- Я думаю, что до тех пор, пока она была жива, отец Дрю надеялся, что жена вернется к нему. Но после ее смерти он резко изменился и стал совсем другим человеком.
- То есть?
- Он стал в точности таким же, каким сейчас вы видите Дрю, - улыбнулся виконт. - Сначала он впал в глубокую депрессию, и я всегда подозревал, что Дрю приходилось очень нелегко в то время, хотя он никогда и словом не упомянул об этом. Возможно, он вынужден был даже следить за тем, чтобы отец не покончил с собой.
- Бедный Дрю! - еле слышно пробормотала Бина.
- После того как герцог наконец примирился с судьбой, он совсем замкнулся в себе и проводил все свободное время за книгами.
- Совсем как Дрю! - вырвалось у Бины.
- Сначала Дрю совсем не был похож на отца. После школы мы с ним вместе учились в Оксфорде, и какое-то время он вел крайне беспорядочный образ жизни.
- Я не могу в это поверить!
- Тем не менее это правда, - заверил ее виконт. - Он много пил, играл в карты и, как и все остальные, волочился за женщинами.
У Бины от изумления перехватило дыхание. Этого она никак не ожидала услышать.
- Но он относился к женщинам не так, как я или остальные его друзья, - добавил виконт.
- Что вы имеете в виду? - спросила Бина.
- Точнее всего будет сказать, что он хотел причинить им боль, - ответил виконт. - Словно всякий раз, заставляя женщину страдать и плакать, он мстил этим своей матери.
- Это неудивительно!
- Отчасти я могу его понять, но не думаю, что ему от этого становилось легче.
- Конечно же, нет.
- В глубине души он очень добрый, великодушный и отзывчивый человек - он всегда был таким, - сказал виконт. - Но в тот период он был бесчувственным, безжалостным, а временами и просто жестоким!
- Должно быть, он невыносимо страдал в разлуке с матерью! - еле слышно прошептала Бина.
- Я думаю, когда она сбежала из дома, Дрю переживал это сильнее, чем любой другой на его месте, - объяснил виконт. - До того как это случилось, они были очень дружной, счастливой семьей.
- Но как она могла так поступить?
- Я и сам часто задавал себе этот вопрос, - ответил виконт. - Мне кажется, она стала чувствовать, что стареет, что молодость покидает ее. Она была похожа на красивую бабочку. Она любила жизнь, она хотела наслаждаться ею и боялась что-нибудь упустить.
- К тому же она была влюблена.
- Как я уже говорил, она была чересчур эмоциональной. Глядя на Дрю сейчас, вам будет трудно в это поверить, но он тоже способен на сильные переживания и глубокие чувства.
Бина отвернулась и посмотрела в сад.
- Я… я и не подозревала об этом.
- Откуда вам было знать? - произнес виконт. - Вы ведь не были знакомы с ним раньше, прежде чем он стал таким, как сейчас. Но в одном я совершенно уверен: то, что в течение стольких лет он живет затворником, подавляя все естественные чувства и стремления, вовсе не означает, что огонь в его душе погас. - Виконт сделал паузу, а потом пророчески произнес: - В один прекрасный день он снова разгорится ярким пламенем! - Бина молчала. Глядя на ее посерьезневшее лицо, освещенное яркими фонарями, виконт сказал: - Я всегда был убежден, что его теперешнее поведение просто игра. Под этой суровостью, чопорностью и невероятной сухостью скрывается настоящий Дрю, тот, с которым я вместе рос и которого так люблю.
- Хотелось бы знать, правда ли это?
- Я в этом уверен, - отозвался виконт. - Поэтому я так рад тому, что вы неожиданно появились в его жизни. Если кто-нибудь и может спасти его, так только вы!
- Но он ненавидит меня! - воскликнула Бина.
- А я очень сомневаюсь в этом, - сказал виконт. - Я подозреваю, что только благодаря вашим уговорам Дрю впервые за последние восемь лет согласился одеться соответственно своему положению в обществе! А что случилось с той мрачной черной одеждой, делавшей его похожим на гробовщика? - со смехом спросил виконт.
Бина не удержалась и тоже рассмеялась.
- Он расстался с ней только сегодня! - объяснила она. - Когда мы въехали в Париж, Дрю своим обликом скорее напоминал пресвитерианского священника!
- Что ж, по крайней мере, эта перемена уже является первым шагом в нужную сторону! - сказал виконт.
- Но вы еще не рассказали мне, каким образом беспутный и безжалостный к женщинам повеса превратился в сурового аскета, которого я повстречала в Шотландии.
- Это произошло уже после того, как мы вернулись из Оксфорда, - ответил виконт. - Мне кажется, только тогда он по-настоящему осознал, какое горе причинила его мать отцу.
- Наверное… это было ужасно для него, - согласилась Бина.
- Как я уже рассказывал вам, - продолжал виконт, - по характеру Дрю очень похож на отца, и мне кажется, старый герцог в отчаянии ухватился за него, потому что больше у него никого не осталось.
- Его можно понять.
- Так или иначе, вместо того чтобы поселиться в Лондоне, как большинство его друзей и сверстников, Дрю остался жить в Уорминстере.
- Вместе со своим отцом.
- Совершенно верно, - сказал виконт. - Дрю стал вести такой же образ жизни, как и его отец, и со временем превратился в его точную копию, что было неизбежно при данных обстоятельствах. Я как-то приехал погостить у них, и меня просто поразило, что они могли сидеть всю ночь до рассвета, обсуждая какие-то аспекты средневековой литературы, или в течение нескольких дней заниматься каким-нибудь несущественным хозяйственным вопросом, который вполне можно было предоставить решать управляющему. - Виконт заколебался, словно подыскивая слова. - У меня было такое ощущение, будто старый герцог намеренно старался заполнить жизнь разными мелочами, чтобы не думать о своих горестях.
- Это единственное, что ему оставалось, - заметила Бина.
- Если старому герцогу было уже нечего терять, то для Дрю такой образ жизни оказался просто губительным! - сказал виконт. - Он стал настолько похожим на отца, что это было уже не смешно. Он превратился в настоящего зануду, и большинство знакомых стали находить его общество просто невыносимым.
- Но у него все же остались какие-то друзья? - почти с мольбой в голосе спросила Бина.
- Я всегда буду ему верным другом, - сказал виконт. - Последние несколько лет я, как француз, не мог приезжать в Англию, но до войны я навещал его в Уорминстере и получал известия о нем от друзей, гостивших у меня в Париже, хотя большей частью они не могли сообщить мне ничего утешительного.
- Мне кажется, что ему не хватает трудностей, необходимости преодолевать препятствия, - сказала Бина. - Ему нужно, чтобы что-нибудь выбило его из привычной колеи.
- А в вашей хорошенькой головке немало здравого смысла, - заметил герцог.
Бина покраснела, а потом рассмеялась.
- Вы мне льстите!
- Я и вправду так думаю, - сказал виконт, - и, как я уже говорил в самом начале, я убежден, что вы единственная, кто может спасти Дрю.
- Сомневаюсь, - покачала головой Бина. - Но тем не менее я очень вам благодарна за то, что вы мне рассказали. До сих пор я никак не могла понять, как он мог стать таким.
Виконт вздохнул.
- Во Франции полагают, что во всех несчастьях всегда виновна женщина. Мы говорим: "Cherchez la femme", и большей частью оказываемся правы! - Он наклонился и взял Бину за руку. - Мы также верим в то, что боль, причиненную одной женщиной, поможет забыть другая! Все в ваших руках, Бина!
- Я сделаю все, что смогу, - ответила Бина. - Но мы с Дрю пробудем вместе очень недолго.
- Думаю, нам с вами следует приложить все усилия, чтобы уговорить Дрю подольше задержаться в Париже, - предложил виконт.
У Бины загорелись глаза.
- Вы считаете, у нас это получится? - спросила она. - Я столько всего хотела посмотреть! Париж - восхитительный, волшебный город, и люди здесь такие веселые и доброжелательные!
- Отрадно слышать это, - улыбнулся виконт. - Многие ваши соотечественники так часто поносят моих на чем свет стоит, что я рад для разнообразия услышать что-нибудь приятное. - Он поднес ее руку к губам. - Нам лучше пойти отыскать Дрю, не то он решит, что я имею виды на вас, - сказал виконт. - А мне не хотелось бы драться на дуэли со своим лучшим другом.
- Я думаю, ему будет безразлично, даже если вы заинтересуетесь мною, - тихо пробормотала Бина. - Мне кажется, он будет рад избавиться от меня.
- Я в этом не уверен! - ответил виконт. - Но вам следует приложить все усилия, чтобы, если вы все же расстанетесь с ним, он скучал по вашему обществу больше, чем это кажется возможным в настоящий момент!
- В настоящий момент меня больше всего волнует, чтобы вы убедили его подольше остаться в Париже, - сказала Бина. - Пожалуйста! Попытайтесь уговорить его!
- Конечно же, я сделаю это, и не только ради вас, но и ради себя. Не могу передать вам, какое это для меня удовольствие - снова видеть Дрю и вспоминать нашу молодость и счастливые годы, проведенные вместе. - Он улыбнулся. - Я не рискнул бы рассказать вам, в какие переделки мы с ним попадали или какие строили планы на будущее. Но в то время никто из нас не предполагал, что между нашими странами начнется война.
- Война! - Бина вздрогнула. - Я подозреваю, что Дрю, когда мы разыщем его, будет как раз говорить о войне.
Они вернулись в дом и обнаружили, что Дрю стоит возле буфета и беседует с несколькими мужчинами. Когда они подошли поближе, Бина услышала, как кто-то упомянул Бонапарта, и поняла, что была права в своих предположениях.