- Только потому, что Хьюстон не знал о вагонах "Кроникл". Должно быть, их прицепили к поезду в Шайенне, Если бы он знал… - Хэппи понизил голос, предоставляя Оби самому сделать вывод. Убедившись, что приятель разделяет его мнение, Хэппи указал на буфер между вагонами и произнес: - Разберемся с этой штукой, ладно?
Оби спрыгнул с площадки, обогнул ее и осторожно пробрался между вагонами. Муфта со штифтом, соединявшая вагоны, не поддавалась, и Оби пришлось помочь приятелю. Вместе они сумели вытащить штифт.
- Ничего не вышло, - заметил Оби.
- Здесь еще слишком пологий подъем, - объяснил Хэппи, - Подожди пару минут - вагоны начнут скатываться вниз, вот увидишь. Прямо по склону. Дойдут до первого поворота, и… - Он не договорил и сделал выразительный жест ладонью, показывая, что случится с быстро катящимися вагонами на повороте дороги.
- Может, стоит помочь им? - усмехнулся Оби, снова пробрался под вагоном и убедился, что тот не стоит на тормозе. - Давай подтолкнем его. Иди сюда, навались.
В салоне под ногами Билла Крукшенка дрогнул пол. Он встревоженно вскинул голову:
- Вы слышали?
- Что? - спросил Джим.
Последовал еще один толчок, и на этот раз Билл зашатался сильнее.
- Черт побери, что происходит?
- Похоже, мы снова двинулись в путь, - невозмутимо предположил Пол. - Грабители исчезли, дорога свободна.
Джим Питерс оторвался от альбома и выглянул в окно. Снаружи было слишком темно, но Джиму понадобилось всего несколько секунд, чтобы уловить направление движения вагона.
- Да, мы двинулись, - бесстрастно произнес он. - Только в обратную сторону.
Посмотрев вслед вагонам, с каждой секундой катящимся все быстрее, Хэппи и Оби снова забрались в поезд и очутились в вагоне для эмигрантов. Ошеломленные иностранцы молча смотрели, как двое мужчин торопливо проходят через вагон.
- Воняет хуже, чем в свинарнике, - заметил Хэппи, оказавшись во втором вагоне. - И поживиться здесь нечем - что с них возьмешь! Даже если нам вздумается их обыскать, эта вонь прикончит нас быстрее, чем успеешь сказать "дама червей напекла кренделей".
- Держи ухо востро, - предупредил Оби своего на парника, открывая дверь в вагон второго класса. - От этих ребят можно ждать чего угодно.
Предупреждение Оби относилось не только к деньгам. Но ковбои, фермеры и рудокопы оказались на редкость послушными, увидев направленное на них ружье Натаниеля Хьюстона. Одного выстрела из такого оружия хватило бы, чтобы перерезать человека пополам. Пассажиры явно догадались, и свидетельством этого стала куча оружия у ног Хьюстона.
Хьюстон небрежно прислонился гибким телом к передней двери вагона и выглядел скорее пресытившимся, чем нетерпеливым. Только пронзительные черные глаза выдавали его напряжение. Его взгляд буквально пригвоздил к месту Хэппи и Оби, едва те вошли в вагон, - Хьюстон давал понять, что они задержались слишком долго.
- Осложнения, - пробормотал Хэппи, собирая отобранное у пассажиров оружие и выбрасывая его из окна вагона. Покончив с делом, он приподнял шляпу, издевательски приветствуя пассажиров, и пожелал им доброго вечера.
Прикрывая Хэппи и Оби, Хьюстон не опускал оружие, пока все трое не выбрались из вагона.
- Какие осложнения? - спросил он низким свистящим шепотом, отдавая ружье Оби и забирая у него карабин.
- Газетчики. К поезду были прицеплены четыре вагона "Кроникл".
- Были?
- Хэппи кивнул:
- Мы с Оби позаботились о них.
Помолчав с минуту, Хьюстон надвинул шляпу на лоб, убирая под нее упавшую прядь светлых волос. Ладно.
- Только одного не нашли, - признался Оби. - Он где-то в поезде. У игорного стола стоял пустой стул.
Как у всех парней из его банды, нижнюю половину лица Хьюстона скрывал платок. Но напрягшийся подбородок можно было различить даже под платком. Хьюстон мотнул головой в сторону вагона второго класса.
- Кто-нибудь из этих? - спросил он.
- Вряд ли, - ответил Оби.
- Значит, он в первом классе, - заключил Хьюстон. - Идем.
Дрю Бомон забавлялся вовсю. Еще полчаса назад он больше всего жаждал вернуться в салон и присоединиться к игре в покер. Но происходящее в вагоне первого класса оказалось настоящим развлечением. Мишель Деннехи разыгрывала комедию, а Дрю всегда был не прочь посмеяться. Особенно сейчас, когда надеялся получить тридцать долларов.
Остановка поезда вызвала у него лишь мимолетную досаду. Дрю перестал думать о ней, едва понял, что она означает более длительную карточную игру, а вместе с ней - больше шансов отыграться. Дрю разыскал Мишель, когда она покидала эмигрантский вагон, направляясь к врачу, в вагон первого класса. Узнав о том, что она задумала, Дрю тотчас смекнул и поспорил на тридцать долларов, что ей не уговорить врача покинуть удобный вагон первого класса и побывать в вонючем эмигрантском вагоне. От такого вызова Мишель не могла отказаться.
Дрю поднес ладонь к лицу, чтобы скрыть удовлетворенную усмешку. Мишель в первую же минуту разговора обнаружила, что врач чужд сострадания. Она уже вытащила из пучка волос оба карандаша и успела сломать один из них, нервно вертя его в руках. Смутившись явным свидетельством своего нетерпения, Мишель сунула второй карандаш в карман пальто. Дрю видел, как беспокойно она сжимает руку в кармане, пытаясь убедить врача.
- Это отнимет у вас всего несколько минут, - уверяла Мишель, пробуя другой подход. - Вы даже представить себе не можете, как нуждается в вашем совете Ханна Грубер.
Томас Гейнс избегал смотреть Мишель в глаза и сидел, уставившись в развернутую газету. Зашуршав страницами, он дал понять, что его отвлекают от чтения.
Шелест бумаги не убедил Мишель.
- Неужели вам совершенно чуждо западное гостеприимство?
- Я из Бостона, леди, и не нуждаюсь в наставлениях новоявленных благодетельниц - тем более таких, которые вдвое моложе меня.
- На две трети возраста моложе, - поправила Мишель. Старый упрямый козел! Действительно, своей белой вандейковской бородкой, длинными пушистыми волосами и узким лицом врач смахивал на козла. - У меня и в мыслях не было делать вам наставления, доктор Гейне, но разве клятва Гиппократа для вас ничего не значит?
Краем глаза Мишель заметила, как Дрю Бомон зашелся в судорогах смеха при виде ее нахальной выходки. Мишель метнула в его сторону гневный взгляд.
- Вы дерзкая, назойливая девчонка, и мне остается только посочувствовать вашему будущему мужу!
Мишель как раз собиралась дать гневную отповедь врачу, когда задняя дверь вагона распахнулась. Привлеченные стуком пассажиры моментально обернулись.
Впереди Хьюстона в вагон вплыл его карабин. За ним последовали Хэппи и Оби с оружием в руках. Хьюстон улыбнулся под платком, заметив ошеломленное лицо Мишель.
- Мам, - любезно произнес он, кивая ей, и прикоснулся указательным пальцем к стетсону, приветствуя остальных пассажиров. Но прежде чем он успел что-либо добавить, Мишель опомнилась.
- Это возмутительно! - выпалила она, выбираясь в проход и уставившись на грабителя поверх очков.
- Что именно, мэм? - осведомился Хьюстон. Впервые с момента остановки поезда он позволил себе позабавиться. В подобной работе бывало немало забавных случаев. Сначала - вагоны "Кроникл", теперь - возмущенная и чопорная учительница, которой не хватало здравого смысла, чтобы помолчать. Прежде чем войти в вагон, Хьюстон целую минуту наблюдал за этой женщиной через застекленную дверь. Очевидно, ее раздосадовал разговор с сидящим джентльменом, и Хьюстон с усмешкой подумал, что в его силах сейчас уладить недоразумение. - Вы что-то сказали, мэм, - напомнил он.
Мишель застыла под взглядом черных глаз, опушенных густыми ресницами и прикрытых полями черного стетсона. В уголках этих глаз появились морщинки и слегка углубились при виде ее изумленного выражения. Мишель догадалась, что грабитель насмехается над ней. Выпрямившись и стараясь не смотреть в пристальные черные глаза, Мишель заговорила:
- Я сказала, что это возмутительно. Вы ведь хотите ограбить нас?
- Именно поэтому мы и остановили поезд, - любезно ответил Хьюстон и махнул рукой Хэппи и Оби, приказывая им начать сбор денег и ценностей у пассажиров. - А вас, должно быть, что-то беспокоит?
Мишель заморгала, выдавая свое ошеломление.
- Теперь я понимаю: вы смеетесь надо мной. А я надеялась, что вы поймете, почему положение не кажется мне забавным. Разумеется, меня кое-что беспокоит - например, ваше преступление. И каждый порядочный человек в этом поезде думает точно так же.
Хьюстон вновь улыбнулся под платком:
- Но, похоже, из порядочных людей только у вас хватило смелости прямо заявить об этом.
- Мама всегда говорит, что я чертовски прямолинейна.
- Ваша мама права.
Мишель фыркнула, насмешливо изогнув губы:
- Похоже, я снова развеселила вас, пусть даже не преднамеренно. Полагаю, вас ничто не заставит прекратить это беззаконие?
- Да, - кивнул Хьюстон. - Полностью согласен с вами.
- Тогда… вы могли бы воспользоваться своим оружием ради доброй цели. Я пыталась убедить этого врача, что он должен осмотреть молодую женщину из эмигрантского вагона. По-видимому, мои доводы оказались недостаточно убедительными.
За спиной Хьюстона Хэппи Мак-Каллистер застыл, на время оторвавшись от своего занятия.
- Ушам не верю! - пробормотал он. - Эта девчонка уговорит и масло сползти с бутерброда!
Оби Лонг захихикал, согласно кивая головой. Он только что избавил покорного пассажира от бумажника и булавки с бриллиантом.