Макалистер Энн - Дикая кошка стр 3.

- То, что у тебя есть бабушка и дедушка, которые любят тебя больше всего на свете, - очень убедительно пояснила бабушка.

Вот только у Кэт остались некоторые сомнения. В ее глазах любовь родителей, которых она потеряла, стоила намного больше. Но при этом она знала, что бабушка потеряла единственную дочку и зятя, да в придачу еще повесила себе на шею несговорчивого ребенка, как раз тогда, когда они с Уолтером собирались уйти на пенсию и заняться любимыми делами.

И все же Кэт старательно лелеяла свое горе и отчаяние, не желая никого к себе подпускать.

- Давай споем, - предложила бабушка, обнимая ее за плечи.

- Споем? - ужаснулась Кэт.

- Оперетта очень многому может нас научить, - кивнула бабушка, вытирая слезы.

Кэт не знала, что такое оперетта, но оттаивать не собиралась. Вот только бабушка тоже не собиралась сдаваться. Пусть у нее был и не лучший в мире голос, зато энтузиазма хватало с лихвой.

- Просвисти веселый мотив, - запела бабушка и поцеловала Кэт в нос, - улыбнись и подтянись.

Эта песенка так мало вязалась со всем случившимся, что Кэт невольно рассмеялась. И тогда бабушка обняла ее еще крепче, а потом Кэт прорвало, она поочередно всхлипывала и смеялась. Они тогда вместе всхлипывали и смеялись, и Кэт до сих пор чувствовала тепло бабушкиных рук в тот день. И теперь она хотела как можно скорее сама обнять бабушку.

- Все будет хорошо, - заверила она Мэгги утром по телефону. - И на этот раз мы не только споем, но и станцуем.

Кэт постаралась представить себе танцующую бабушку, и ей сразу же расхотелось плакать. Вот так-то лучше.

Бабушка оказалась права: чтобы тебе поверили, нужно говорить достаточно убедительно, особенно если пытаешься убедить саму себя.

А песенки ей всегда помогали. Напевая "Просвистим веселый мотив", она завела друзей в новой школе и отряде скаутов, "Покорим любую гору" помогала ей держаться в бассейне и готовить выступления в школе, а "Улыбнись" не оставляла ее все непростые подростковые годы.

Ну а в том, что с "Одним очаровательным вечером" все прошло не так гладко, стоит винить не песню, а мужчину. Она любила, но любила безответно, теперь урок усвоен.

Но все это в прошлом, теперь у нее есть Адам, который действительно хочет на ней жениться и зовет ее солнышком. Хотя порой Кэт кажется, что эта ее солнечность ему не слишком нравится.

Адам был банкиром, очень серьезным банкиром. Серьезность Кэт нравилась, да и работа в банке - не самое плохое занятие. Стабильный надежный мужчина, с которым можно, не опасаясь за свое будущее, завести семью.

А семью Кэт хотела больше всего на свете.

- Скоро мы будем дома, - заметила Кэт, обращаясь к проснувшемуся Базкомбе. Но сразу же приуныла, вспомнив, как когда-то считала, что снова поселится у бабушки, заведет семью и будет растить там детей.

Но теперь все изменилось. Она изменилась.

- Не ходи туда, - сама себе приказала Кэт.

Ведь стоит ей только прийти туда, как она сразу же станет думать о Янисе Савасе, краснеть и дрожать. Кэт захотелось прямо сейчас развернуться и поехать в Сан-Франциско, ведь последние три года ей удавалось держаться от него подальше.

Вот только на этот раз убежать не получится, ведь бабушка на нее рассчитывает. Она - взрослая женщина, так что пора забыть о всяких глупостях и песенках и вести себя соответственно.

Кэт включила радио, выбрав самую тяжелую музыку, какую только смогла найти. Обычно, собираясь к бабушке в гости, она старалась выбрать такое время, когда его не будет в городе, а еще лучше - в стране.

Вот только сейчас ей вряд ли повезет.

Бабушка сказала, что Янис отвез ее в больницу, недаром же она не могла на него нахвалиться. А еще она сказала, что пока он обо все позаботится. Вот только уточнять, что именно под этим подразумевается, бабушка не стала.

- Я знаю, что ты ему обязательно поможешь, - убежденно сказала бабушка.

От этих слов у Кэт по коже побежали мурашки. Помочь Янису? Это вряд ли.

Что бы там ни было, она сама со всем отлично справится, так чтобы ей не пришлось с ним лишний раз встречаться. Для них обоих это будет лучший выход.

- Я сказала Янису, что ты ему обязательно поможешь, - твердо повторила бабушка, не дождавшись от Кэт ответа.

Решив, что не стоит говорить восьмидесятипятилетней женщине, лежащей в больнице, то, что она действительно думает о таком предложении, Кэт выдавила из себя парочку нечленораздельных звуков, которые при желании можно было принять за согласие.

- А он не мог остаться и проследить, что у тебя есть все необходимое?

- Он только вчера вечером прилетел из Малайзии. Он очень устал, и ему нужно отдохнуть.

В ответ Кэт лишь фыркнула. Она, конечно, знала, что Янис работает, вот только куда чаще ей доводилось видеть, как он обхаживает женщин, втирает им в спину крем для загара, целует, заставляет в себя влюбиться.

А потом переходит к следующей.

Кэт судорожно сжала руль.

Бедный Янис, при таком образе жизни легко устать, вот только даже если он отправился сразу в кровать, то точно не для того, чтобы поспать.

Кэт наконец-то добралась до бабушкиного дома и заметила, что свет горит лишь в ее гостиной. Что ж, мистер Савас потрудился включить для нее свет.

Очень любезно с его стороны.

Кэт вылезла из машины и потянулась, отметив, что в этой непривычной тишине можно различить плеск волн. Потом достала кошек и отнесла их в бабушкины комнаты, потом вернулась за чемоданом и, во второй раз поднимаясь по лестнице, задумалась о том, скоро ли бабушка снова сможет по ней ходить.

И сможет ли вообще ходить.

Вот только об этом ей думать опять-таки не хотелось.

Кэт наконец-то дотащила чемодан, и кошки сразу же начали тереться ей об ноги и мяукать, выпрашивая ужин.

Кэт выудила из чемодана миски и консервы, а потом заполнила лоток, который бабушка специально завела для ее любимцев. Она как раз успела с ним закончить, когда Хакс и Баз пришли за добавкой.

- Нет уж, придется вам подождать до завтра, а пока отправляйтесь спать.

Кошки продолжали мурлыкать, но Кэт больше не обращала на них внимания. Она слишком устала и уже ничего не соображала.

Ладно, во всем плохом есть что-то хорошее, раз уж бабушка оказалась в больнице, то сегодня ей не придется спать на диване.

Кэт пошла в ванную, сняла с себя все, кроме футболки и белья, потому что у нее уже не было сил искать ночную рубашку, почистила зубы, полюбовалась покрасневшими глазами и, судорожно зевая и пытаясь не заснуть на ходу, пошла в спальню, включила свет…

И замерла на месте.

Янис, с ребенком в обнимку, крепко спал на бабушкиной постели.

Глава 2

- Янис!

Услышав собственное имя, выкрикнутое недовольным женским голосом, Янис резко проснулся и сразу же прикрыл глаза рукой от слепящего света лампы. А потом попробовал сесть и понять, где же, собственно говоря, находится. Опустив руку, Янис первым делом заметил спящего у него на груди младенца и Кэтриону Маклин, в изумлении застывшую на пороге в одном нижнем белье.

Янис тоже застыл в изумлении, ослепленный как ярким светом, так и прекрасной картиной.

- Выключи этот чертов свет, - приказал Янис, придерживая рукой завозившегося Гарри и немного сожалея, что не удастся и дальше наслаждаться этим отличным видом.

- Что? - Кэт и не подумала сдвинуться с места.

- Женщина, выключи яркий свет, - повторил Янис. Он и сам бы это сделал, но не хотел шевелиться, чтобы не потревожить Гарри. - Если ты, конечно, не хочешь, чтобы он снова заорал.

Янису хватило трехчасового концерта, и без продолжения он прекрасно обошелся бы.

И даже после того, как ему удалось немного успокоить малыша, Гарри еще очень долго тихонько всхлипывал, заставляя Яниса чувствовать острые приступы вины, хотя он-то не был ни в чем виноват. В отличие от некоторых.

А теперь Гарри наконец-то окончательно уснул, и просто так разбудить его Янис никому не позволит. Он уже подумывал о том, чтобы самому аккуратно подняться и выключить свет, когда Кэт наконец-то сделала то, что от нее требовалось. Свет погас, но Янис все еще мог различить ее роскошные формы в дверном проеме.

- Что ты делаешь в бабушкиной спальне?

А разве это не очевидно?

- Догадайся, а пока будешь гадать, потрудись закрыть за собой дверь. Как только он снова уснет, я уйду.

- А-а-а… - нечленораздельно протянула Кэт, но все-таки ушла.

Янис с радостью бы повернулся на другой бок и снова заснул, пусть даже не мог забыть соблазнительные изгибы Кэт.

Ведь Кэт обязательно вернется и тогда наверняка разбудит Гарри. И пусть отчасти Янис и хотел бы спихнуть на Кэт отчаянно вопившего ребенка, но где-то в глубине души понимал, что Гарри не заслужил такого отношения.

Янис вздохнул и, аккуратно придерживая малыша, перекатился на бок. Гарри слегка засопел, и Янис сразу же неподвижно замер.

А тут еще дверь немного приоткрылась, и Кэт шепотом спросила:

- И как?

- Проваливай! - сквозь зубы выдохнул Янис и, убедившись, что Гарри снова крепко спит, начал осторожно подниматься, как вдруг что-то непонятное плюхнулось на кровать.

- Что за…

Пушистая морда ткнулась ему в плечо, и Янис на ощупь определил, что она принадлежит кошке. Но откуда здесь взялась кошка?

А, черт. Теперь он вспомнил. Двигаясь все так же осторожно, Янис наконец встал, сгреб кошку в охапку и направился к двери.