В тот самый момент, когда он смеялся, стоя позади ограбленного дома, котенок весьма кстати выпрыгнул из кухонного окна и приземлился у его ног. Сейчас он самым дружелюбным образом общался с котенком Дейзи.
Кентон действительно удивился, не найдя в доме ничего из того, что живописал Гун.
– Даже тети не оказалось! – пожаловался он. – А мне так хотелось увидеть тетю! Вы уверены, мистер Гун, что вам все это не привиделось?
– Как мне могло привидеться, когда я, кроме котенка, никого не видел? Я же вам говорю: я их слышал, – возразил бедняга Гун, крайне удивленный, что он не слышит ни рычания, ни хрюканья, ни стонов и что они не обнаружили никого, кто мог бы издавать эти звуки.
– Ума не приложу, куда тетя могла деваться, – язвительно заметил Кентон.
– Да перестаньте вы без конца твердить о тете, – взорвался выведенный из терпения мистер Гун. – Никакой тети здесь не было. Просто человек все время повторял, что она ему нужна, только и всего. Я вам сколько раз уже объяснял.
Кентон был явно склонен обратить все в шутку, и это до такой степени рассердило Гуна, что он начал преувеличивать.
– Если бы вы были здесь и слышали рычание пса, готового вот-вот на вас накинуться, хрюканье свиньи, топающей копытами над вашей головой, а потом еще услышали бы истошные стоны какого-то мужчины, раздававшиеся по всему этажу, могу вас заверить, ничего смешного вы бы в этом не углядели, – заявил Гун.
– Ну что ж, единственное, что я могу сказать, – это что котенок, свинья, пес и мужчина, наверное, все вместе выскочили вон, как только вы покинули дом, – довольно сурово ответил Кентон. – Вам надо было остаться и ждать меня. А теперь мы потеряли всех зверей, да и мужчину тоже. Придется вам расспрашивать о них людей, живущих по соседству. Надо выяснить, не видел ли кто-нибудь, как они всей гурьбой бежали отсюда.
Мистер Гун слегка побледнел. Если он начнет обходить местных жителей с подобным вопросом, вряд ли они примут его всерьез, пронеслось у него в голове. Он переменил тему разговора, и спустя какое-то время двое полицейских заперли открытое окно и вышли из дома через парадную дверь, захлопнув ее за собой. Дети видели, как они удалились.
Мистер Гун и Кентон перешли через дорогу. Гуну не хотелось, чтобы ему задавали сейчас какие-нибудь вопросы, которые могли поставить его в неудобное положение, особенно ему не хотелось, чтобы его начал о чем-нибудь расспрашивать Фатти. Фигуры полицейских скрылись из вида.
– Какое чудесное утро! – вздохнул Пип. – Я и думать позабыл о гриппе. Непонятно, почему врачи не прописывают от гриппа что-нибудь в этом роде. Просто не представляю, чтобы человек, которому доведется пережить такое утро, мог чувствовать себя плохо. В жизни столько не смеялся. А сейчас, Фатти, что будем делать?
– Я хочу знать, нет ли у вас что сказать мне, – ответил Фатти. – Вам было поручено самым тщательным образом обойти вокруг дома и взять на заметку все, что увидите. Докладывайте, что вы взяли на заметку.
– Да не слишком много, – признался Ларри. – Мы свели все наши наблюдения воедино, и вот тебе наш общий, весьма короткий рапорт. Я все записал на бумажке, пока мы тебя ждали.
– Молодец, – похвалил Фатти. – Читай.
Ларри прочел рапорт вслух. В нем говорилось:
«Мы тщательно осмотрели все вокруг дома. Обнаружили место, через которое грабитель проник в дом. Он вошел не через парадную дверь, а перелез через стену в дальнем конце сада».
– Откуда вам это известно? – сразу же перебил его Фатти.
– Дело в том, что там имеется клумба, а на ней видны очень глубокие отпечатки ног, – ответил Ларри. – Такие глубокие следы мог оставить только человек, спрыгнувший со стены.
– Ясно. Продолжай.