Всего за 249 руб. Купить полную версию
Милена ненавидела Старую Ведьму всеми фибрами своей души. Нет, вовсе не за ее политические взгляды или за нападки на Делберта, который - и кто знал об этом лучше ее самой? - был далеко не ангелом, а за то, что Старая Ведьма, которая вплоть до дня голосования была бесспорным лидером предвыборной гонки и в победе которой не сомневался никто, судя по всему, и сам Делберт, все же умудрилась в итоге феерически проиграть!
Что открыло дорогу Делберту в Белый дом. И стало концом такой шикарной жизни третьей супруги нью-йоркского миллиардера. Да, вот именно этого Милена простить Старой Ведьме никак и не могла, потому что ждала дня голосования, проигрыша Делберта и возвращения в их роскошный пентхаус в мужнином небоскребе "Грамп-Плаза" на нью-йоркской Пятой авеню.
А вместо этого муж победил и сделался хозяином этого кошмарного, мрачного, отвратительного кладбищенского мавзолея - Белого дома.
* * *
- Делберт, она наверняка заодно с коварными русскими! - раздалось глубокое контральто Лоретты Роуз-Иден, начальника пиар-штаба мистера президента. Та - иссиня-черные волосы, ярко-красное облегающее платье, тяжелая золотая цепь в глубоком декольте, умопомрачительные каблуки - всегда напоминала Милене средней руки демоницу из преисподней. Милена долго не могла понять, отчего Лоретта, которая до того, как заняла свою нынешнюю должность, была начальником пиар-штаба в строительной империи Делберта, относилась к ней с напускным подобострастием, за которым угадывалась черная злоба.
И только спустя какое-то время осознала: после развода Делберта с его второй супругой, этой никчемной акрисулькой Шэрон, Лоретта лелеяла мечту стать миссис Грамп № 3. А вместо этого оной сделалась она, Милена.
- Что за ерунда! - парировала серебряным голоском Злата, которая была также недовольна влиянием Лоретты на своего отца. - Тебе ведь известны эти смехотворные обвинения, которые запустила в оборот Старая Ведьма, не сумев справиться с фактом своего поражения на выборах, о том, что папа - марионетка Кремля!
Лоретта, усмехнувшись, уселась на подлокотник президентского кресла-трона и произнесла:
- Конечно, мне все это отлично известно, милочка, однако ведь люди тупы как пробки. Тот факт, что Старая Ведьма уже два года подряд с маниакальным упорством вдалбливает всем в головы, что мы с самого начала продались с потрохами коварным русским, служит дымовой завесой и отличным прикрытием того, что Старая Ведьма сама работает рука об руку с Кремлем!
Злата нахмурилась (во всяком случае, попыталась сделать это, насколько позволял ее нашприцованный ботоксом лобик).
- Не понимаю этой идиотской схемы… - протянула она, а Делберт, выдав несколько коротких, крайне крепких эпитетов в адрес Старой Ведьмы, добавил:
- Это только доказывает, что она окончательно свихнулась! Отличная идея, не так ли? Если демократы опять ее выдвинут, буду напирать на то, что у нее шарики за ролики заехали! Прекрасно придумано, ведь так?
- Папа, думаю, что к тому, о чем говорит Лоретта, надо прислушаться, - раздался спокойный голос Тициана.
Милена заметила, что сын, уже стянув наушники, поправлял длинные белые, такие же, как у отца-президента, кудри.
- Обвинение Старой Ведьмы в том, что она сумасшедшая, не даст результатов. И так все в курсе, что она чокнутая. А вот заявить, что она, якобы столь ненавидящая коварных русских, на самом деле давно с ними побраталась и, заручившись тайной поддержкой Кремля, желает по прошествии двух лет объявить итоги президентских выборов сфальсифицированными и сменить тебя в Белом доме, весьма умно. И пусть она с пеной у рта заявляет, что это не так. Тебе надо только говорить, что она продалась с потрохами коварным русским, дабы те, наконец манипулируя процессом голосования в США, возвели ее на президентский трон. Мол, ради этого она готова заключить пакт хоть с чертями в преисподней, хоть с коварными русскими, что примерно одно и то же, продать им нашу страну вместе со всеми ее жителями и ресурсами. И все ради того, чтобы хотя бы на пять минут или даже секунд воссесть полновластной хозяйкой в Белом доме. Этой идиотской теории, конечно же, все сразу поверят, Старая Ведьма наконец отправится в политическое или, кто знает, возможно, даже физическое небытие! Ведь: "Держи вора!" - громче всего кричит, как известно, сам вор. Ну, а: "Он с потрохами продался коварным русским", - утверждает, соответственно, тот или та, кто сам давно и со смаком работает на Москву.
Тициан снова нацепил наушники и углубился в комиксы.
Лицо Делберта, до этого отливавшее свекольным колером, приняло нормальный оттенок, и мистер президент произнес:
- Сын, а ведь это гениальная идея! Она твердит, что я марионетка коварных русских, а я буду утверждать, что она это утверждает, дабы скрыть истину, что марионеткой коварных русских является на самом деле она сама!
- И главное, что ведь этому все безоговорочно поверят, не так ли? В особенности твои избиратели, Делберт, и те, которые были таковыми раньше и разочаровались в тебе, - произнесла Лоретта и зажгла тонкую сигарету. Злата, не выносившая табачный дым и бывшая фанаткой здорового образа жизни, поморщилась.
- Сын, ты - гений! Весь в меня! - просиял Делберт, а затем победоносно заявил: - Я - первый Грамп в Белом доме, но не последний! Тициан тоже станет президентом, это я вам гарантирую! Он такой же умный, как и я! Где мой президентский смартфон? Надо сформулировать новый твит…
Лоретта, наступив каблуком на золотой мобильный Делберта и пуская дым в сторону хмурившейся Ясны, ответила:
- Не спеши, Делберт. И ты уж точно не можешь первым запустить этот слух о том, что Старая Ведьма - тайная и хорошо законспирированная креатура коварных русских. Мои люди запустят это в оборот через нейтральные каналы, и через неделю об этом будет знать вся Америка! А ты, разумеется, будешь ни при чем!
Лоретта сидела на подлокотнике, наезжая своей задницей на колени мистера президента, а тот не делал никаких попыток Лоретту от себя отпихнуть. Более того, Милена заметила, что рука мужа легла на маячившую у него под носом острую коленку Лоретты.
- Умная девочка! - промурлыкал он, а Милена подумала, что выражение "дешевая шлюха" подошло бы больше. Впрочем, судя по шикарным дизайнерским шмоткам Лоретты и ее пристрастию к массивным драгоценностям, она была шлюхой весьма дорогостоящей. Но тот факт, что она являлась шлюхой, был бесспорен и не подвергался серьезному сомнению, кажется, даже самой Лореттой.
- Ваш сок, мистер президент! - провозгласил Франклин, возникая с золотым подносом около президентского кресла-трона.
- Принеси виски. Мы должны отпраздновать отличную идею моего сына! - заявил тот.
Дворецкий поклонился, а Злата, в глазах которой застыло выражение триумфа, взяла с подноса бокал с соком и пригубила его.
- И все же я думаю, что торопиться не стоит. Надо посоветоваться с Джереми, а он прилетит во Флориду только вечером… - произнесла она.
Джереми был муженьком Златы, бледнолицым, темноволосым, хорошо воспитанным красавчиком из благородной, обитавшей в дорогущем снобистском Верхнем Ист-Сайде семьи, на протяжении семи поколений без исключений голосовавшей за демократов. Однако Милена знала, что за этим благообразным фасадом идеального зятя и пай-мальчика скрывался изощренный ум прожженного циника и отъявленного манипулятора-карьериста. Джереми вертел Златой, а та крутила своим папашей-президентом. В итоге выходило, что Джереми вертел-крутил Делбертом, а тот души в нем не чаял, так как не считал его для себя в какой бы то ни было степени опасным.
И следовал в итоге всем его советам.
В этот момент самолет снова протрясло, и Франклин, подававший виски, не удержал поднос в руках и выронил его. Содержимое бокала растеклось по платью Лоретты.
- Болван, куда ты только смотришь, черт тебя подери! - вспылил Делберт, а Злата, положив отцу на плечо тонкую, в перстнях руку, произнесла своим серебряным голоском:
- Папочка, не ругай Вашингтона. Ты ведь сам хотел, несмотря на надвигающийся ураган "Хиллари", лететь во Флориду.
Во Флориде находилось роскошное, выстроенное в стилизованном претенциозном старофранцузском стиле поместье Делберта, так называемый "Грам-холл", на территории которого располагалось столь любимое мистером президентом поле для гольфа. Именно там Делберт и предпочитал проводить холодное время года (да и теплое, впрочем, тоже), при любой возможности покидая промозглую столицу, полную врагов, журналистов и демократов, что, впрочем, было практически одним и тем же.
- И кто только дал этому урагану такое идиотское имя? Хотя уж лучше бы дали самое идиотское имя в мире - имя Старой Ведьмы! - проворчал Делберт, которому дворецкий, принеся извинения за свою оплошность, почтительно протянул лежавший на полу золотой смартфон.
- И вообще, Делберт, это ведь твоя была идея отпраздновать Рождество во Флориде! - промолвила наконец Милена.
Она сама осталась бы в Нью-Йорке, пусть там и было сейчас снежно и минус девять, однако ее апартаменты в их пентхаусе в "Грамп-Плаза" были одновременно ее крепостью. К тому же там имелось под рукой все то, что позволяло Милене колдовать над своей неувядающей красотой. Все же когда тебе сорок семь, надо уделять сохранению молодости повышенное внимание.
А Флориду она не любила, так как там всегда были зной, кондиционеры, москиты, а также вечные гости - раньше деловые партнеры Делберта, а после его избрания - политические кривляки, которых ей на правах супруги приходилось развлекать и вести с ними никчемный, абсолютно излишний, как сказал бы сам Делберт, идиотский small-talk.