Это заявление вызвало очередной негодующий взгляд, и нагараянин поспешил к отверстию лифта. Обезьяна издала возбужденный вопль, за которым последовало ворчание.
- Я не имею представления, что такое кебаб, - заметил Джейк, ни к кому конкретно не обращаясь, - но не думаю, что это понравится обезьяне.
Прежде чем Гарри успел ответить, Джейк увидел что-то за его спиной и простонал:
- Постояльцы…
- Проклятие, - пробормотал Гарри себе под нос и повернулся навстречу постояльцам, гадая, что он им скажет.
Это оказались три женщины. Гарри испытал легкий шок, узнав Кэтрин Маркс и Поппи Хатауэй, которые следовали за темноволосой девушкой, очевидно, Беатрикс. Спеша к лифту, она, казалось, готова была перешагнуть через любое препятствие.
Он преградил ей путь:
- Доброе утро, мисс. Боюсь, вам туда нельзя.
Она остановилась, устремив на него глаза того же ярко-голубого оттенка, как у ее сестры. Кэтрин Маркс взирала на него с каменным спокойствием, а Поппи слегка покраснела и перевела дыхание.
- Вы не знаете мою сестру, сэр, - сказала она. - Если бы поблизости имелось дикое животное, она непременно захотела бы посмотреть на него.
- Что заставляет вас думать, что в моем отеле водятся дикие животные? - осведомился Гарри с таким видом, словно подобное предположение было немыслимым.
Макака выбрала этот момент, чтобы издать радостный вопль.
Поппи усмехнулась. Несмотря на раздражение и вышедшую из-под контроля ситуацию, Гарри не смог не улыбнуться в ответ. Поппи показалась даже более изысканной, чем ему запомнилось, с темно-голубыми прозрачными глазами. В Лондоне было много красивых женщин, но ни одна из них не обладала таким сочетанием ума и слегка пылкого обаяния. Ему хотелось схватить ее в объятия и увлечь туда, где им никто не помешает.
Овладев своим лицом, Гарри напомнил себе, что, хотя они встречались накануне, предполагается, что они незнакомы. Он отвесил учтивый поклон:
- Гарри Ратледж, к вашим услугам.
- Я Беатрикс Хатауэй, - сказала младшая из девушек, - а это моя сестра Поппи и наша компаньонка мисс Маркс. В лифте для провизии находится обезьяна, не так ли? - Она произнесла это таким прозаическим тоном, словно пребывание экзотических животных в отеле было обычным делом.
- Да, но…
- Так вы ее никогда не поймаете, - перебила его Беатрикс.
Гарри, которого никогда никто не перебивал, обнаружил, что подавляет очередную улыбку.
- Уверяю вас, ситуация под контролем, мисс…
- Вам нужна помощь, - заявила Беатрикс. - Я сейчас вернусь. Не делайте ничего, что могло бы расстроить обезьянку. И не пытайтесь тыкать в нее этой шпагой, вы можете уколоть ее случайно. - Без дальнейших церемоний она бросилась назад, в том направлении, откуда пришла.
- Вряд ли это будет случайно, - пробормотал Гарри.
Мисс Маркс растерянно смотрела вслед своей подопечной.
- Беатрикс, нельзя бегать по отелю, - окликнула ее она. - Остановись сейчас же!
- Думаю, у нее есть план, - заметила Поппи. - Вам лучше сходить за ней, мисс Маркс.
Компаньонка бросила на нее умоляющий взгляд:
- Пойдем вместе.
Но Поппи не шелохнулась.
- Я лучше подожду здесь, - отозвалась она с невинным видом.
- Но это неприлично… - Компаньонка перевела взгляд с убегающей Беатрикс на неподвижную Поппи. Решив, что Беатрикс представляет собой большую проблему, она пробормотала проклятие и кинулась следом за ней.
Гарри обнаружил, что он остался наедине с Поппи, которую, как и ее сестру, казалось, ничуть не встревожило присутствие макаки на чердаке. Они смотрели друг на друга, он - вооруженный шпагой, а она зонтиком.
Поппи скользнула взглядом по его белому фехтовальному костюму и, вместо того чтобы застенчиво молчать или изображать нервозность, как полагается молодой девушке, оставшейся без присмотра, завела разговор:
- Мой отец называл фехтование "физическими шахматами". Он восхищался этим видом спорта.
- Я пока еще учусь, - заметил Гарри.
- По методике моего отца, весь фокус в том, чтобы держать шпагу так, словно у вас в руке птица, - достаточно крепко, чтобы не дать ей упорхнуть, но не слишком крепко, чтобы не раздавить ее.
- Он давал вам уроки?
- О да, отец поддерживал увлечения всех своих дочерей к фехтованию. Он говорил, что не знает вида спорта, более подходящего для женщин.
- Пожалуй. Женщины отличаются гибкостью и проворством.
Поппи удрученно улыбнулась:
- Недостаточным, чтобы ускользнуть от вас.
Одной этой репликой ей удалось мягко подшутить над ними обоими.
Они стояли друг к другу ближе, чем вначале, хотя как это получилось, Гарри не знал. От нее исходил восхитительный запах: нежной кожи, духов и мыла. При воспоминании, какими мягкими были ее губы, ему так сильно захотелось повторить мгновение, что Гарри с трудом удержался от поцелуя. Он с изумлением отметил, что у него участилось дыхание.
- Сэр! - вывел его из задумчивости голос Валентайна. - Макака карабкается вверх по веревке.
- Там некуда двигаться, - резко отозвался Гарри. - Попытайтесь поднять лифт выше, чтобы поймать ее в ловушку под потолком.
- Вы пораните ее! - воскликнул нагараянин.
- Я могу только надеяться на это, - буркнул Гарри, раздраженный их вмешательством. Ему не хотелось вникать в планы поимки расшалившейся макаки. Ему хотелось остаться наедине с Поппи.
Прибыл Уильям Каллип с револьвером, который он держал с величайшей осторожностью.
- Мистер Ратледж, вот он.
- Спасибо. - Гарри протянул руку, чтобы взять револьвер, но в этом момент Поппи отпрянула назад, наткнувшись на него. Гарри схватил ее за предплечья и ощутил дрожь, пронзившую ее тело. Он осторожно повернул ее лицом к себе. Ее лицо побледнело, глаза расширились.
- В чем дело? - мягко спросил он. - Вы боитесь оружия?
Она кивнула, судорожно выдохнув.
Гарри поразила сила собственной реакции на ее испуг. Его просто захлестнуло желание защитить ее. Она все еще дрожала, упираясь ладонью в его грудь.
- Все в порядке, - произнес он. Он не мог вспомнить, когда кто-нибудь искал у него поддержки и утешения. Возможно, никогда. Ему хотелось притянуть ее к себе и утешить. Казалось, он всегда хотел и ждал этого, даже не догадываясь о своем тайном желании.
- Каллип, - негромко произнес он. - Забери револьвер, он не понадобится. Отнеси его назад.
- Слушаюсь, мистер Ратледж.
Поппи оставалась в убежище его рук, склонив голову. Ее ухо выглядело таким нежным. Запах ее духов дразнил его обоняние. Ему хотелось исследовать каждую частичку ее тела и обнимать ее, пока она не расслабится.
- Все в порядке, - снова сказал он, поглаживая ее по спине. - Он ушел. Мне жаль, что вы испугались.
- Нет, это мне жаль, что я… - Поппи отстранилась, залившись румянцем. - Обычно я не такая трусиха. Это от неожиданности. Дело в том, что давным-давно… - Она осеклась, пробормотав: - Я опять болтаю.
Гарри не хотелось, чтобы она замолкала. Все связанное с ней он находил бесконечно интересным, хотя и не смог объяснить почему.
- Расскажите мне, - негромко произнес он.
Поппи безнадежно махнула рукой и одарила его кислым взглядом, как бы говоря: я вас предупреждала.
- В детстве я обожала своего дядю Говарда, брата моего отца. У него не было жены и детей, и поэтому он уделял все свое внимание нам.
Ее губы тронула задумчивая улыбка.
- Дядя Говард был очень терпелив со мной. Моя болтовня доводила всех до безумия, но он всегда слушал меня с таким видом, будто располагал всем временем на свете. Как-то утром он приехал к нам с визитом. Отца не было дома, он отправился на охоту вместе с деревенскими жителями. Когда они показались вдалеке со связкой убитых птиц, мы с дядей Говардом вышли им навстречу. Вдруг чье-то ружье случайно выстрелило. Не знаю, как это произошло, то ли оно упало, то ли его неправильно несли… помню только звук выстрела, похожий на гром, и болевые ощущения в руке и плече. Я повернулась к дяде Говарду и увидела, что он медленно оседает на землю. Он был смертельно ранен, а в меня попали несколько дробинок.
Поппи помедлила, в ее глазах блеснули слезы.
- Он был весь в крови. Я бросилась к нему, приподняла его голову и спросила, что я должна сделать. В ответ он прошептал, что я должна всегда быть хорошей девочкой, чтобы мы встретились снова на небесах. - Она прочистила горло и коротко вздохнула. - Простите. Мне не следовало столько болтать…
- Нет, - возразил Гарри, переполненный непривычными эмоциями. - Я готов слушать вас весь день.
Она удивленно моргнула и нерешительно улыбнулась:
- Если не считать дядю Говарда, вы первый мужчина, которой говорит мне это.
Их прервали возгласы мужчин, собравшихся у лифта. Макака забралась еще выше.
- Дьявол, - пробормотал Гарри.
- Пожалуйста, подождите еще немного, - попросила Поппи. - Моя сестра умеет обращаться с животными. Она выманит обезьянку оттуда, не причинив ей вреда.
- Она имеет опыт обращения с приматами? - поинтересовался Гарри, не скрывая иронии.
Поппи на секунду задумалась.
- Лондонский сезон считается?
Гарри хмыкнул с искренним весельем, что случалось с ним не часто, заслужив удивленные взгляды Валентайна и Бримли.
Появилась Беатрикс, прижимавшая к себе большую банку, и поспешила к ним, не обращая внимания на недовольную мисс Маркс, которая следовала за ней по пятам.
- А вот и мы, - бодро сказала она.
- Наши конфеты? - поинтересовалась Поппи.
- Мы уже предлагали ей еду, мисс, - сказал Джейк Валентайн. - Она не берет.