Переодеваясь, он случайно нажал на кнопку автоматической фотокамеры, и автомат сфотографировал его четыре раза, на четырех стадиях его переодевания и превращения в настоящую зеленую черепашку-ниндзя с фиолетовой повязкой на глазах.
Разоблачающие Донателло фотографии машина выбросила из щели под ноги проходящего мимо мальчишки Пита. Он, разумеется, не мог остаться к ним равнодушным и тут же присвоил их себе. Едва мальчик начал разглядывать снимки, рассказывающие историю чудесного превращения обыкновенного прохожего в настоящую черепашку-ниндзя, как Донателло вырвал фотографии из его рук. Он торопливо разорвал три из четырех фотографий, представлявшие его в неприглядном виде, и оставил всего одну – изображение черепашки-ниндзя в своей боевой форме.
Этой фотографией Пит теперь мог гордиться всю жизнь…
Донателло, не задерживаясь ни на секунду, побежал вниз по улице к месту происшествия. Таксист уже в третий раз погружался в воду, по-прежнему пытаясь передать по рации диспетчеру, чтобы ему выслали ремонтную машину. Он нырнул в глубину под приборный щиток, беспомощно махая руками.
– Диспетчер! Диспетчер! Пришлите помощь! Я тону в собственной машине!
Подбежавший к такси Донателло для порядка постучал в окно.
– Эй, таксист, тебе помочь?
Шофер такси сквозь стекло посмотрел на черепашку и чуть было не захлебнулся, видимо, приняв Донателло за галлюцинацию.
«Наверное, я уже на том свете, – подумал шофер. – Скорее всего, в аду, где, очевидно, обитают большие зеленые говорящие черепахи». Он закрыл глаза и приготовился принять мученическую смерть.
– Приятель, я иду к тебе на помощь! – попробовал успокоить таксиста Донателло.
Он резким движением правой ноги выбил лобовое стекло и без особых хлопот вытащил тонущего человека. Затем черепашка положил таксиста на тротуар и сделал ему искусственное дыхание.
– Где я? – прошептал шофер, приоткрывая веки.
– На сорок седьмой авеню, – весело подмигнул ему Донателло.
– А что с моей машиной?
– Она пока еще принимает водные процедуры, – ответил Донателло, – но это мы сейчас попробуем устранить. Главное – немедленно найти канализационный люк и до прихода ремонтной машины перекрыть кран подачи воды!
Сказав это, Донателло открыл ближайший канализационный люк и нырнул в него.
Через минуту фонтан воды из колонки стал понемногу уменьшаться, пока совсем не исчез. Из машины на асфальт стекали последние ручейки воды.
Донателло вылез из канализационного люка, намереваясь нырнуть в будку фотоавтомата, чтобы там снова переодеться в форму обыкновенного гражданина и забрать своего горелого пингвина, в котором находилась необходимая для адсорбера микросхема. Он незаметно попытался вернуться к фотоавтомату, но, перед тем как войти в него, еще раз быстрым взглядом окинул улицу и мельком взглянул на расположенный в ее конце детский парк, который городские власти специально разместили посреди города, чтобы невинные детские голоса могли постоянно напоминать окружающим об их веселом и беззаботном детстве…
В этот момент в парке одна из нянек поставила своего недавно начавшего ходить питомца на один конец качелей, а сама направилась к другому.
– Вот так, мой маленький Патрик, – ласково говорила нянька малышу, – теперь я встану на другой конец, и мы славно покачаемся…
Умиленный этой трогательной сценкой, Донателло уже одной ногой вошел в будку фотоавтомата, как его зоркий взгляд неожиданно скользнул по крыше строящегося многоэтажного дома, над которым завис большой строительный кран. Черепашка обратил внимание на то, что на крючке крана в весьма неустойчивом положении болтается огромный мешок, готовый в любое мгновение сорваться вниз, как раз на то место, где сидел на качелях простодушный, еще ничего не понимающий малыш.
Так оно и случилось.