Опустившись на колени, он ощупал снизу все стулья и письменный стол. Простучал оконные и дверные рамы, посмотрел за шкафами. Наконец, приподнял ковер и увидел в полу доску, которая была чуть покороче и отличалась цветом от остальных. Он поддел ее ногтями, и доска подалась. Внизу лежала связка ключей.
— Не очень остроумно, мистер Бэррон, — пробормотал Юпитер. Он взял ключи — три на брелоке — и открыл сейф.
Там в отделанных бархатом коробочках лежали украшения. Одну за другой брал он их в руки и рассматривал изумруды, алмазы, рубины. Здесь были ожерелья, кольца, браслеты. Большинство украшений, явно старинные, очевидно, принадлежали матери Бэррона. Значит, драгоценности хозяйки находились не в банке, как полагала она. Знает ли об этом кто-то еще, кроме мистера Бэррона? Сокровища вполне могут быть целью разбойничьего нападения. Но были ли они причиной этого ужасного происшествия? На этот вопрос сыщик № 1 пока ответить не мог. Почему драгоценности перенесены в дом? И тут его осенило: все дело в недоверчивости мистера Бэррона ко всему окружающему и к банкам в том числе. Теперь он верил только в землевладение и в золото.
Юпитер запер сейф, вторым ключом со связки отпер письменный стол. Первым предметом, который он увидел, выдвинув ящик, был металлический переключатель, найденный утром на лугу. Юпитер повертел его в руках и положил на место, потом сел на вращающийся стул и принялся за просмотр выписок из счетов. Это были квитанции многочисленных банков в различных городах.
Юпитер просмотрел все корешки чековых книжек и увидел, что последняя сумма покрывала всю наличность. Бэррон закрыл все счета до последнего. Тот, на котором еще находилась наличность, был из торгового треста Санта-Барбары. Последняя выписка указывала на то, что Чарльз Бэррон имел на счету свыше десяти тысяч долларов.
Юпитер прислонился к спинке стула и начал подробно изучать документы, иногда присвистывая от удивления. Миллионные вклады были сделаны на счет мистера Бэррона в Санта-Барбаре и выданы чеки на огромные суммы. Некоторые из них пошли на оплату приобретений для ранчо. Чеки получили: фирма по производству кормов, поставщики топлива, торговцы грузовиками, ремонтные мастерские, а также инженерные фирмы, занимающиеся водными сооружениями, строительные организации, поставляющие песок, гравий и цемент. Бэррон потратил значительные средства на благоустройство ранчо.
Впрочем, большие суммы пошли и фирмам, названия которых не были известны Юпитеру. Так, фирмы «Петерсон» и «Венсон» получали от Бэррона более десяти счетов, и сумма их колебалась от пятидесяти до двухсот долларов. Часть чеков на довольно крупные суммы была выписана для Биржи почтовых марок.
Юпитер отложил счета и нахмурился. Биржа почтовых марок? Почтовые марки? Но ведь не было ничего, что указывало бы на то, что Бэррон интересуется марками. И миссис Бэррон говорила, что ее муж не коллекционер.
Кроме банковских счетов, в письменном столе оказались другие документы — расчеты брокерской фирмы, имеющей контору в Лос-Анджелесе. По поручению Бэррона в течение восьми месяцев было продано ценных бумаг на несколько миллионов долларов. Ни один из счетов не указывал на то, что Бэррон покупал какие-либо ценные бумаги. Он всегда только продавал, и брокерская контора после сделки присылала ему чек.
Юпитер положил на место брокерские счета и перелистал следующую стопку документов. Это были накладные и чеки, указывающие на покупки для ранчо. И «вновь Юпитера поразили огромные суммы, потраченные Бэрроном на свою крепость. Один из счетов на садовую мебель был таким крупным, что его хватило бы на обстановку целого дома. Юпитер улыбнулся.