Ковалькова Юлия - #DUO стр 16.

- Да ничего я не хочу! - В минуты раздражения мне курить хочется. Хлопаю себя по карманам пиджака, нащупываю пачку 'Rothmans', выбиваю сигарету. - Мне комиссионные с Кати не нужны, - сую сигарету в рот.

- Но такая мысль была, да? - докапывается отец.

- Нет. Такой мысли не было!

Ставя точку в споре, чиркаю колесиком 'Крикета'. Папа описывает креслом ещё одну параболу.

- На тебя это как‑то не похоже, - подначивает меня он.

- А я исправился, - огрызаюсь я, - я стал бессребреником.

Папа Саша смеётся, а я отвожу в сторону глаза. Я не могу объяснить отцу, что меня впервые за год по - настоящему тянет к женщине. Но эта женщина принадлежит моему врагу - человеку, её недостойному.

- Артём, слушай, что ты затеял? - Поворачиваюсь, ловлю взгляд отца. - Что у тебя на уме? Ты же не просто так хочешь помочь этой девочке. Может, тебе стоит посоветоваться со мной? Знаешь, как говорится: один ум - хорошо, а полтора - лучше.

- Очень смешно, - недовольно отзываюсь я. - Па, оставь ты меня и Катю в покое. А ещё лучше позвони на 'Мосфильм' прямо сейчас, а? Я понимаю, что у тебя отпуск и всё такое, но ты узнай прямо сейчас, для меня, на каких условиях твоё руководство выкупит эту книгу?

- Ну, хорошо, уболтал. Так и быть.

Отец нащупывает телефон в нагрудном кармане рубашки, набирает номер киноконцерна. Спрашивает какого‑то Арсения Петровича, долго ждёт соединения. Наконец, до меня доносится: 'Сеня, привет! Ну, как дела?'. Далее папа начинает выстреливать фразами, убеждая собеседника в уникальности книги Кати. Я же поднимаюсь из плетёного кресла и направляюсь к дальней стороне крыльца. Рассматриваю жасмин, малину. Взглядом отлавливаю маму, которая быстро идёт к дому со стороны кухни. Маму сопровождает приблудный толстощёкий чёрно - белый кот с интригующей кличкой Барсук. Барсук льстиво вьётся у мамы в ногах, а мама громко ругает кота за украденный им кусок говяжьей вырезки. Хлопает на щеке надоедливого комара и тут же поправляет тёмную, выбившуюся из гладкой причёски, прядь волос.

'Я так люблю её, - думаю я. - А после Аллы приезжал сюда только раз в полгода, да и то после длительных уговоров. Боялся, что мама прочитает по моим глазам всё, что я скрываю. А ещё спросит, когда же, я наконец привезу к ней с отцом свою девушку? Вот только Алла никогда не была моей девушкой. Впрочем, по большому счёту, моей она тоже никогда не была…'.

- Артём, всё, готово! Иди сюда.

Оборачиваюсь: отец машет мне рукой, подзывая к себе.

- Договорился?

Папа кивает, а на крыльцо взлетает мама.

- Мужчины, обедать! - властно требует она.

- Мяу, - вторит маме Барсук.

- Сейчас идём. - Папа ловит руку мамы и нежно целует её в ладонь. - Сейчас идём, Катя… А ты, Соболев - младший, как ни странно, снова был прав: сценарий действительно потянет на два миллиона, но при условии, что это будет именно готовый сценарий, а не рукопись, и не книга.

- Йес! - Я совершенно по - дурацки вскидываю вверх кулак и делаю торжествующий взмах локтем.

Папа быстро переглядывается с мамой, а я ловлю нечто в их глазах. И это 'нечто' настолько красноречиво, что в моей бедовой голове красной строкой немедленно пробегает мысль о том, что родители явно что‑то затеяли.

Прищуриваюсь не хуже Барсука, сую ладони в задние карманы брюк и отступаю к косяку двери:

- Продолжай, - говорю я отцу.

- В общем, в течение двух недель из книги надо сделать полноценный сценарий. Как думаешь, твоя Катя сможет его написать?

- Во - первых, Катя - не моя, - напоминаю я. - А во - вторых, без понятия.

- Ну, тогда, если 'не твоя' Катя не сможет переработать книгу, то дай ей телефон отца. А ещё лучше, привези девочку к нам, папа ей сам всё расскажет, - невинно заключает мама.

'Ах, вот оно что…'

Итак, передо мной - сговор двоих. Я насмешливо фыркаю:

- Сводничеством занимаетесь, уважаемые родители? Ничего у вас не выйдет: со своей личной жизнью я как‑нибудь без вас разберусь. И кстати, если уж на то пошло, то я могу рассказать Кате, как писать сценарии. Ещё не забыл, вашими молитвами.

- Правда? - звучит ироничный голос отца.

- Правда.

- А ведь не дурак, - мама смеётся и неосознанным жестом поглаживает широкое плечо отца.

- Думаешь? - папа улыбается и накрывает ладонью тонкие пальцы мамы.

А я, не выдержав, смеюсь: мои родители всё‑таки добились своего. А ещё мне отчётливо ясно, что маме и отцу Катя DUO почему‑то понравилась.

Спустя час вызываю такси. Мама машет с крыльца, папа провожает меня до машины.

- Так не забудь, Артём: у вас с Катей есть две недели, чтобы написать сценарий, - напоминает он.

Я киваю:

- Запомню.

- Ну, пока. Звони, если что.

Отец захлопывает дверь, и такси отъезжает. 'Сценарий, - это отлично, - думаю я. - А пока озаботимся авторскими правами'.

В 16:00 вхожу в офис адвокатской конторы 'Дробин и Ко'. Киваю секретарю:

- Привет, Маша.

- Здравствуйте, Артём, - приветливо улыбается девушка. - Илья Алексеевич вас ждёт.

- И это правильно, - отвечаю я. - А как твои дела?

Маша стремительно задвигает ящик стола и краснеет:

- Всё хорошо, всё нормально.

- Любовь зла, - я подмигиваю растерявшейся Маше и толкаю дверь с табличкой 'Илья Дробин - старший партнёр'.

- Привет юристам!

- Салют коммерсантам! - Мой единственный, выживший после моего 'развода' с Аллой, друг поднимается из кресла и в привычной манере пытается ударить меня по плечу, от чего я уклоняюсь, и удар Ильи приходится в воздух. - Ты, как всегда, вовремя.

Я протягиваю для приветствия ладонь.

- Что с Агентством ISBN?

- С Агентством всё прекрасно. Давай, садись. Кстати, чай или кофе хочешь? Или чего покрепче? Сейчас Машку позову, - Илья тянет царственную длань к телефону, напоминающему миниатюрную АТС.

- Оставь ты Машу в покое, - советую я. - Ничего мне не надо, я к тебе прямиком от родителей.

- Ясненько. А Машку ты зря жалеешь: её ещё гонять и гонять! У нас же, у юристов, как?

- И как? - Я откидываюсь в кресле.

- А так: волка ноги кормят. - Илья садится за стол, назидательно тянет вверх палец и привольно размещает на углу столешницы две скрещённых ноги в туфлях нереального сорок шестого размера.

- Ну, тогда рассказывай, куда тебя ноги завели… или лыжи твои, - я насмешливо указываю подбородком на Дробинские ботинки.

- Да иди ты, - беззлобно фыркает Илья. - В общем, вот что мы уже прошли. - Далее Дробин быстро, без лишних фраз и метафор, рассказывает мне, как провёл встречу с 'Российской книжной палатой', как встретился с чиновниками из 'Роскомнадзора' и АЗАПИ, и во что нам с ним обойдётся создание собственного издательства, основная 'фишка' которого заключается в выдаче авторам паспорта на книгу.

- Таким образом, наш издательский пакет будет состоять из индексов ББК и УДК, а также ISBN, который, как ты знаешь, представляет собой международный стандартный книжный номер, необходимый для распространения книжных изданий в любых торговых сетях, - заканчивает свой рассказ Илья. - А с учётом того, что Агентство ISBN нашу заявку приняло, и договор с ними я, как управляющий директор, уже подписал, то до 7 июля мы пройдём регистрацию в системе международной стандартной нумерации издания. А это означает…

- … что для получения ISBN на любую книгу нам будет достаточно оформить заявку по установленной форме, что займет часа два, - подхватываю мысль Ильи я. - Таким образом, писатель получит бонус - ISBN, подтверждающий его авторство, а мы с тобой - прибыль с продажи книги в онлайн - магазинах.

- Так точно, партнёр, - Дробин удовлетворённо жмурится.

- Так, а теперь скажи‑ка мне, ты подготовил второй договор?

- Тот, что на два миллиона? - Киваю. - Ага. Тебе распечатку сделать? Сейчас Машке скажу…

- Стой.

- Почему?

- Пришли мне на почту сначала, я договор сам проверю.

- Проверит он, - недовольно бормочет Илья, - да у меня, как в аптеке, всё всегда верно! И кстати, напомнил: в договор нужно внести подробное описание сервисного центра и паспортные данных тех людей, которые заключат сделку.

- Насчёт объекта - данные я сам внесу, я этот сервисный центр ещё не забыл. А насчёт паспортных данных - узнаю у Ка… то есть у кого надо.

- Всё у тебя тайны… - Илья косится на наручные часы. - Слушай, а ты пообедать не хочешь? Я нашёл тут такое хорошее кафе.

- Я уже один раз обедал, у родителей, - напоминаю я. - А ты лучше возьми с собой Машу. И сам развеешься, и девушке приятное сделаешь.

Повисает пауза. Илья озадаченно трёт лоб.

- Ну ты даёшь, Соболев, - Дробин вскидывает на меня глаза. Я киваю. - Ты что, решил, что Машка… ну… в меня… того?

- Что ты ей нравишься? Хочешь доказательство?

- Давай, стреляй, - Илья откидывается в кресле.

- Ну - у, Маша называет тебя исключительно по имени - отчеству, буквально трепещет перед тобой и при этом держит в верхнем ящике своего стола твою фотографию.

- А может, это для пропусков, - прищуривается Илья.

- Может быть, - невинно соглашаюсь я. - Только эти пропуска должны быть размером с плакат. Потому что твоё фото размером десять на пятнадцать.

Илья моргает. Потом улыбается:

- Ну ты спец. Ладно, давай, вали.

- Удачи на любовном поприще.

Пропускаю несильный удар в плечо, прощаюсь с Ильей. Шаг - и я в секретарской. Красная, как свекла, Маша сидит за столом и старательно отводит в сторону глаза. Я грозно сдвигаю брови: