- Что это? - спросила она.
- Крест Сан-Эстабана.
- Один крест? На вершине?
- Нет, там большой монастырь. Закрытый орден.
Деревня Сан-Эстабан лежала у подножья горы, в тени монастырских стен. Знак на перекрестке в центре указал наконец-то на Кала Фуэрте - раньше таких знаков Селина не видела. Тони свернул направо, на дорогу, спускавшуюся с горы между оливковыми рощами, лужайками, поросшими кактусами, и купами благоухающих эвкалиптов. Берег впереди казался обнесенным сплошной стеной пиний, но, когда они приблизились, Селина разглядела за деревьями отдельные белые домики в садах, где росли ярко-розовые, голубые и алые цветы.
- Это Кала Фуэрте?
- Si.
- Непохожа на другие деревни.
- Да, это курорт. У многих здесь свои виллы, люди приезжают на все лето. Не знали? В жаркое время тут полно туристов из Мадрида и Барселоны.
- Понятно.
Они въехали под прохладную, пахнущую смолой сень пиний. Миновали ферму, оглашаемую писком цыплят, несколько домов, винный погребок; затем дорога уперлась в маленькую площадь, посреди которой одиноко торчала раскидистая пиния. На площади находилась лавка; перед ней были навалены груды овощей, а в витрине выставлены сандалии на веревочной подошве, фотопленки, соломенные шляпы и открытки. Напротив красовался оштукатуренный белый дом в затейливом марокканском стиле; перед домом на вымощенной плитами террасе стояли столики и стулья. Вывеска над дверью гласила: "Гостиница Кала Фуэрте". Тони затормозил под деревом и выключил мотор. Пыль осела; воцарилась тишина.
- Приехали, - сказал Тони и вылез из машины.
Селина тоже вышла. Лицо ей обвеял ласковый бриз. На площади почти никого не было - только какая-то женщина, вероятно владелица лавки, накладывала картошку из корзины в бумажный пакет, да несколько ребятишек играли с собакой. На террасе перед гостиницей сидела супружеская чета в кардиганах домашней вязки - явно англичане; оба сосредоточенно писали открытки. Они посмотрели на Селину, узнали в ней свою соотечественницу и поспешно отвели глаза.
Селина следом за Тони вошла в гостиницу. За занавеской из колечек был бар, чистенький и прохладный, с побеленными стенами, коврами на каменном полу и простой деревянной лестницей, ведущей на второй этаж. Из двери под лестницей, по-видимому, можно было попасть в заднюю половину гостиницы. Смуглая девушка невозмутимо гоняла метелкой пыль из угла в угол.
Подняв глаза, она улыбнулась:
- Buenos dias.
- Donde esta el proprietario?
Девушка отставила метлу.
- Momento, - сказала она и, бесшумно ступая босыми ногами, исчезла за дверью под лестницей. Дверь захлопнулась. Тони взгромоздился на высокий табурет у стойки бара. Вскоре дверь отворилась и появился мужчина. Нестарый, небольшого роста, с бородой и добрыми, слегка навыкате глазами. На нем была белая рубашка и темные подпоясанные ремнем брюки; на ногах - синие эспадрильо.
- Buenos dias, - сказал он, переводя взгляд с Тони на Селину и обратно.
Селина быстро спросила:
- Вы говорите по-английски?
- Si, señorita.
- Простите за беспокойство, но я ищу одного человека. Мистера Джорджа Даера.
- Да?
- Вы его знаете?
Он улыбнулся и всплеснул руками.
- Еще бы! Вы ищете Джорджа? А он знает, что вы его ищете?
- Нет. Откуда?
- Вы же могли ему сообщить.
- Это сюрприз, - сказала Селина, постаравшись, чтобы ее слова прозвучали шутливо.
Бородач, похоже, был заинтригован.
- Вы откуда приехали?
- Из Лондона. А сейчас прямо из аэропорта. - Селина указала на Тони, угрюмо прислушивавшегося к разговору: казалось, ему не нравится, что инициатива уплывает у него из рук. - Этот человек привез меня на такси.
- Я не видел Джорджа со вчерашнего дня. Он уехал в Сан-Антонио.
- А мы только что оттуда!
- Возможно, он уже дома. Но точно сказать боюсь. Я не заметил, чтобы он возвращался. - Бородач усмехнулся. - Никогда нельзя знать, не отправился ли он в долгое путешествие.
Тони прочистил глотку и слез с табурета.
- Где можно его найти?
Хозяин пожал плечами.
- Если он в Кала Фуэрте, ищите в Каса Барко.
- А как найти Каса Барко? - Бородач нахмурился, и Тони, почувствовав, что тот недоволен, пояснил: - Мы должны обязательно разыскать сеньора Даера, иначе мне не заплатят. У сеньориты нет денег...
Подавив гнев, Селина сказала:
- Да... к сожалению, это так. Может, вы объясните нам, как добраться до Каса Барко?
- Это слишком сложно. Сами вы не найдете. Хотя... - добавил он, - я попрошу кого-нибудь вас проводить.
- Вы очень любезны... Спасибо большое, мистер... простите, не знаю вашего имени.
- Рудольфо. Безо всякого мистера - просто Рудольфо. Если вы минуточку подождете, я попытаюсь что-нибудь для вас сделать.
Он вышел из бара, пересек площадь и скрылся в лавке напротив гостиницы. Тони снова взгромоздился на табурет, который был явно мал для его огромной туши; настроение его портилось с каждой минутой. Селина сама начала нервничать. Чтобы умиротворить Тони, она сказала:
- Вы столько для меня сделали, а я заставляю вас терять время...
- Еще неизвестно, застанем ли мы мистера Даера в Каса Барко. Они не уверены, что он вернулся из Сан-Антонио.
- Если его там нет, можно будет подождать...
Этого говорить как раз и не следовало.
- Я не могу ждать. Я - человек рабочий. Для меня время - деньги.
- Да, конечно. Я понимаю.
Тони хмыкнул, словно желая показать, что вряд ли она способна это понять, и отвернулся - надувшийся, похожий на обиженного школьника-переростка. Когда вернулся Рудольфо, Селина почувствовала облегчение. Рудольфо договорился с сыном владелицы бакалейной лавки: тот покажет дорогу в Каса Барко. Ему все равно нужно отвезти сеньору Даеру продукты. Если они не против, машина может ехать за его велосипедом.
- Ну конечно, лучше не придумаешь! - Селина повернулась к Тони и сказала с напускной веселостью: - Мистер Даер с вами расплатится, и вы сразу поедете обратно в Сан-Антонио.
Тони не выказал особой радости, однако слез с табурета и вышел вслед за Селиной на площадь. Около такси уже стоял худощавый подросток с велосипедом. С руля свисали две огромные корзины; Селина по дороге видела такие у крестьян. Корзины были набиты небрежно упакованными свертками разных форм и размеров; сверху лежали длинные батоны хлеба, связка лука, торчало горлышко бутылки.
Рудольфо сказал:
- Это Томеу, сын Марии. Он вам покажет дорогу.
Томеу, как рыбка-пилот, покатил вниз по ухабистой дороге, повторявшей извивы береговой линии. Побережье острова было изрезано бухтами с переливчато-синей водой, среди скал виднелись прелестные белые виллы, садики с яркими цветами, солярии и вышки для прыжков в воду.
- Я бы с удовольствием здесь пожила, - сказала Селина, но не услышала ответа: настроение Тони явно не стало лучше.
Дорога, между тем, превратилась в тропу, петляющую между увитыми плющом оградами. Немного поднявшись в гору, она затем начала спускаться к последней, самой большой, бухте, где виднелась крошечная гавань с несколькими рыбачьими лодками; поодаль, на глубине, стояли на якоре яхты.
Тропа приводила к задам домов, где уже ждал опередивший машину Томеу. Увидев крышу такси над гребнем холма, он слез с велосипеда, прислонил его к стене и принялся сгружать корзины.
- Вот, наверное, и Каса Барко, - сказала Селина.
Дом оказался небольшим. Задняя побеленная стена была глухой, если не считать узенькой прорези оконца и закрытой зеленой двери, прячущейся в тени толстой черной пинии. Дорога в этом месте раздваивалась; вдоль обеих ее ветвей тоже стояли дома. Там и сям между ними были выбиты в камне спускающиеся к морю ступеньки. Картину дополняло развевающееся на веревках белье, развешенные для просушки сети и парочка умывающихся на припеке тощих котов; все это, вместе взятое, производило очень приятное впечатление.
Машина, подпрыгивая, преодолела последние несколько ярдов. Тони понуро размышлял о том, что развернуться будет негде, что его такси не приспособлено для езды по таким кошмарным дорогам и что надо будет за каждую царапину потребовать дополнительную оплату.
Селина напряженно прислушалась. Томеу открыл зеленую дверь и, волоча свои тяжеленные корзины, скрылся в доме.
- Такси резко затормозило, и Селина выскочила наружу.
- Я попробую развернуться и приду за деньгами, - сказал Тони.
- Хорошо, - рассеянно ответила Селина, глядя на дверь. - Да, да, конечно.
Тони стремительно рванул с места - Селине, чтобы он на нее не наехал, пришлось отскочить в канаву. Как только такси скрылось из вида, она пересекла тропу и робко вошла в открытую дверь Каса Барко.
Снаружи дом казался маленьким, но, переступив порог, Селина очутилась в огромной, вероятно единственной, комнате с высоким потолком. Жалюзи на окнах были опущены, и внутри царил прохладный полумрак. Кухней, больше напоминавшей то ли бар, то ли корабельный камбуз, служила часть комнаты, отгороженная невысокой стойкой; там Селина увидела Томеу: стоя на коленях перед холодильником, мальчик вытаскивал из корзин и перекладывал в него продукты.
Когда Селина перегнулась через стойку, он поднял голову и улыбнулся.
- Сеньор Даер? - сказала Селина.
Томеу покачал головой:
- Нет aqui.