Берни принялся отчаянно стучать по стеклу, пытаясь выбить его, но и это не принесло никаких результатов.
Девушки, придя в себя, присели на сиденья. Водитель молчал и вообще не подавал признаков жизни. Его рука в металлической перчатке, заметил Берни, всё ещё лежала на рычаге переключения передач. «Наверное, он отдал концы, ударившись о стекло», – подумал подросток.
Пока подросток безуспешно пытался выбить стекло, пустыня вокруг автобуса стала приходить в движение. Песок под колёсами зашевелился и стал медленно сползать вниз. Берни почувствовал, как волосы зашевелились у него на голове. Нужно было во что бы то ни стало бежать из злополучного автобуса, иначе его засосёт вместе со всеми в зыбкий песок.
В том, что именно это ожидает их, сомневаться не приходилось. Прямо на глазах, в свете продолжавших мелькать молний, за окнами образовывались широкие ямы, которые быстро разрастались и углублялись. Девушки вновь закричали от страха. Берни вскочил и бросился к другому окну. Но и здесь его ожидало то же самое: задвижки были блокированы, окно не открывалось. Берни, машинально подвигав ручкой, опустил руки и с ужасом стал смотреть, как песок медленно засасывает автобус.
Вся пустыня, насколько было видно в свете молний, пришла в движение. Все вокруг проваливалось в тартарары, и на глазах у подростков пустыня как бы обнажалась: песок исчезал, и из-под него проступали острые скалы.
До сих пор пассивно взирающие на все девушки с криками бросились открывать окна в том месте, где они сидели. Одна из них попробовала открыть задние двери. Их, как и Берни, ждала неудача.
Оставался один выход: попытаться открыть двери с панели управления автобусом. Водитель продолжал безмолвно сидеть на своём месте, не подавая признаков жизни.
Зыбкая почва вокруг автобуса уже не просто осыпалась, а с шумом обваливалась в углубляющиеся пустоты. Берни опять вскочил с сиденья и побежал по проходу к кабине водителя, но в этот момент автобус сильно качнуло. Песок под передними колёсами шумно рухнул и автобус накренился над пропастью. Берни едва не упал, но вовремя смог зацепиться одной рукой за поручень. Дальше продвигаться было опасно – автобус мог свалиться в бездну, которая только что открылась.
Посреди всей этой свистопляски стали подниматься острые каменные пики. Две такие пики упёрлись посередине и сзади автобуса, и он оказался висящим над пропастью. Теперь находящиеся в салоне подростки не могли сделать и движения, ибо даже шаг в сторону вызывал крен у автобуса, и тот рисковал свалиться в пропасть.
Сверху продолжали мелькать молнии, а снизу, будто из гигантского кратера вулкана, стали вырываться языки ярко-красного пламени. Все вокруг ходило ходуном, как при мощном землетрясении, и над этой огненной бездной висел школьный автобус.
Берни в отчаянии стучал ладонью по стеклу. Девушки сидели где-то сзади и всхлипывали. Слезы, будто сами собой покатились и из глаз Берни. «Только какое-то чудо может нас спасти, – думал он. – А без чуда сейчас из автобуса не выбраться и нас, верно, ждёт неминуемая гибель».
И вдруг до этого неподвижно сидевший водитель ожил, поднялся со своего места и стал у передней двери. Берни обратил внимание, что у него всё лицо было в ужасных ожогах. Его мутные желтоватые глаза, в которых отражались вспышки молний, горели неумолимым желанием крови. Внутри У Берни всё похолодело.
Человек в чёрной шляпе и красно-зелёном полосатом свитере стоял в начале прохода. Он опять смеялся. Но его хриплый смех не мог заглушить грохота обваливающейся земли и раскатов грома. Девушки в ужасе подскочили, но в этот момент автобус с угрожающим скрежетом стал резко клониться вниз.