Разливать еду Майка умела. Ловко поделила мясо, легко решив вопрос с третьим куском, просто положила в отдельную миску, и разломала, помогая себе ложками. Долила миски мужчин похлебкой, после наполнила и свою миску, и, поставив неподалеку от Костика, застыла в ожидании.
- Поломай лепешки, возьми себе кусок и садись, - тихо скомандовал знахарь, придвигая себе миску, - потом разложишь кашу.
- Там рагу, - почти прошептала Майка, скромно присаживаясь на скамейку, но знахарь услышал.
- Вот потому их и зовут упрямыми, - макая в суп кусочек серой, довольно черствой лепешки, тихо пояснил он Костику.
Однако Костик считал иначе.
- По сути - она права, - возразил так же тихо, - а вдруг я не ем рагу? И оставлю место для каши?
- Не с твоей комплекцией оставлять в миске еду, - знахарь искоса глянул на парня и снова заработал ложкой.
- Но и желудок растягивать не стоит, - возвращаться в то, ужасающее его самого, тело, Костик не желал категорически.
- Можем забрать рагу с собой, - доев похлебку, решил знахарь, - мне тоже супа хватило наесться.
- А горшок? - разглядывая кривобокого уродца, дальнего родственника тех горшков, в каких бабушки продают на рынке цветы, Конс понимал, что дорого стоить он не может… но ведь у них и этого нет?!
- Попробуй сыграть… - подумав, чуть насмешливо предложил знахарь, - у тебя неплохо получалось. И мелодия новая… может, на горшок заработаешь.
Жаль только, что петь он практически не умеет, вздохнул Костик. Хотя музыкальный слух был идеальный, стоило парню запеть, как он сам ощущал, что-то першит в горле, не давая звукам вырваться и свободно лететь вслед за мелодией.
Да и хорошо, что не умеет, прикинув, что такое он мог бы спеть этим неторопливо жующим людям, понял вдруг Костик. Одну из песен Тэм, которые он почти все знает наизусть? А где гарантия, что поймут правильно и не потащат казнить? Кто знает, на что аллергия у местных жителей, а особенно, у местной власти?
Нет, никаких песен, только мелодия и только простая, веселая. Лучше что-нибудь народное, типа калинки. Или валенок.
Костик, наконец, решился, взял в руки банджо-балалайку и тронул струны, кажется, ему или, в самом деле, они звучат сегодня более звонко и глубоко?
Сами собой выбрались коробейники, начало показалось более ярким. Пустые углы харчевни неожиданно отозвались на звон струн, акустика помещения оказалось довольно сносной.
Конс проиграл песенку два раза подряд, пытаясь сообразить, как в этом мире принято намекать, что труд музыканта положено оплачивать? Дома один из его одноклассников ходил на автобусную остановку и клал перед собой старенькую бейсболку, но тут могли не понять такого жеста. Да и шапки у Конса не было.
- А печальное - можешь? - остановившийся перед столом хозяин с любопытством разглядывал необычного клиента.
Костик кивнул и перешел на лучинушку, стараясь затягивать паузы.
Хозяин сидел напротив, слушал, хмурился… а потом достал из-за пазухи кошель и вынул оттуда монету.
- Держи… и это… сейчас курицу принесут.
- А мы хотели рагу забрать, - поняв, что наткнулся на ценителя, скромно потупился Костик, - позже, в дороге перекусить.
- Сделай, - кивнул низкорослому подавальщику хозяин, - да бутыль с квасом не забудь.
Костик отлично понял, что за такую щедрость придется сыграть еще что-нибудь, но ни капли не расстроился, замаячившая перед ним возможность заработка окрыляла.
Просто склонился к мандолино-гитаре и тронул струны.
- Ехать пора, - слегка виновато сообщил хутамщик через полчаса, останавливаясь рядом с их столом, - а то к переправе опоздаем.
- Идем, - кивнул Авронос, и Костя решительно поднялся следом за ним.
Похоже, он не прогадал с первым желанием, понял парень, когда один из обедающих подошел и высыпал ему в ладонь несколько разномастных монет.
- Спасибо, - слегка растерянно пробормотал Конс, высыпая монеты в приятно потяжелевший карман, и сделал в памяти зарубочку, узнать у знахаря, как тут считают деньги и как хранят… в родном мире карманники его не трогали.
Третий пассажир уже сидел на своем месте, пресыщено ковыряя в зубах щепочкой. Лениво проследил взглядом за тем, как забрались в корзину спутники, как юркнула следом и уселась Майка. И изумленно приподнял бровь, увидев как хутамщик, прежде чем залезть, просовывает в дверцу и ставит рядом с рабыней повязанную куском полотна увесистую плетенку.
- Вы, я вижу, времени даром не теряли, - хмыкнул он, изучающе разглядывая спутников, - неужели нашли желающих на таджерку?
Костика неприятно резануло это предположение, но ответить резкостью парень не успел. В бок ему предупреждающе уперся палец знахаря, и повернув в удивлении голову, Конс увидел уже знакомое подмигивание.
- Шутите, господин Хадзони?! Там и обедало-то всего человек пять, - небрежно хмыкнул Авронос, устраиваясь поудобнее, - нет, это хозяин оказался любителем дейнэ. Ну, вот и расплатился горшком с рагу. Давайте немного вздремнем после обеда… дорога тут ровная.
Последние слова явно были вежливым предложением помолчать, и Хадзони отлично это понял, пожелал приятного отдыха и тоже заворочался в подушках.
Вскоре они честно посапывали, а Костик ломал голову, почему Авронос не захотел рассказывать соседу про его успехи? С одной стороны, до сих пор лекарь делал ему только добро, и не верить ему не было причины. Зато с другой, как всегда говорила мама, если люди ни с того, ни с сего делают тебе добро - значит, им что-то от тебя нужно.
Но ведь и этот, Хадзони, тоже уступил свой обед… или ему было все равно не жалко? Костик терялся в догадках и размышлениях, он они уже не были такими черными как до обеда, теперь он знал, что заработать сможет… вот только сколько дней можно зарабатывать на одном месте? И сколько стоит переезд? Окупится ли мотание по селам и городам его заработком?
А ведь нужно заработать денег на обратную дорогу в свой мир. Судя по тому, что оплативших дорогу в храме было всего двое, не такое это и дешевое удовольствие. Как Костик успел понять, большинство из тех, кто свалился в яму, специально откопанную на месте выхода из портала, чтоб никто не увильнул, перемещались в долг, с последующей отработкой. Или были чьими-то работниками, и даже рабами. Их забирали специально ожидавшие конвоиры.
- Вставай, - тряс кто-то Костика, - переправа!
Парень встрепенулся и торопливо полез из кибитки. Майка с корзинкой уже стояла на деревянном причале, к которому был привязан большой плот. Вокруг топталось около десятка хутамов, и возчики торопливо таскали снятые с их спин узлы, мешки, бочки и корзины.
Пассажиры гуляли по берегу, приценивались к разложенным на прибрежных камнях товарам, подкреплялись купленными тут же пирожками и жареной рыбой.
- Пойдем, погуляем, - кивнул в сторону неказистого сарайчика Авронос, - потом рабыню отпустишь.
Еще не совсем проснувшийся Костик безропотно потопал за ним, и понял, зачем лекарь увел его в сторону, только когда тот осмотрелся и тихо прошептал:
- Не играй больше, потом все объясню, как на ночлег устроимся, - а сейчас купи мешок и спрячь дейнэ, а то народ приставать начнет…
- Я же местные деньги не понимаю! - Вспомнил парень свои намерения спросить насчет денег, - и как их хранить - не знаю.
- Нужно купить кошель и носить на шее… а лучше - отдай на хранение рабыне. Не бойся, она сбежать не может, и тратить без разрешения не станет… всё, пойдем.
- Иди, погуляй, - приказал Майке Конс, вернувшись на пристань, - потом пойдешь, купишь мешок для дейнэ.
Девчонка только на миг вскинула на него глаза, тут же покорно опустила ресницы и пошла в сторону женского сарая.
А Костик замер, чувствуя, что от стыда начинают гореть уши. Как быстро он привык, что у него есть рабыня…
Для пассажиров в центре плота был устроено что-то вроде верхней палубы, приподнятой над полом на высоту около полутора метров. Над ней был натянут навес, бока и вход так же, как в повозке, защищены сеткой. Видимо, туземцы очень не любили насекомых… или это насекомые не любили туземцев?
На плоту важных пассажиров было больше, человек десять, и едва величавый, как капитан круизного лайнера, плотогон разрешил посадку, все они устремились к лесенке, торопясь занять места в самом дальнем углу. Наверное, в этом был какой-то смысл, только Костик не хотел в него вникать. Новый мир нравился ему все меньше, по мере того, как парень узнавал его ближе. И хотя пока он не обладал ни средствами, ни силой противиться обстоятельствам, но и копировать поведение аборигенов во всех мелочах не имел никакого желания.
Вот и оказался под навесом последним, не считая следовавшей за ним Майки и чьей-то рабыни. Устроившись на привычных уже подушках, обнаружил сидящего напротив лекаря.
Не захотел оставлять Конса без присмотра?! Или случайно так получилось, как узнать?!
- Давайте перекусим, - спокойно предложил Авронос, - а то на середине реки будет качать.
Костик и сам хотел это предложить, за четыре часа суп превратился в воспоминание, но никак не мог придумать повод.
- Май, - обернулся к сидящей почти рядом девчонке, - организуй.
Убедился, что рабыня неплохо разбирается в местных ценах и порядках, когда девчонка принесла с рынка не только мешок и завязки, но и кусок мягкой кошмы, замотать инструмент.
- Она что, провинилась? - небрежно поинтересовался лекарь, однако произнес это тихо и почти в самое ухо парня.
- С чего ты взял?
- А почему ты сократил имя? Так делают, только когда недовольны рабами.