- Простите, в каких историях? - Я аккуратно снял с серой брючины несуществующую пылинку. Кристоф откинулся в кресле, снова взглянул на свои руки, точно хотел получить у них совет, что же со мной делать. Поднял на меня свой знаменитый взгляд, отдающий могильным холодом.
- Магда знает о твоих связях, - веско сказал он. - О том, что у тебя есть любовницы.
Я почувствовал себя так, точно с разбегу врезался в кирпичную стену.
- Так что сделай правильные выводы, Алексей, - разглядывая моё лицо, продолжил добивать меня Кристенссен. Речь его лилась плавно. Выдавал его только голос. Холодный, без модуляций, он всё равно подрагивал. - Видишь ли, Алексей, в это трудно поверить, но я и сам был молодым. Было и безумие. И увлеченность. Были и романы… А потом я встретил мать Магды. Анна была правильно воспитанной женщиной и умела закрывать глаза на некоторые мои истории. Потому что Анна понимала: я знаю разницу между этими историями. А ты, - и тут впервые за все время нашего разговора Кристоф подвигал пальцами, - и ты, прежде чем войдёшь в мою семью, тоже должен усвоить разницу между этими историями.
- И в чём же разница? - Я уже начал приходить в себя.
- В том, что истории бывают или длинными, или короткими. Короткие истории очень быстро заканчиваются и не имеют продолжения. А у длинных историй - длинные следы. И имена. Например, Света, Оля, Юля… Мне стоит продолжать этот список?
"Кто меня сдал? Водитель? Портье? Кто? Его "безопасники"? Впрочем, какая разница. Играть - так играть." Я выпрямился. Положил руки на стол, отзеркалив позу Кристенссена.
- Извините, Кристоф. Да, я усвою ваш урок, - задушевно сказал я, - и сегодня поставлю точку в своих длинных историях. А что касается коротких историй, то тут есть одна небольшая проблема.
- Какая? - поднял на меня взгляд Кристенссен. В глубине его глаз сверкнул очень недобрый огонёк.
- Мы с Магдой пока не женаты.
- Но ты с ней… спишь, - нахмурился он.
- Возможно, - я не стал спорить. - Но обсуждать с вами нашу с Магдой постель - это дурные манеры.
Кристоф помолчал. Посмотрел на свои пальцы, которые начали оживать, двигаться, искать, чем зацепить меня. Я терпеливо ждал - я не люблю паузы, но, при необходимости, умею их держать. Сузив зрачки, я наблюдал за стариком, который пытался меня контролировать. Который почти подмял меня под себя. Старик поднял веки. В его глазах полыхала ненависть, но Кристоф кивнул мне. И я решил, что в этот раз я у него выиграл.
- Кристоф, это всё, что вы хотели мне сказать? - преувеличенно вежливо осведомился я.
- Почти, - Кристоф поймал мой взгляд. - Но запомни: с этого дня никаких длинных историй. И ещё. Если ты бросишь мою дочь - я уничтожу тебя... Может быть, даже буквально…
- Так мы встретимся в "Каструп"? - вернул меня на землю пронзительный голос Магды.
- Безусловно. Конечно, приезжай. Я буду очень рад. Очень.
Магда отключилась первой. Я нажал на "отбой", посмотрел на часы: пора было на регистрацию. Собрался подхватить свою сумку, когда отловил взглядом лихо подъехавший ко входу "Porshe Cayenne". Представив себе толчею, которая сейчас образуется в "вертушке" стеклянного входа, вздохнул и притормозил. Пусть пройдут. Вытащил новую сигарету. Краем глаз отметил, как из машины выпрыгнул какой-то чел примерно моего возраста, но - с зонтиком. Чел открыл дверцу и выпустил из автомобиля девушку. Джинсы, куртка, ботинки. На голове - шапочка. Так, ничего особенного. Девчонка не зацепила меня. Я уже готовился чиркнуть зажигалкой, когда желтая свеча раструба фонаря облила лицо девушки светом, и я замер: в каплях дождя стояла она, Ларионова... Дурачась, она запрокинула голову и приоткрыла рот, ловя прозрачные капли. Серебристый дождь приземлился ей на губы, и Ларионова облизнула их. Язык был розовым, движение - мимолетным, но я замер. "Кошечка, - пронеслось в голове, - сладкая… кошечка…" Сердце исполнило сальто, и дикое, мучительное желание пронзило сразу, как мощный удар, исполненный мне прямо в пах. Как тогда, в коридоре "Systems One".
- Лен, возьми зонт, - помог мне очнуться её чел.
Опомнившись, я потянул ко рту сигарету. Но оказалось, что я сломал её, стиснув в кулаке. Чертыхнувшись, отбросил сломанную сигарету в сторону. Ларионова приняла поданный ей зонт, а чел потащил из багажника аккуратный "Самсонит". Поставил чемоданчик на землю, вытянул длинную ручку и вручил её Ларионовой. А до меня донеслось повелительное:
- Лен, обожди меня здесь.
- Хорошо, Макс, как скажешь.
Так значит, это - её архитектор? И он любит командовать? А она? Или ей больше нравится подчиняться? Но в "Systems One" Ларионова отбивалась от меня просто с кошачьей яростью. Тогда в чём дело? Во мне? Я сузил зрачки, разглядывая того, кого она выбрала. Высокий. Как я. Широкоплечий. Как я. Но - более массивный. Старше меня лет на семь. Тяжёлый. Уже "поплывший": ленивая сила и взгляд вечного баловня судьбы. Он мне не понравился. Мы были разными - по жизни, по натуре. По сути, по характеру. Но самое главное отличие между нами лежало в нашем отношении к женщинам. Я был охотником, а он позволял на себя охотиться. Мы только в одном совпадали - ему и мне очень нравилась маленькая Ларионова.
Между тем архитектор уселся за руль и направил свой "Porsche" в сторону парковки. А Ларионова достала из кармана миниатюрный чёрный кожаный дамский портсигар. Вытянула тонкую сигарету и с наслаждением затянулась. Пока я размышлял, пройти ли мне мимо неё, чтобы поздороваться, чел-архитектор Макс успел вернуться, уцепить за ручку "Самсонит", приобнять Ларионову и, позволив ей толкнуть для него стеклянную "вертушку" дверей, потопал в зал ожидания. Выждав пару минут, я отправился следом. Держась на расстоянии, я наблюдал за ними. Я хотел понять, почему она его выбрала. Архитектор по-хозяйски сдал "Самсонит" на стойке регистрации, взял Ларионову за руку и повёл её в кафе на втором этаже. Сам выбрал столик, но услужливо отодвинул ей стул, подождал, пока она усядется первой. Заняв место у лестницы и, косясь на них в висевшее на стене зеркало, я смотрел как этот Макс заказывает ей кофе. Не выдержал я только, когда Ларионова принялась шутливо вытирать своему архитектору "молочные усы" от капучино. Я поднял сумку, чтобы уйти. Последнее, что я услышал, было:
- Макс, я буду очень по тебе скучать.
"Нет, кошечка, - с неожиданной злостью подумал я. - Поверь мне, ты - не будешь!""
28.
"Я тебя ненавижу-вижу, но ко мне ты всё ближе-ближе."
("Агата Кристи")
"В понедельник, в полвосьмого утра обнаруживаю себя сидящей в десятом ряду салона экономического класса "боинга" "SAS". Моё место рядом с проходом. Спасибо Сиротиной - заказывая для меня билет, Таня вспомнила о моей аэрофобии. Справа от меня, у иллюминатора, разместился не очень трезвый молодой человек с блуждающими глазами. Между мной и соседом - пустое кресло. Оборачиваюсь: позади также много пустующих мест. Ну да, а кому охота подниматься на рассвете, чтобы сесть в этот самолёт? Пока я размышляю о превратностях судьбы, заставивших меня лететь в Данию в семь утра, да еще и в кампании с алкоголиком, картинно улыбающаяся стюардесса закрывает шторками бизнес-класс. Значит, и там рассаживаются. Причём, судя по всему, размещаются с комфортом: из бизнес-класса долетает чей-то смешок и голос стюардессы, которая кокетливо переспрашивает: "Только содовую, или содовую с виски?".
И вот, наконец, заветное:
- Доброе утро, дамы и господа! Командир корабля Стив Ларссон и экипаж авиакомпании "SAS" рады приветствовать вас на борту нашего самолета, выполняющего рейс….
- Нет. В полвосьмого утро это мы рады вас приветствовать. На борту нашего самолёта! - доносится чья-то остроумная реплика из бизнес-класса.
Мой сосед справа заходится визгливым смехом. На параллельном ряду тоже кто-то хихикает. Те, кто сидят сзади, переспрашивают или пересказывают шутку, и в итоге весь салон приходит в бодрое настроение. В это время командир корабля, не подозревающий, над чем все мы тут киснем, переводит приветствие на датский язык. А из бизнес-класса тот же острослов переводит свою шутку на датский, безупречно вклинивая её ровно в то же место фразы. Теперь к смеху присоединяется и миловидная стюардесса, вышедшая в коридорчик. Она показывает давно набившее всем оскомину шоу (где аварийный выход, как надевать маску), но в её глазах вместе обычной тоски - смех.
- А еще раз покажите на мне, как жилет расстёгивается, - снова доносится из бизнес-класса. Мой сосед взвизгивает, а мне становится интересно, как этот шутник выглядит. Голос странно знакомый, где-то я его уже слышала. В это время самолет разбегается и готовится оторваться от земли. Я непроизвольно вскрикиваю и стискиваю зубы.
- Вам нехорошо? - моментально проявляет участие сосед. - Хотите хлебнуть для храбрости? - Он заговорщицки подмигивает и протягивает мне пластиковую фляжку, из которой разит запахом коньяка типа "изделие третьего сорта - не брак". К моему горлу моментально подступает рвотный ком.
"Где он взял это пойло? Ведь в "Duty Free" продавалось нормальное спиртное." Я откидываюсь в кресле и, как кукла, мотаю головой.
- Что? - лыбится сосед.
- Спасибо, но не надо, - с трудом выдавливаю я.
- А если за знакомство? - продолжает домогаться до меня этот тип. - Кстати, а вы случайно не на конференцию "Systems One" летите?
Я стискиваю зубы и еще раз отрицательно качаю головой. Мне и так плохо от бомбящего мой мозг ощущения, что этот чертов "боинг" вот-вот сорвётся в пропасть. И бездна, которая погребёт меня, будет состоять из коньяка соседа и запаха его дезодоранта.