В одной из них стояла узкая кровать, аккуратно застеленная белым одеялом. Рядом тумбочка, на ней лампа и будильник; у стены маленький комод с тремя ящиками. И все. Остальные три комнаты были чисто убраны, но совершенно пусты — одни голые стены.
— Эта комната тебе подходит, мама? — Том вошел в одну из спален.
— Да мне все равно.
— Смотри, тут камин… И еще… О Господи, какая потрясающая штука!
Ребята прислонили спинку кровати к стене и внимательно осмотрели «потрясающую штуку». Это было гигантское глиняное блюдо. Оно висело на стене над камином.
— Это же двуглавый орел! — воскликнул Юпитер.
Наклонив голову набок, Том разглядывал красную птицу с двумя острыми клювами.
— Ты что, знаком с этим пернатым? — спросил он Юпа.
— Скорее уж твой дедушка с ним хорошо знаком. Он всегда носит медальон с изображением такого орла. Наверное, для него это что-то значит. Ты видел две огромные вазы возле крыльца?
— Нет, не видел. Мы же с тобой тащили эту спинку.
С большим трудом они вчетвером собрали медную кровать и поставили на ножки, потом положили на нее матрас, а тетушка взялась постелить белье.
— Ох, я совсем забыла про продукты, — вдруг вскричала она, — они остались в машине.
— Продукты? Миссис Джонс, вы и так чересчур добры, — сказала миссис Добсон.
— Я ничего не покупала. Это ваш отец закупил провизии на целую армию, а я просто убрала ее в холодильник.
— Значит, отец все-таки готовился к нашему приезду… Тогда почему же он исчез? Спасибо вам, я пойду сама заберу продукты, — сказала Элоиза и направилась к грузовику.
— С голоду мы точно не умрем, — рассмеялась она, проходя на кухню. Юпитер последовал за ней. И вдруг она остановилась как вкопанная. Руки ее опустились, и пакеты упали на пол. Потом она закричала.
Юпитер осторожно отодвинул ее в сторону, заглянул на кухню и остолбенел: около двери в кладовку, прямо на полу, плясали, мерцая, три жутких зеленоватых языка пламени.
— Что случилось? — Тетушка, Том и Ганс с грохотом сбежали по лестнице со второго этажа.
Юпитер и миссис Добсон, словно окаменев, молча смотрели на загадочное пламя. Оно вдруг взметнулось, потом опало и наконец совсем погасло. Даже дымка не осталось.
— Что за чертовщина! — изумился Том и вслед за Юпитером и Гансом бросился на кухню.
Они долго рассматривали линолеум в том месте, где горел огонь, и наконец Ганс сказал:
— Это Гончар. Он стал призраком и вернулся в свой дом.
— Призраков не бывает, — мотнул головой Юпитер. Но отрицать очевидного он все-таки не мог: прямо перед ними на линолеуме темнели три выжженных следа — три отчетливых отпечатка босой ноги.
У СЫЩИКОВ ПОЯВЛЯЕТСЯ КЛИЕНТ
Ганс побежал звонить в полицию. Полицейские появились через несколько минут и обшарили дом от подвала до чердака, но ничего не обнаружили, кроме странных выгоревших следов на линолеуме. Полицейский Хейнс измерил следы, понюхал, даже отодрал несколько кусочков обгорелого линолеума, положил в конверт и сказал:
— На вашем месте, миссис Добсон, я бы убрался отсюда и вернулся в гостиницу.
Элоиза Добсон села и заплакала, тетушка тотчас же бросилась на кухню и поставила на плиту чайник, чтобы заварить ей крепкого чаю. Тетушка была твердо уверена, что чашечка крепкого чая может помочь в любой жизненной ситуации.
Полицейские уехали в участок, а Том с Юпитером вышли на крыльцо и сели на ступеньки рядом с гигантскими вазами.
— Может быть, Ганс прав, — сказал Том. — А вдруг дедушка умер и…
— Я не верю в привидения, — твердо заключил Юпитер. — Да и ты наверняка в них не веришь. Гончар очень ждал вашего приезда. Неужели он стал бы так пугать твою маму?
— И все равно мне страшно, — признался Том. — Если дедушка жив, то где же он?
— Мы знаем только, что он ушел в горы.
— Но зачем? — не мог понять Том.