– Он не оставил ни единого следа, даже самого маленького – ни почерка, ни отпечатков пальцев, ничего! Только очень осторожный человек будет тратить столько времени на вырезание буковок и слов из газет и наклеивание их на листочки!
– Может, эти слова и буквы нам как-нибудь помогут? – Фатти пристально поглядел на записки. – Ведь газеты печатаются с двух сторон листа. А вдруг на обратной стороне найдется какая-нибудь подсказка? Похоже, этот человек использовал только одну газету: шрифт везде одинаковый.
– Но мы же все равно не сможем отклеить буквы от листочков, – возразила Бетси.
– Думаю, я мог бы это сделать, – сказал Фатти. – Работенка, конечно, муторная, да что поделаешь. У меня есть специальный препарат как раз для этой цели; правда, я им еще никогда не пользовался. Я и забыл о нем. Попробую заняться этим сегодня вечером. В любом случае, попытка не пытка.
– И конечно, мы обязательно должны разыскать этот дом под названием «Плющ», – добавила Дэйзи.
– Я внимательно просмотрел адресную книгу Питерсвуда, – уныло сообщил Фатти. – Да и Гун наверняка сделал то же самое. Но там нет ничего подходящего!
– А вдруг этот дом не в Питерсвуде, а в Марлоу? – спросила Дэйзи. – Там вполне может быть дом с таким названием.
– С таким же успехом он может оказаться и в Майденхеде, и в Таплоу, – вздохнул Фатти. – Но мы до скончания времен не сумеем просмотреть справочники всех окрестных городов!
– Надо же было этому человеку, который живет в «Плюще», выбрать фамилию Смит, – с досадой проговорил Пип. – Этих Смитов в Англии пруд пруди!
– Да. Я для начала поглядел в телефонном справочнике, – подтвердил Фатти. – Там Смитов целая страница, а ведь наш вполне может не иметь телефона – тогда его там нет. А даже если и есть – не можем же мы обзванивать всех Смитов в окрестностях и спрашивать, не скрывается ли кто из них под чужим именем!
– Нет, разумеется, нет, – согласился Пип.
– Ума не приложу, за что бы нам уцепиться для начала, – покачал головой Ларри. – Есть у тебя идеи, Фатти?
– Никаких, – ответил Фатти. – А у тебя, Эрн?
Эрн смутился.
– Ну… если у тебя нет идей, то откуда ж у меня-то они возьмутся? Ты ведь самый умный из всех нас, Фатти, и ты это прекрасно знаешь.
– Знаете что, давайте лучше выпьем лимонаду, – поднялся Фатти. – Кстати, Эрн, а как там твое стихотворение? Ты его принес?
– Гм… да, принес. – Эрн покраснел и, порывшись в карманах, вытащил маленькую черную записную книжку.
– Читай, – сказал Фатти, раздавая печенье. – Мы ждем, Эрн.
И Эрн с самым серьезным видом зачитал свое последнее «стихотворение», как он это называл.
С т а р ы й, с т а р ы й д о м
Сочинение Эрна Гуна
Вот этот бедный старый дом
Народом полон был.
Теперь он пуст и грустен, но
Со мной он говорил.
Сказал он: «Холод здесь царит,
Покинут я теперь.
Не видно в окнах огонька»…
Эрн умолк и поглядел на остальных.
– Продолжай, Эрн, это очень здорово, – подбодрил его Фатти.
– Здесь я застрял, – с несчастным видом признался Эрн. – На эти строчки у меня ушло полгода, но дальше никак не получается. Может, ты поможешь мне, Фатти? Ты так здорово сочиняешь стихи.
– Пожалуй, я мог бы дочитать твое стихотворение до конца, – улыбнулся Фатти. – Дай-ка я прочитаю, что у тебя уже написано, Эрн, а там, может быть, язык у меня развяжется и мы узнаем, какой у твоего стихотворения конец. Поехали!
И Фатти начал читать вслух стихотворение Эрна. Но он не остановился, дойдя до того места, где застрял Эрн, а спокойно продолжал читать дальше – как будто по писаному! Не удивительно, что Эрн уставился на него в необычайном изумлении!
Вот этот бедный старый дом
Народом полон был.
Теперь он пуст и грустен, но
Со мной он говорил.
Сказал он: «Холод здесь царит,
Покинут я теперь.
Не видно в окнах огонька,
Моя закрыта дверь.
Где дым из труб? Где запах роз?
Унынье и печаль!
И только плющ, зеленый плющ,
Укрыл меня, как шаль.
Ко мне давным-давно забыл
Дорогу почтальон,
И мир забыл, что я „Плющом“
Был прежде наречен.