом сообщила Снегирева.
Плотно и вкусно отужинав, она казалась вполне умиротворенной, и даже делать замечания сейчас ей было лень.
Каркуша снова развернулась к стойке. Увиденное просто поразило ее: зажав рукой трубку, Фишкин что-то говорил Максу, а тот быстро записывал.
"Да что же там, в конце концов, происходит?!" – Ей стоило невероятных усилий сдержать себя, чтобы в ту же секунду не кинуться к стойке. Заерзав на стуле, Катя даже застонала тихонько, чем вызвала еще один недоумевающий взгляд Снегиревой:
– Андреева, да что с тобой сегодня такое?