Всего за 19.99 руб. Купить полную версию
Зачем я не крал? Отчего вы все не презираете меня за то, что я не крал? Это было бы справедливо, и теперь я не был бы нищим!
Мария Васильевна(строго).Жан!
Телегин(волнуясь).Ваня, дружочек, не надо, не надо… я дрожу… Зачем портить хорошие отношения?(Целует его.)Не надо.
Войницкий.Двадцать пять лет я вот с этой матерью, как крот, сидел в четырех стенах… Все наши мысли и чувства принадлежали тебе одному. Днем мы говорили о тебе, о твоих работах, гордились тобою, с благоговением произносили твое имя; ночи мы губили на то, что читали журналы и книги, которые я теперь глубоко презираю!
Телегин.Не надо, Ваня, не надо… Не могу…
Серебряков(гневно).Не понимаю, что тебе нужно?
Войницкий.Ты для нас был существом высшего порядка, а твои статьи мы знали наизусть… Но теперь у меня открылись глаза! Я все вижу! Пишешь ты об искусстве, но ничего не понимаешь в искусстве! Все твои работы, которые я любил, не стоят гроша медного! Ты морочил нас!
Серебряков.Господа! Да уймите же его, наконец! Я уйду!
Елена Андреевна.Иван Петрович, я требую, чтобы вы замолчали! Слышите?
Войницкий.Не замолчу!(Загораживая Серебрякову дорогу.)Постой, я не кончил! Ты погубил мою жизнь! Я не жил, не жил! По твоей милости я истребил, уничтожил лучшие годы своей жизни! Ты мой злейший враг!
Телегин.Я не могу… не могу… Я уйду…(В сильном волнении уходит.)
Серебряков.Что ты хочешь от меня? И какое ты имеешь право говорить со мною таким тоном? Ничтожество! Если имение твое, то бери его, я не нуждаюсь в нем!
Елена Андреевна.Я сию же минуту уезжаю из этого ада!(Кричит.)Я не могу дольше выносить!
Войницкий.Пропала жизнь! Я талантлив, умен, смел… Если бы я жил нормально, то из меня мог бы выйти Шопенгауэр, Достоевский… Я зарапортовался! Я с ума схожу… Матушка, я в отчаянии! Матушка!
Мария Васильевна(строго).Слушайся Александра!
Соня(становится перед няней на колени и прижимается к ней).Нянечка! Нянечка!
Войницкий.Матушка! Что мне делать? Не нужно, не говорите! Я сам знаю, что мне делать!(Серебрякову.)Будешь ты меня помнить!(Уходит в среднюю дверь.)
Мария Васильевна идет за ним.
Серебряков.Господа, что же это такое, наконец? Уберите от меня этого сумасшедшего! Не могу я жить с ним под одной крышей! Живет тут(указывает на среднюю дверь), почти рядом со мною… Пусть перебирается в деревню, во флигель, или я переберусь отсюда, но оставаться с ним в одном доме я не могу…
Елена Андреевна(мужу).Мы сегодня уедем отсюда! Необходимо распорядиться сию же минуту.
Серебряков.Ничтожнейший человек!
Соня(стоя на коленях, оборачивается к отцу; нервно, сквозь слезы).Надо быть милосердным, папа! Я и дядя Ваня так несчастны!(Сдерживая отчаяние.)Надо быть милосердным! Вспомни, когда ты был помоложе, дядя Ваня и бабушка по ночам переводили для тебя книги, переписывали твои бумаги… все ночи, все ночи! Я и дядя Ваня работали без отдыха, боялись потратить на себя копейку и все посылали тебе… Мы не ели даром хлеба! Я говорю не то, не то я говорю, но ты должен понять нас, папа. Надо быть милосердным!
Елена Андреевна(взволнованная, мужу).Александр, ради бога объяснись с ним… Умоляю.
Серебряков.Хорошо, я объяснюсь с ним… Я ни в чем не обвиняю, я не сержусь, но, согласитесь, поведение его по меньшей мере странно. Извольте, я пойду к нему.(Уходит в среднюю дверь.)
Елена Андреевна.Будь с ним помягче, успокой его…(Уходит за ним.)
Соня(прижимаясь к няне).Нянечка! Нянечка!
Марина.Ничего, деточка. Погогочут гусаки — и перестанут… Погогочут — и перестанут…
Соня.Нянечка!
Марина(гладит ее по голове).Дрожишь, словно в мороз! Ну, ну, сиротка, бог милостив. Липового чайку или малинки, оно и пройдет… Не горюй, сиротка…(Глядя на среднюю дверь, с сердцем.