Угрожающе прищурившись, молодой человек процедил сквозь зубы:
- Ах ты, маленькая шпионка! Значит, подслушивала? Этот разговор не предназначался для чужих ушей.
Франческа на миг растерялась.
- Да, и прошу меня простить. Я услышала его случайно, это получилось само собой. Я действительно сожалею о случившемся. Простите меня, мне и вправду очень жаль. - Она виновато подняла глаза. - Клянусь вам, я забуду все, что слышала - особенно теперь, когда мне известно, что вы… что вы знаете об этом…
Маркус вглядывался в ее глаза как завороженный. У Франчески дрогнуло сердце, но она не сдвинулась с места. Он пробормотал:
- Сумасшедшая девушка с глазами колдуньи… я видел тебя на картинах… - Он медленно провел пальцем по ее подбородку, затем приподнял ее голову, но вдруг отпрянул и растерянно выговорил: - Похоже, я сошел с ума. Проклятое похмелье!
Франческа не поняла, в чем дело, но пролепетала, запинаясь:
- Ну, а мне… пора домой.
- Подожди, не уходи! - Он взял ее за руку и вывел на поляну, залитую солнечным светом. - Я так и не дождался объяснений… Да ты вся дрожишь!
Франческа решила умолчать о том, что причина ее дрожи - взвинченные нервы и прикосновение незнакомой руки, а не холод.
- Сядь сюда, на солнце. Скоро согреешься. Итак, на чем мы остановились?
- Я услышала, что вы проиграли все деньги и теперь хотите утопиться. Вот и попыталась помешать вам. Но я забыла, как круг берег, не в меру разогналась, сбегая по склону, и… случайно столкнула вас в воду, - невнятно пробормотала Франческа, волнение мешало ей говорить.
- Пожалуй, это объяснение имеет смысл - правда, весьма своеобразный, - с сомнением заключил Маркус. - Полагаю, мне следует поблагодарить тебя за спасение… хотя я преспокойно обошелся бы и без твоей помощи. - Он задумчиво оглядел свою промокшую одежду.
Франческа попыталась подавить смешок, но не сумела.
- По-моему, вы правы, - подтвердила она. - Напрасно я вмешалась. У вас полные сапоги воды - даже слышно, как она хлюпает при ходьбе! - добавила она и, не выдержав, залилась хохотом.
Некоторое время с лица Маркуса не сходило ошарашенное выражение, но вскоре он смягчился и присоединился к веселью собеседницы. Напряжение между ними исчезло без следа.
- Послушай, посиди со мной еще немного. Помоги мне снять сапоги и расскажи о себе.
- Мне почти нечего рассказывать, - отозвалась Франческа.
Маркус присел на поваленное дерево и вытянул ногу.
- Где ты живешь?
- Неподалеку, в Шелвуде. С тетей. - Франческа потянула за сапог и стащила его. При этом из сапога на ее платье выплеснулась вода. Франческа вскрикнула: - О Боже!
- Ничего, высохнет. А теперь второй.
Франческа укоризненно взглянула на собеседника и опасливо взялась за второй сапог. На этот раз она действовала с осторожностью, но сапог поддался слишком легко, девушка потеряла равновесие и упала навзничь. Разумеется, ее опять окатило водой. Она поспешно вскочила на ноги с возмущенным возгласом:
- Вы только посмотрите!
- Вижу, - отозвался Маркус, и Франческа удивилась, услышав, каким напряженным вдруг стал его голос. - Я… похоже, ошибся. Думал, что ты совсем девчушка. - Он сглотнул. - Но это не так. Сумасшедшая или нет, но ты настоящая женщина, притом прелестная!
Франческа недоуменно оглядела себя. Вода пропитала лиф ее тонкого платья, и материя облепила тело, словно вторая кожа.
- О, нет! - простонала она и в отчаянии попыталась одернуть платье. - Довольно, я ухожу.
- Не надо! Пожалуйста, не уходи. Платье вскоре высохнет, а я обещаю больше не глазеть на тебя. Послушай, присаживайся рядом на бревно, мы могли бы… мирно поболтать, пока не высохнет платье. Я хотел бы объяснить, что имел в виду, разговаривая с Фредди.
Франческа замерла в нерешительности. Ее новый знакомый был и впрямь на редкость обаятелен и, казалось, говорил с ней вполне искренне. Возможно, не все гости Уитем-Корта развратники и игроки, но…
- Почему вы сказали, что я прелестна, - подозрительно выговорила она, - когда все остальные считают меня дурнушкой?
- Дурнушкой? Должно быть, они слепы. Садись, и я объясню тебе, почему ты заслуживаешь комплиментов.
Это предложение Франческа сочла рискованным. Но труднее всего было понять, почему она послушалась Маркуса. Правда, она села поодаль: рассудок еще не покинул ее.
- Фредди - это джентльмен, с которым вы пришли сюда?
- Да. Мы беседовали о моем ку… о нашем общем знакомом. Вчера ночью он проиграл огромную сумму. Сегодня утром ему… нездоровилось, и мы волновались за него. Послушай, неужели тебя это и вправду занимает? По-моему, для беседы чудесным утром мы выбрали самую неподходящую тему. Лучше расскажи о себе. Что ты здесь делала, когда увидела нас? Торопилась на свидание?
- Нет, что вы! Я просто рисовала… Совсем забыла: надо найти альбом и сумку! Я выронила их, когда бежала к мосту. Прошу прощения…
Она вскочила, радуясь возможности освободиться от чар бархатистого голоса и темно-синих глаз.
- Я с тобой.
- Босиком?
- Ну и что? В армии бывало и хуже. Я должен позаботиться о том, чтобы ты не сбежала. Пока мы оба не высохнем, ты - моя заложница. - Франческа нервно вздрогнула, но Маркус рассмеялся, встал и подал ей руку. - Где ты выронила альбом?
Вскоре они нашли орхидею, которую рисовала Франческа, а альбом и сумка оказались неподалеку. Маркус подобрал альбом, не отпуская руку Франчески, и внимательно рассмотрел рисунок.
- Недурно, - заметил он. - Кто научил тебя рисовать?
- Мадам Элизабет. - Франческа смущенно вспыхнула. - То есть мадам де Ромэн, моя гувернантка.
- Идем на солнце, мне холодно.
Взяв сумку, Маркус отвел девушку к поваленному дереву. На этот раз Франческа смело села рядом, сама удивляясь своей непринужденности в присутствии незнакомого человека, который по-прежнему держал ее за руку.
- Ты покажешь мне другие свои работы? Франческа зарделась от удовольствия.
- Конечно, - робко ответила она.
Ее собеседник излучал обаяние, и мало-помалу Франческа разговорилась, чувствуя себя свободнее, чем когда-либо прежде. Иногда, перехватив его ласковый и понимающий взгляд, она запиналась, но Маркус тут же задавал какой-нибудь вопрос о рисунках, и девушка продолжала ему что-то оживленно рассказывать.
Наконец она замолчала.
- Больше мне нечего показать вам. Остальные мои работы дома, - сообщила она.
Маркус не ответил, и Франческа, вскинув голову, прочла вопрос в его глазах.
- Почему ты сказала, что тебя считают дурнушкой? - с расстановкой произнес он.
- Потому, что так оно и есть! Все твердят об этом в один голос.
- Это неправда, Франческа. В тебе есть сходство с твоими рисунками - выразительность, утонченность, грация.
- Вы очень любезны, - отозвалась она, вновь приходя в волнение.
- Я не льщу тебе, поверь!
- Вы наверняка хвалите меня лишь по доброте душевной, а это ни к чему. Я уже давно привыкла к своей внешности. Если вы не смените тему, мне придется уйти. Платье уже высохло - как и ваша одежда.
- Сколько тебе лет? - вдруг спросил он, когда они встали.
Она смутилась и солгала:
- Семнадцать, - но, почувствовав скептический взгляд Маркуса, снова отважилась на ложь: - Почти семнадцать.
- Значит, ты уже вступила в пору юности. Ты когда-нибудь была влюблена?
- Я? - изумленно переспросила Франческа.
Он рассмеялся и отстранился, но лишь затем, чтобы положить обе ладони на ее плечи.
- Да, ты, - подтвердил он.
- Разумеется, нет!
- Значит, первая любовь… - пробормотал он и привлек ее ближе. - А как насчет поцелуев? Тебя когда-нибудь целовали?
- Редко, - прошептала Франческа, загипнотизированная взглядом синих глаз, устремленным на нее. - Дедушка. - Она с трудом сглотнула. - Кажется, и отец целовал меня, только… я плохо помню его.
- Нет, я имел в виду совсем другое. Вот это… - Склонив голову, он нежно поцеловал ее.
Франческе показалось, что в нее ударила молния. Небывалое чувство охватило девушку, в нем смешались страх и наслаждение, холод и огонь, понимание, что следует остановиться, и неотступное желание продолжать.
- Это было чудесно, - ошеломленно выдохнула она, не вдумываясь в собственные слова.
Они стояли лицом к лицу.
- Обними меня за шею, - мягко попросил Маркус. Франческа шагнула ближе и медленно подняла руки. - Вот так. А теперь я обниму тебя. - Он придвинул ее ближе и снова поцеловал, уже не так осторожно. Франческа негромко вскрикнула, и Маркус тут же отпустил ее. - Тебе больно?
- Нет, просто я не ожидала… не думала… - Она сжала руки и подняла голову. - Поцелуйте меня еще раз.
Перед Франческой открылись врата неописуемого блаженства. В мужских объятиях она вдруг почувствовала себя защищенной и счастливой, как никогда прежде. Маркус становился то ласковым и внимательным, то страстным и требовательным, называл ее глупышкой, милой колдуньей, но Франческа ничего не слышала, лишь ощущала нежность в его голосе. Он рассмеялся, увидев ее растерянное лицо, но этот смех был необидным, словно беспомощность Франчески умиляла его.
Время от времени в голосе Маркуса прорывалась неуверенность: казалось, он тоже не очень понимал, что с ним происходит. Оба тонули в ослепительном сиянии и глубоких тенях, в водовороте зеленых, золотых и синих вспышек…
К счастью, к реальности их вернули прежде, чем оба успели окончательно утратить рассудок. Издалека послышался призывный голос Фредди. Чертыхнувшись, Маркус прошептал: