- Должны! Вы ж как-никак волшебники! Вы итак за гранью возможного! - вмешалась в их разговор неунывающая подруга, поглаживая наглую рыжую морду, распластавшуюся у нее на коленях. После адской муки, от которой я едва не сгорела, мне уже и самой слабо верилось в возможность светлого будущего. А Римма продолжала изображать наивную оптимистку. Она была убеждена, что мы сможем все - ведь мы маги! Но даже волшебники - это самые обычные люди. Сашка знал, что нам, толком не сведущим в волшебстве, не удастся даже потягаться с древней силой, которая во мне пробуждается. Его лицо сейчас четко это показывало. Погрузившись в мысли, он не мог скрывать эмоции. Друг подскочил с табуретки и стал ходить по комнате. Холодец слез с колен Риммы и преданно поглядывая на Сашку, вышагивал за ним следом, подняв хвост-трубой, и задрав морду, будто копировал мага. Мне стало смешно, но ухмылка расплывалась по физиономии как-то неумело. Заметив оскал на поникшей мине ведьмы, подруга-оборотниха нервно дернулась, а потом попыталась пальцами опустить уголки моих губ. Я одарила ее убийственным взглядом - больше сделать ничего не могла, потому как руки и ноги не функционировали.
Раздался противный, надрывный "мяу!" - Холодец поплатился за свою шутку целостностью хвоста, потому что Сашка совершенно не заметив кота, наступил на него. Холодец не нашел ничего умнее, чем вцепиться магу в ногу когтями и зубами - месть понимаешь ли! Сашка отскочил в сторону. И тут-то (после укуса моего кота) его посетила муза...
- Есть идея! Огромное количество энергии можно как из резервуара переложить еще на кого-нибудь! - глядя на домового хрустальными блестящими глазами, заговорил маг.
- Не выйдет! - Преломил на корню идею волшебника Василий. - В ней столько силищи, что та, которая до этого вливалась во все твои шарики, покажется мизерной! Или литром воды в пятилитровой банке сока.
Последняя фраза была как-то не к месту.
"Небось, ходил на собрание своих соплеменников и с коллегами бражки перепили! - подумала я. - Вот теперь о соке мечтает"
Я снова попыталась улыбнуться, и Римма в очередной раз злобно на меня покосилась.
- Ты представляешь, что доведется перенести тому несчастному! - продолжал Вася. - Это как минимум должен быть человек смертельно больной. Тогда магия сама решит, оставлять ему жизнь или отбирать... Но хуже не сделает.
Тут в дверном проеме объявилась мама.
- Может, хотите перекусить? - ее, конечно, интересовало, что мы делаем столько времени в закрытой душной комнате. О том, что со мной произошло, она даже не догадывалась - Сашка продуманно наложил на меня очень реалистичный мираж. Та - зачарованная - Дина вернулась домой улыбаясь, под ручку с друзьями, а не была перенесена под мышкой подруги, цепляясь носками кроссовок за порог, как это произошло на самом деле.
Очень живенький фантом, распластавшийся на кровати, растянул на своей физиономии мою ухмылку и ответил, что "спасибо, но мы не голодные". Мама купилась и оставила наше собрание клуба в покое. Тем вечером ничего путного никто не придумал.
16. Ты не сможешь!
Друзья мудро позволяли мне некоторое время проводить наедине с собственными мыслями. Точнее сказать, компаньоны закрывались у Сашки дома, колдуя над очередным графиком моей "болячки". Они листали всю возможную магическую литературу, пытаясь отыскать какое-нибудь заклятие или хоть что-то подобное. К сожалению, ничего лучше последней Сашкиной идеи по поводу передачи части силы кому-то другому не находили. А приемником моим в здравом уме становиться никто не хотел. Магия - это как новый и чужой орган. Может произойти и отторжение! Что грозит летальным исходом.
Но была и положительная сторона у происходящего. Саша и Римма стали лучше друг друга понимать. В лексиконе подруги появились новые слова-паразиты, перенятые у мага-компьютерщика. А он сам стал более привлекательно выглядеть. Друг один раз снял очки, приоделся, и я подумала, что придется ходить за Риммой с половой тряпкой по пятам, вытирая ее слюни. Оказывается, Александр мог быть вполне привлекательным, если хотел.
Я же могла только обращаться к звездам и молить Бога о помощи, исцелении...
- Ты в последнее время странной стала! - раздался рядом голос Андрюшки, когда мы оба стояли на улице после вечерней смены, собираясь расходиться по домам, и я преданно таращилась в небо. - То супер-пупер сексуальная, то замученная, то печальная, как сейчас, с улыбкой Моны-Лизы.
- Считай, что я хамелеон. Нельзя же все время быть одинаковой! - отшучивалась я.
- Тебя провести? - предложил свою компанию Андрей. Я знала, что совсем скоро лишусь его общества и, наверное, навсегда, поэтому радовалась каждому мгновению, проведенному с другом.
- Ты самый хороший и добрый человек, которого я знаю! - с примесью светлой тоски грядущего расставания сказал мне парень. - Даже в нашем аквариуме с пираньями под чуткими садизмами Жанны ты не превратилась в ее подобие. Ты была и остаешься хорошим человеком!
Я чуть не разрыдалась. Ничего не могла с собой поделать, поэтому повисла у товарища на шее, размазывая сопли и слезы по плечу друга.
- Дрюнь, ты такая сволочь! Ты меня бросаешь! - обижалась я.
- А ты тоже переходи работать на ТВ! - оживился он.
- Кем? - отстранилась я. - Уборщицей?
- Не хочешь, не надо! - рассмеялся Андрей. - Ладно, пока и до встречи в эфире!
Как только довольный прощанием диктор ушел, и вокруг меня никого не осталось, из тени подъезда отделилась фигура в светлом костюме. Рассмотрев пришельца, я воздела глаза к небу: вот и кончился приятный вечер. Сейчас начнется неприятный разговор, а потом и...
- Прогуляемся? - это было явно не предложение, скорее приказ обходительного убийцы.
- Если я скажу, что не хочу, это ведь все равно ничего не изменит? - на всякий случай уточнила я, глядя на красавчика. Подтверждая мои слова, он вскинул бровь и криво усмехнулся. Морально приготовившись ко всему возможному, а физически - создав пока сырое заклятие щита, чтобы активизировать в любую минуту, я пошла рядом со своим убийцей в сквер.
В темноте самого отдаленного уголка, где обычно тусили всякие отбросы общества, холодное мраморное лицо парня стало напоминать морду голодного хищника. В начале он немного помедлил, рассматривая, и явно прикидывая, как бы меня поэффектнее прикончить, а потом перешел к конкретным действиям, определившись с планом моего убийства. Я не позволила ему приблизиться к себе - пару раз запустила молниями, и все мимо. Парень не зря потратил неделю на продумывание мести. Он передвигался вокруг меня настолько быстро - появляясь то там, то здесь - что я стояла, не зная, чего ожидать, поэтому напряглась, перебирая в памяти все магические фокусы, которые только знала. Но ему слишком легко удалось меня обмануть: три скачка, удар по ногам и я рухнула на землю. А потом вампиру потребовалась доля секунды, чтобы сломать руку и, отпрыгнуть в сторону, ожидая реакции. Никто его не тронул, потому что от боли я забыла и о магии, и о том, что должна защищаться. Сидела на земле, придерживая целой рукой сломанную. За растерянность я тут же и поплатилась - две минуты, и красавец пускает кровь из вены на моей шее.
Сердце колотилось, как безумное, чувствуя того, кому по силам остановить его бег.
- Ты умрешь! Я больше не допущу ошибки! - пообещал он, начиная медленно высасывать из меня жизнь. Однако не учел того, что даже ведьмы не сдаются.
"Чтоб тебе было так же больно, как и мне!" - мысленно пожелала я и добавила уже вслух:
- Почувствуй мою боль! - слова, сказанные на эмоциональном подъеме, обычно действуют лучше любого заклинания, заученного наизусть, просчитанного и выверенного. Поверьте, даже обычному человеку под силу совершить чудо, если он сильно этого хочет. Ну, а ведьме не грешно желать!
То, что произошло сразу после брошенной мной фразы, шокировало не только меня, но и Смерть. У парня от ужаса расширились зрачки. Пытаясь преодолеть шок, он отпустил меня, отстранился, не зная за что хвататься: горло, сердце, или все же за меня?
Я свалилась на землю как мешок с песком. Рядом стоял красавчик, рассматривая меня испуганными большими глазами, будто пародируя меня, тяжело дышал. Прекрасно его понимаю, мне тоже было не сладко.
- Что ты сделала? - рявкнул он, пытаясь успокоить непослушный орган внутри.
- Неприятно?! - закрывая рану ладошкой, прохрипела я, чувствуя, что земля превращается в карусель и вертится все быстрее.
Он метнулся вихрем ко мне, встал рядом, обхватил ладонями мою голову, чтобы одним рывком прервать никчемную жизнь нахальной смертной. Я решила, что буду смотреть ему в глаза! Пусть запомнит этот момент! Хочу, чтобы он видел мое лицо каждую ночь и мучился! Вампир почему-то медлил.
Что-то изменилось, и я не смогла уловить момент, повлиявший на планы убийцы. Знаю только, что прикончить меня ему не позволила та самая береза, в которую я когда-то переливала свои силы. Когда моему убийце все же захотелось довершить начатое, деревце внезапно развернуло ветви и направило их прямо в лицо вампира, норовя исколоть глаза. Могу поспорить, что такого он еще не видел. И больше не увидел бы вообще ничего, если бы не ринулся на мою березку, аки дон Кихот на ветряную мельницу. Один взмах руки и тонкий стан хрупкого деревца превратился в щепки... Тогда я поняла еще одну интересную вещь: за все созданное волшебником, он чувствует не просто ответственность, а боль. Лично я ощущала, как силы жизни покидают мое создание. Она гибла...
Вампир посмотрел на меня, размышляя, как поступить дальше.