Всего за 134.9 руб. Купить полную версию
Есть в истории такие сюжеты, которые старательно обходят стороной не только западные политики, но и европейские историки. "Заговор молчания" окутал подлинную историю евроинтеграции в целом и возникновения Европейского Союза в частности. Все нынешние представления о механизмах и моделях формирования ЕС являются не более чем пропагандистской выдумкой, навязываемой нам из Брюсселя.
Прибегнув к анализу секретных и недоступных отечественному читателю документов, историк Андрей Васильченко с фактами на руках доказывает: идея формирования Европейского Союза возникла в недрах Третьего рейха. Более того, разработка "объединенной Европы" велась в мозговом центре самой зловещей в истории человечества организации – в главном управлении СС. Десятилетия спустя после крушения Третьего рейха жуткие планы были вновь извлечены на свет и стали поэтапно воплощаться в жизнь. Именно по этой причине в структурах ЕС столь равнодушно наблюдают за реабилитацией нацизма в Прибалтике и на Украине.
Данная книга позволяет дать ответ на животрепещущий вопрос: может ли быть нашим союзником объединение, созданное точь-в-точь по гитлеровским рецептам? Читателю предстоит узнать, когда и зачем на самом деле было запланировано создание Европейского Союза.
Содержание:
Предисловие 1
Глава 1. Евросоюз – детище СС? 4
Глава 2. "Объединенная Европа" в отблесках Сталинграда 6
Глава 3. А был ли антифашист? (К истории одного документа) 8
Глава 4. Европейское экономическое сообщество – наследие гитлеровского режима 9
Глава 5. "Четвертая евроинтеграция": путь агрессии и порабощения 11
Глава 6. "Добропорядочные европейцы", или Кто на самом деле придумал НАТО? 12
Глава 7. "Европейское сообщество" – предлог для реванша 13
Глава 8. Странная победительница 15
Глава 9. "Евросоюз" как лозунг коллаборационистов 18
Глава 10.Еврофашизм для Евросоюза 22
Глава 11. Фашистский ген для континента 25
Глава 12. Идеологические метания в замкнутом поле 26
Глава 13. Прототип Пан-Европы: от империи Наполеона к рейху Гитлера 30
Глава 14. Как оживают трупы 32
Глава 15. Другая Германия? 33
Глава 16. Язык мой – враг твой 37
Приложения 40
Список использованной литературы 49
Примечания 50
Андрей Васильченко
"Евросоюз" Гитлера
Предисловие
В октябре 2014 года в пригороде Парижа Ла-Целле-Сен-Клу у одного из супермаркетов притаилась группа молодых людей. Когда на улице появилась Марин Ле Пен, возглавляющая "Национальный фронт Франции", то в нее полетели камни. По свидетельствам очевидцев покушавшимся удалось несколько раз попасть в "цель". Злоумышленники дождались, пока Ле Пен сядет в свою машину, и начали кидать камни в автомобиль. Представительница "правых" не пострадала, но у машины есть некоторые повреждения, рассказали в полиции. "Трое или четверо молодых людей опросили местных жителей, чтобы убедиться, что это была на самом деле она", – сообщил анонимный источник в управлении правопорядка одному из французских изданий. Собственно, эту выходку можно было бы счесть простым хулиганством, если бы не ее очевидный политический подтекст. Марин Ле Пен в настоящий момент одна из самых популярных французских политиков, и она готовится помериться силами в борьбе за президентское кресло. В свою бытность аналогичную попытку предпринял ее отец, создатель "Национального фронта", ветеран десантных войск Жан Мари Ле Пен. В схватке за высший пост страны ему приходилось сходиться и с консерватором Жаком Шираком, и с социалистом Франсуа Миттераном. Обычно это противостояние изображали очень условно: с одной стороны – "фашист" Жан Ле Пен, с другой – "светоч демократии", сторонник евроинтеграции Франсуа Миттеран. Парадокс ситуации заключался в том, что в действительности всё было с точностью до наоборот. Жан Мари Ле Пен в годы Второй мировой войны стал сиротой. Будучи подростком, он примкнул к партизанскому движению и с оружием в руках сражался против немецких оккупантов. Уже после окончания мировой бойни он записался в десантные войска и пошел отстаивать интересы своей страны в Индокитае. Франсуа Миттеран, напротив, в ранней юности состоял во множестве фашистских организаций, в частности, был активистом "Французских волонтеров", поддерживал связи с ультрарадикальными "кагулярами". В годы оккупации он оказался в числе коллаборационистов, проще говоря, пособников немецких оккупантов. Он восхищался главой вишистского режима маршалом Петеном и даже заслужил от марионеточного правительства орден "Франциск Галлик", что было высшей наградой на территории оккупированной Франции. Впрочем, перед судом Франсуа Миттеран не предстал. Уличающие его документы исчезли в неизвестном направлении, а сам он убедительно озвучивал версию о своей помощи Сопротивлению, подтвердить которую, правда, почему-то никто не смог. Во всей этой путанице характеристик и понятий, когда сложно определить, кто же на самом деле является "фашистом", а кто – "антифашистом", линия политического водораздела проходит по степени одобрения евроинтеграционных процессов.
Еще в 1991 году Жан Мари Ле Пен заявил в своем интервью российской газете "День": "Я являюсь противником федеральной Европы, такой Европы, которая потребовала бы от европейских государств отказа от того, что является основой государственного суверенитета, – от национальной валюты, национальной армии, национальной дипломатии и т. д. Я против того, чтобы эти полномочия были бы переданы какой-то сверхнациональной инстанции, каким-то специальным органам власти. Тем более что уже сегодня совершенно очевидно, что такая сверхнациональная власть будет вне пределов досягаемости национального и государственного контроля отдельных европейских народов. Мы можем уже на примере НАТО убедиться, что будущее европейское правительство будет представлять собой лишь орган мондиалистской бюрократии и ничего больше".
Сейчас аналогичной позиции придерживается его дочь Марин Ле Пен, которая пошла по стопам своего отца и возглавила "Национальный фронт". Она не просто, а более чем противница евроинтеграции, так как полагает, что распад Евросоюза приведет к процветанию Европы. В одном из интервью она сказала: "Европейский союз, как и Советский Союз, не подлежит ремонту. Я хочу вернуть Европу к союзу суверенных государств". Надо отметить, что мнение Марин Ле Пен разделяют многие экономисты и политики. Председатель Европейского совета Херман ван Ромпей ранее выразил обеспокоенность в связи с усилением в странах Евросоюза позиций политиков-популистов, в том числе правого толка. Однако на самом деле реальную популярность набирают не конкретные политические или идеологические программы, а негативное отношение к Евросоюзу как централизованной системе. "Что такое Евросоюз? Это СССР в европейском масштабе! И так же, как СССР, проект ЕС потерпел политический и экономический крах!" – заявила Марин Ле Пен уже в другом интервью. В беседе с журналистом "Комсомольской правды" она пояснила: "В действительности ЕС задумывался как противовес США и новый политический игрок на геополитическом поле. Но американская модель интеграции – "плавильного котла" – не может быть применена в Европе. Экономически Евросоюз также потерпел катастрофу. У нас самый слабый экономический рост за последние десять лет! Евро, задуманный в качестве инструмента, финансирующего европейскую политическую целостность, не состоялся в качестве единой валюты, пригодной для всех. Есть такое выражение: костюм слишком мал для одних и слишком велик для других. Единственная страна, которой "костюм" евро пришелся впору, тютелька в тютельку, – это Германия. Она играет на валютном поле и постоянно выигрывает. К чему привело создание Евросоюза? К тому, что у европейских наций забрали суверенитет и шаг за шагом, постепенно передали его в руки технократам, которых никто не избирал и которые ни перед кем не отвечают! У нас псевдодемократия, при которой вы можете говорить, даже кричать, только вас никто не слышит".
Хотя, как показывают последние политические события, в Европе говорить всё, что думаешь, оказывается, нельзя. Более того – в ЕС собираются принять закон, предписывающий гражданам, что и как они должны не только говорить, но и думать. Такое не снилось ни доктору Геббельсу, ни Дж. Оруэллу, написавшему легендарную антиутопию "1984". В ближайшее время в Европе могут возникнуть не только ведомства по надзору за толерантностью граждан, но и специальные исправительные лагеря для "нетолерантной" молодежи. Введение тотального контроля за общественными настроениями будет сопровождаться жесточайшим запретом на любую критику гомосексуализма и феминизма. Все это могло бы показаться "страшилкой", если бы не было правдой: именно такие положения содержатся в рабочих документах Европарламента. Принятие "Европейского национального закона о пропаганде идеалов толерантности" грозит установлением тотального идеологического и мировоззренческого контроля над всей Европой. И если Марин Ле Пен сравнивает Евросоюз с Советским Союзом, то другие евроскептики всё чаще и чаще говорят о сходстве нынешней Европы с Третьим рейхом.