Дубчак Анна - Где ночуют призраки стр 15.

- А… - вспомнила Маша. - Так он из другой оперы.

- Какой еще оперы?

- Черный человек. Вы про того парня во всем черном, который преследовал меня?

- Ну конечно.

- Так его зовут Гамлетом? И что же вы про него знаете?

- То, что он связан с одной особой, служащей Московского Водоканала. Некоей Логиновой. - Олег Васильевич еще не понял, что Маша ничего не знает ни о Логиновой, ни о том, что ее преследователя зовут Гамлет.

- Я ничего не знаю про Логинову.

- Хорошо. Тогда взгляни сюда.

Он достал фотографию Логиновой, которую ему дали в Водоканале.

Маша взяла ее и долго рассматривала:

- Вы знаете, мне кажется, я ее где-то видела… Но вот где… Подождите…

И Маша, закрыв глаза, мысленно перенеслась на море, в Ялту, на пляж и даже услышала голоса… "Здесьсвободно?" "Да, - ответил мамин голос. - Вы такая беленькая… Что, недавно приехали?" Маша тогда еще поразилась, как это можно быть такой общительной, чтобы вступать в беседу с совершенно незнакомыми людьми.

- Я вспомнила. Эта женщина отдыхала с нами в Ялте. Мы разговаривали с ней на пляже. Мама с ней разговаривала.

- И о чем же? И это точно она?

- Можете спросить у нее самой.

- Тамара, можно вас на минутку! - позвал Олег Васильевич, и Тамара, словно только и ждала, когда ее позовут, впорхнула в комнату.

- Взгляните, пожалуйста, на эту фотографию. Вам знакома эта женщина?

- Конечно знакома! - воскликнула радостно мама. - Не знаю, правда, как ее зовут, но она лежала с нами рядом на пляже. Милая, симпатичная женщина.

- Она сказала вам, откуда она?

- Да, кажется, с Украины…

- Странно… Вообще-то она работает в Московском Водоканале. Некая Логинова Татьяна Николаевна.

- Понятия не имею. Это же обычное пляжное знакомство.

- Хорошо, спасибо. Можете быть свободны. А ты, - обратился он к Маше, когда они снова остались одни, - расскажи мне о том, что случилось с твоими ногами.

- Говорю же - упала с велосипеда! - упрямо стояла на своем Маша, не собираясь рассказывать, что случилось на самом деле, и не желая распространяться о причинах своего побега из "райского" сада Атаевых.

- Да я вовсе не о том! - всплеснул руками Горностаев. - У тебя, как мне сказал Сергей, сильно выросли ноги. Как ты это определила?

И тут Маша, совершенно сбитая с толку, уставилась на Горностаева, как на сумасшедшего: где это видано, чтобы человека разбудили посреди ночи только для того, чтобы выяснить, на сколько размеров выросли ее ноги?! Ну уж нет, это слишком. И это ее личное, можно даже сказать интимное, дело.

- Я целый месяц проплавала в море, да еще и в ластах, вот у меня ноги и выросли, - ответил кто-то внутри Маши, какая-то ответственная девочка, явно испытывающая уважение к старшим.

- Понятно. Но как ты это определила?

И тут Маша вспомнила, как совсем недавно примеряла мамины красные туфли. Ей захотелось покуражиться над этим чрезмерно серьезным и взрослым человеком, к тому же еще и занимающим такой ответственный пост, и она с улыбкой сказала:

- Ну что ж, я вам, пожалуй, все расскажу. Только попросите мою маму принести мне мои пляжные шлепанцы.

- Машенька, я сейчас все принесу, - послышалось из-за двери, и Маша прыснула в кулак: "Как не стыдно, она все подслушивала!"

Горностаев взял принесенные шлепанцы и уже более плотно прикрыл дверь.

Маша, между тем откинув одеяло и демонстрируя взрослому дяде свои страшно перебинтованные ноги, в некоторых местах даже со следами запекшейся крови, как партизан после пытки, взглянула на него - суровее некуда.

- Объясняю. Вот эти вот шлепанцы, в которых я приехала на море, в самом начале нашей поездки были мне чуть великоваты, а теперь, можете взглянуть сами, они мне жутко малы.

С этими словами Маша попыталась надеть на здоровую, не перебинтованную ногу один из шлепанцев. И Горностаев убедился, что она говорит правду. Но если так, то выходит, Машина нога выросла даже больше, чем на два размера.

Все еще продолжая веселиться над забавным и совершенно "тормозным" дядей, Маша вскочила с постели, допрыгала до шкафа, раскрыла его, но, вспомнив, что мамины туфли она вернула на место, попросила Горностаева, чтобы принесли их.

Надо было видеть выражение лица мамы, когда она появилась в комнате с коробкой.

"Валя, ты что-нибудь понимаешь?" - донеслось до Маши уже через закрытую дверь.

- Значит так, - она все еще находилась в кураже, и теперь ее было трудно остановить. - С одной стороны, как вы только что успели убедиться, нога моя выросла, причем здорово, так?

- Так. - Горностаев был более чем серьезен. Он, даже разговаривая с Машей, не отрывал глаз от шлепанцев. - А при чем здесь туфли? Ты тоже привезла их из Крыма?

- Нет, это мамины туфли, которые я время от времени примеряю, чтобы выяснить, скоро ли и мне можно будет носить обувь на таком высоком каблуке, - вынуждена была признаться она в своих чисто женских слабостях. - И что бы вы думали?

- Что? - у Горностаева был очень озабоченный вид. Казалось, он уже пожалел о своем дурацком ночном визите. И опозорил не только себя, но и Серегу…

- Да то, что туфли-то мне как были велики, так и остались. Вот, сами полюбуйтесь!

И Маша сунула здоровую ногу в туфлю.

- Я даже могу забинтованную ногу засунуть туда, и она мне будет велика. Разве это не странно?

- Маша… А теперь сиди тихо, как мышка, и ничему не удивляйся… - с этими словами Олег Васильевич встал и направился к двери.

- Мне нужен нож, пинцет и новый целлофановый пакет. Прошу соблюдать тишину. Никто не имеет права войти в комнату… Вернее, нет, у вас есть фотоаппарат?

- У меня есть, - откуда-то из прихожей раздался голос Пузырька. - Два кадра осталось.

- Давай сюда. Значит, так. Или я полный кретин, и тогда я буду вынужден извиниться и каким-то образом загладить свою вину, или же вы будете сейчас присутствовать при очень важном и опасном действе. Дети все должны покинуть комнату… Вернее, нет, можете войти, но только ведите себя очень осторожно… Тамара, у вас есть резиновые перчатки?

- Вам какие: какие одевают, чтобы волосы красить или мыть унитазы?

- Гм… - задумался Горностаев. -Лучше, какими волосы красят… И включите большой свет! Никита, ты готов?

- Готов, - раздался тоненький испуганный голосок.

Через пару минут все окружили Горностаева, который, сидя на полу в перчатках и вооружившись ножом, вертел в руках Машины шлепанцы. Сначала он ощупал каждый из них, после чего остановил свой выбор на одном. Подцепив кончиком ножа нижний слой толстой пробковой подошвы, он осторожно отделил его, и все увидели небольшое углубление. Еще мгновение, и с помощью пинцета оттуда были извлечены непонятные предметы - темные, стеклянные.

- Снимай! - приказал Горностаев Никите. Послышался щелчок. "Готово!"

- А теперь с более близкого расстояния. Еще щелчок.

- Это же капсулы, за которыми охотился Гамлет, - догадался Сергей, подходя поближе и не веря своим глазам.

- Да, Сергей, напрасно мы с тобой накупили столько воды, - сказал вдруг Олег Васильевич непонятную никому, кроме них двоих, фразу. - Похоже, эту террористическую операцию мы сорвали. А ты, Маша, даже и представить себе не могла, какой смертоносный яд, какой вирус носишь повсюду с собой.

Маша от удивления вообще онемела.

- Так что это за капсулы? - спросила мама. - И каким образом они оказались в Машиных шлепанцах?

Некая террористическая организация запланировала отравить воду в Москве через работника Водоканала. Эти капсулы стоят баснословные деньги, их прислали с Востока, но завезти - по оперативной информации - должны были с Украины, из Крыма, и о них знали на таможне, их искали… Но как переправить эти капсулы через границу? Вот и выбрали маленькую девочку в очень удобных шлепанцах на пробковой подошве, которые продаются на каждом шагу… Вот скажи, Маша, ты где-нибудь оставляла свои шлепанцы надолго?

- Конечно! Прямо на берегу, пока плавала. А плавала я долго, очень долго… Но как они могли знать, откуда мы?

- Так эта Логинова у меня почти все успела расспросить, - отозвалась Тамара разочарованным голосом. - Она знала, что через неделю мы возвращаемся в Москву. Значит, пока ты, дочка, плавала, она сумела заменить твои шлепанцы на Другие, более маленького размера, которые и были нафаршированы этой гадостью?

- Выходит, что именно так все и обстояло, - ответил Олег Васильевич. - Но Логинову уже, я думаю, задержали. Осталось найти и арестовать Гамлета, ее помощника, которому было поручено схватить Машу и разуть ее, забрав шлепанцы. Твое счастье, Маша, что он не успел этого сделать. А ножки у тебя - что надо! Маленькие, какие и должны быть у девочки… Как у Золушки.